Демонология крови (СИ)

Эта история началась в 1881 году на Балтике в городе Санкт-Петербурге, где инженер Джевецкий показал императору свое изобретение: 20-футовую педальную субмарину крайне простой конструкции. Предлагалось использовать ее как подводный миноносец (аналогично американской субмарине Бушнелла 1775 года). Было построено полсотни субмарин, и затем четверть века военные моряки старались применить их, но без явных успехов. После русско-японской войны эти штуки разошлись по музеям, а техническая документация — по архивам. Прошло более полутора веков от исходного изобретения, и чертежи Джевецкого всплыли на Невском Армоцементном комбинате, в связи с новым классом бетона для подводных сооружений. 20-футовая субмарина идеально подошла в качестве демонстратора свойств этого материала на бизнес-выставках: габариты точно соответствовали 20-футовому контейнеру (TEU). Ее таскали туда-сюда, и проводили ее погружения в акваториях портов, собирая позитивные отзывы о новом бетоне. Далее на выставке в Копенгагене топ-менеджер Нео-Ганзейской ассоциации спросил: можно ли масштабировать субмарину Джевецкого в 20 раз, чтобы построить подводный сухогруз водоизмещением 50 тысяч тонн? В иной экономической ситуации, невские бетонщики посоветовали бы ему таблетки от идиотизма. Ведь, по общему мнению, форма мяча для регби применима лишь к мини-субмаринам. Строить большую грузовую субмарину с такими пропорциями — бред! Для начала, высота корпуса получится как 9-этажный дом. Построить можно, однако непонятно: как потом эксплуатировать?.. Но экономическая ситуация была такова, что комбинат балансировал на грани финансового кризиса — вот почему прозвучал утвердительный ответ. И мега-проектная хрень стартовала…
…За 10 лет до того проект был бы провален. Но он начался, когда уже был кристадин-фюзор и накопленный опыт роботизации сложного строительства. Кроме того, отчасти вернулся стиль середины XX века, в свое время породивший первую космическую эру. Прорвавшись сквозь джунгли технических проблем (вначале казавшихся фатальными), отработав по пути дюжину новых инженерных решений — сильно раздувшаяся команда проекта, создала ужасно неуклюжую масштабированную субмарину из железобетона с новым составом смеси и новой геометрией армирующей сетки, с новой конфигурацией фюзора и новой схемой паровой машины для прямого привода на толкающий винт. Эта научно-конструкторская фиеста обошлась Нео-Ганзе чертовски дорого, но в серийном исполнении бетонное чудище вышло изумительно дешевым при пересчете на единицу перевозимого груза, что обеспечило в итоге успех проекта. Правда, в этой бочке меда имелась изрядная ложка дегтя: чудище предъявляло особые требования к экипажу.
Если отбросить экзотику вроде инженеров-фанатов атомпанка или отставных офицеров подводных атомоходов, то в остатке лишь аргонавты. Они (аргонавты) уже не являлись экзотикой: хотя точно неизвестно, сколько их появилось за 7 лет, но счет уже пошел на миллионы. Проблема была в их мотивации — совершенно иной, чем у обычных моряков торгового флота, командовать которыми привыкли корпоративные менеджеры. Гилбен только теперь (слушая застольные байки экипажа) стал понимать причины аномальной нервозности в отделе крупнотоннажной логистики фудотрона. Судя по сюжетам баек, аргонавты не считали клерков за людей, даже не скрывая такое отношение. А попытки установить авторитет клерков над моряками путем служебных санкций разбивались об активную солидарность аргонавтов и об их равнодушие к корпоративным ценностям.
Оуэн Гилбен еще при обсуждении спайдербота включил аудиозапись на смартфоне, и теперь похвалил себя за предусмотрительность. Как часто случается с топ-персонами в больших корпорациях, тем более — в конгломератах, он получал по официальной линии только бюрократически отфильтрованные данные о бизнес-процессе. А теперь по воле случая у него ненадолго появился прямой канал к тому, как оно на самом деле. Будучи опытным предпринимателем, он знал о фильтрации, но чтоб настолько… …Парадокс в том, что перевозки грузовыми субмаринами шли планово, без каких-либо серьезных сбоев. Шли просто потому, что у аргонавтов принято соблюдать договоры, а моряцкая квалификация более, чем достаточна для этого. Кроме того, их биологические свойства позволяют не опасаться типичных аварий на субмарине: ведь аргонавт может выйти через любой шлюз и всплыть на поверхность — ему для этого даже не требуется акваланг. Впрочем, пока не случалось, чтобы аргонавтам пришлось бросить аварийную субмарину – проблемы в рейсах не были фатальными и устранялись силами экипажа…
 
…Время уже перевалило за полночь, и экипаж (кроме Фло, сменившей Эрта на вахте за пультом) стал укладываться спать. Миллиардер получил в свое распоряжение койку на втором ярусе, и после вполне полноценного душа удобно устроился там, Но сон как-то долго не шел. В голове крутились события прошедшего дня, немного детская обида на предательство собственной службы безопасности, оценки риска покушения со стороны группировки Imago Dei, и еще много всякой всячины, включая дурные предчувствия…
…Сбывшиеся через два дня, когда уже наступил октябрь. Мишенью для теракта стал не Гилбен (продолжавший тайное путешествие под водой к берегам Мозамбика), а другие фигуры из тех, что объединили усилия для миссии Алкйона-Чубакка. Кстати, не только фигуры, но и объекты, связанные с той же миссией.
…
  
ОКТЯБРЬ.
   
*44. Нечто внезапное о богах и демонах, террористах и метаморфах.
 
Островок размером как два футбольных поля у северного края Фамагусты, соединенный полупогруженной песчаной косой с пляжем Глапсидес, почему-то назывался Цейлон, а почему — загадка. Уже вследствие названия, некие местные ребята открыли на нем кафе «Цейлон» с ланкийской кухней, о которой имели весьма смутное представление. Чтобы соответствовать, они нашли в Фамагусте настоящих ланкийцев и взяли консультации по рецептам блюд — не за деньги, а за дисконтную карту кафе. Ланкийцами были Ашока и Тилини Нарликар. Этим объясняется, почему названные ланкийцы выбрали Цейлон в качестве площадки, решив устроить полуденный пляжный пикник со своими соседями (генералом Вальтером Штелленом, Кристиной Штеллен, и Филиппом Уэллвудом -103-летним профессором эксплитики).
Под кокосовый карри с курицей и рулетики из фарша с особым миндальным коктейлем «Свидание с Рамой» на красном роме «Калипсо» — непременно требовалась загадочная история. В этом плане профессор Уэллвуд был почти идеален, а загадочная история определилась темой, со вчерашнего дня украшавшей фронтальные страницы новостных сайтов: АРТЕФАКТЫ ИНОПЛАНЕТНЫХ БОГОВ И ЦИВИЛИЗАЦИЯ ДО ОЛЕДЕНЕНИЯ. Шумерское название навигационного артефакта МУШАБЭЛ выбрано «словом недели» согласно рейтинговому опросу в Союзе Европейских Журналистов. Стиль у доктора Уэллвуда вызывал ассоциацию с чтецами детективов Агаты Кристи, и ситуации, относящиеся к теме, рассматривались так же обстоятельно. В общих чертах, волонтерский коллектив ученых, спонтанно сложившийся вокруг шумерских кораблей, найденных на дне пролива Антикитера, пришел к выводу, что странности технологии, особенно - навигационного артефакта Мушабэл, могут быть следствием палеоконтакта, только намного более древнего, чем датировка кораблей и артефактов на них. Корабли датировались около 15 тысяч лет назад, а палеоконтакт — от 80 до 60 тысяч лет назад. В хронике человеческой культуры это последняя треть среднего палеолита, и появление Атрийской культуры сначала — в северо-западной Африке, с последующим дрейфом на восток даже за Синай на юг до самого мыса Доброй Надежды. Атрийская культура по уровню технологий и искусства была близка к нынешним кочевым бушменам, которые, возможно, произошли от ее южной ветви. Это огромный шаг для палеолита, и ранее он объяснялся неким климатическим оптимумом в середине последнего оледенения. Но в альтернативной науке отмечается: между 80 и 60 тысяч лет назад случилось сближение Солнца и звезды Шольца. Сейчас они успели разбежаться на 20 световых лет, но тогда расстояние составляло менее светового года. Звезда Шольца проходила сквозь область ледяных комет, известное как облако Оорта, на краю Солнечной системы. Коричневый карлик – субзвездный спутник звезды Шольца, мог оказываться еще ближе к Солнцу…