Демонология крови (СИ)
Между «суннитскими тиранами» существовал, якобы, договор о совместной оккупации «бутылочного горлышка», при котором эмиратам доставалась Сокотра, а саудовцам все остальное. Как обычно, на практике сначала все шло гладко, затем — не очень, а дальше планы поломались. Привычный мир провалился в трясину гибридной войны с очагами на трех континентах. Сдержки и противовесы полопались, ООН вошла в полосу реформ и застряла в них, ставки центральных банков взлетели от угрозы гиперинфляции, рынки инвестиций поразила великая финансовая засуха. Мировые мегапроекты зависли, поток гуманитарной помощи в зону Африканского рога обмелел, отчего рухнул барьер между простым бандитизмом и войной. В «бутылочном горлышке» вспыхнули все локальные войны, какие можно вообразить. Мировой черный рынок был переполнен оружием, не только привычным, но и новым, порожденным горячими фронтами в Средней Евразии.
Оккупационным силам Саудовской Аравии и ОАЭ пришлось частично отступить с уже занятых земель, но саудовцы удержали острова Ханиш, эмираты - Малую Сокотру. Это означало возможность продолжения при удобном случае. Нефтяной ресурс делал ОАЭ оазисом стабильности, что привлекало союзников и улучшало их позиции не только в рыхлом коалиционном правительстве Большой Сокотры, но и вообще в новом мировом порядке, контуры которого уже вырисовывались. Но 6 лет назад грянул Вандалический кризис. Накопив огромную энергию в резонаторе между Западной Европой и Северной Африкой, он выплеснулся через Красное море в Индийский океан. Он лишь по дороге зацепил «бутылочное горлышко», но этого хватило, чтобы тотально опустошить берега Аденского залива. За несколько месяцев исчезли полтора миллиона жителей портовых городов и малых селений. Ранее казалось: туземцы демографически неуязвимы — они за несколько поколений адаптировались к хронической войне и крайней нищете. Однако, нашелся предел адаптации. Но как это случилось? Аналитики не давали комментариев, конспирологи ликовали, а пустыня флегматично возвращала свое, слизывая песчаными языками следы несостоявшейся цивилизации обоих берегов Аденского залива.
Все изложенное Юлиан знал, но сейчас его интересовали детали в отношении Сокотры. Некоторые вещи нашлись в сети среди независимых экономико-политических обзоров. Опустошение берегов Аденского залива было лишь косвенно связано с вандалическим кризисом, но таких косвенных следствий было немало. В частности – фудотрон между Мадагаскаром и Сейшелами. В частности — несколько рурфабов на Мадагаскаре. И еще несколько таких частностей – радикально изменили политическую тектонику на западе Индийского океана (включая регион вокруг Аравийского полуострова). Расклад теперь потерял всякую предсказуемость, что снизило интерес правительства ОАЭ к Сокотре, и случилась продажа военно-логистической инфраструктуры на Килмиа (Малая Сокотра) весьма дешево дружественному инвестору (выступавшему через безликую оффшорную компанию). В принципе, когда-нибудь из этого мог получиться хороший туристический центр. Хотя, странные и пугающие события в Аденском заливе создали региону плохой имидж. Просто из любопытства, Юлиан глянул конкретику «о странном и пугающем».
Журналисты-стрингеры грузили публике эксклюзивные репортажи с самыми нелепыми страшилками: плезиозавры, русалки, вампиры, разумные медузы - людоеды, и морские цыгане — похитители детей. Последние две страшилки не были абсолютно сказочными. Термином «smart-medusa» обозначался класс малых морских мин, которые, конечно, не пожирали людей, а разрывали в клочья, однако с точки зрения людей это без разницы. Этноним «морские цыгане» в колониальную эпоху придуман для малайских лодочных кочевников, не имеющих отношения к обычным цыганам. Так или иначе, их ареал на противоположном краю Индийского океана, и откуда им взяться в Аденском заливе?..
…Хотя (тут Юлиан Зайз припомнил этнографии) в неолите малайские и полинезийские племена на каноэ пересекли Индийский океан и заселили Мадагаскар. У морских цыган сейчас почти такие же каноэ (историю мореходства в азиатско-тихоокеанском регионе Юлиан знал достаточно хорошо, чтобы утверждать это). Значит, морские цыгане могли добраться за три недели от своего ареала до Аденского залива. Это теоретически. Если практически, то более вероятно, что страшилка о морских цыганах взята журналистами-стрингерами с потолка, как страшилки о плезиозаврах, русалках и вампирах. Ясно, что журналисты располагают несколькими свидетельствами персонала торгового флота и видеозаписями, на которых можно различить характерные лодки-каноэ с аутригерами. Только в XXI веке это не доказательство, ведь свидетельства легко купить, а видеоряд состряпать на компьютере. Был скандал 2012, когда Animal Planet и Discovery Channel показали псевдо-документальный фильм о русалках. Так что не надо верить медиа…
…Тут, под влиянием истории трансокеанского заселения Мадагаскара, мысли Юлиана машинально перепрыгнули на прото-шумерский артефакт. Что если совместить прото-шумерскую мушабэл и полинезийские кохау ронго-ронго (говорящие дощечки острова Рапа-Нуи)? Великая дуга малайско-полинезийских миграций тянется через два океана: Индийский — от Борнео до Мадагаскара и Тихий — от Борнео до восточных архипелагов Полинезии, связанных маршрутом Кон-Тики с побережьем Южной Америки. Рефлекс яхтсмена шепчет: надо замкнуть кругосветку, пройдя 5000 миль от Мадагаскара мимо южной оконечности Африки, через Атлантику и пролив Дрейка. Хотя, здравый смысл возражает: идти на каноэ навстречу Субантарктическому вееру, который формируется Циркумполярным и Бенгельским течением – это моряцкое харакири. Но (не сдавался рефлекс яхтсмена) каноэ народов Океании умеют проходить сквозь ураганы. Кон-Тики (практически первобытный) сумел пройти сквозь два тихоокеанских шторма…
…Констатировав, что этот внутренний диспут зашел в тупик, Юлиан черкнул месседж Аслауг, полагая, что она (будучи совой в смысле режима дня) еще не спит. Угадал, что характерно – и месседж сразу был переведен в формат видео-звонка.
После состоявшегося позавчера очередного беспилотного старта с полигона Харруба к орбитальной верфи с грузом для миссии «Alkyona», экспертный персонал, разумеется, релаксировал. В частности, Аслауг Хоген креативно развлекалась в античной деревне Толмейта (между Аполлонией и Бенгази) на площадке дансинга «Кратер Птолемея». У ночных дансингов есть свойство сводить случайных людей, и Аслауг склеила там 103-летнего дядьку, с которым она сразу познакомила Юлиана.
Вообще-то некорректно было бы сказать, что Филипп Уэллвуд, профессор эксплитики Восточно-Средиземноморского университета (EMU) это совсем случайный человек. В кампусе Фамагусты он соседствовал с Вальтером и Кристиной Штеллен, и с Ашокой и Тилини Нарликар. Для случайности - слишком много общих знакомых. Хотя — планета маленькая и круглая, так что общих знакомых можно считать случайным совпадением. Профессор выглядел вдвое моложе номинального возраста, и при этом вел себя слегка растеряно. В частности, он не знал, как тут воспринимают близкий флирт с девушкой, у которой есть другой парень — и видео-звонок Юлиана и пояснение Аслауг о том, кто это, вывели его в этический вакуум. Мимика выдала его, и Аслауг тут же отреагировала:
— Фил, тебе совершенно не надо играть любовника за портьерой из пьесы Шекспира.
— У Шекспира, вроде, нигде нет любовников за портьерой, — заметил Юлиан.
— Не, важно, — Аслауг махнула рукой, — я имела в виду…
— …Ясно, — Юлиан улыбнулся, — видишь ли, Фил, хиппи времен Beatles это пуритане по сравнению с аргонавтами. Ты, конечно, помнишь тех хиппи. Лето любви и все такое…
— Юлиан! – тревожно окликнула Аслауг.
— Что? А… Черт… Извини, Фил, я не собирался лезть в интимную тему памяти.
— Нет-нет, все ОК. Я не стесняюсь дыр в памяти от геронтореверса. Разве что, в особых случаях, которые действительно интимные.
— Вот в этом как раз абсолютно нечего стесняться! — тут Аслауг покрутила ладонью над головой, видимо иллюстрируя надуманность стеснения.