Отгремевший Гром из иных миров (СИ)
«Это… с рождения…»
Измотанные ноги в истоптанных сапогах пробежали по колючей серой траве, запинаясь об острые камни…
«Я не вижу дальше своего мизинца на вытянутой вперед руке…»
Крики позади поглощал хищный туман…
«На один глаз я почти слепа…»
Глубокий вдох — прыжок через бездонную узкую расщелину!
«Игры во дворе с друзьями мне всегда заменяли книги. В очках я могу их читать».
Ссадины и синяки… крутой горный склон с острыми, как бритва, камнями…
«Но в реальности, увы, никто не способен оживить эти истории».
Крики все отдалялись, но беглец не оборачивался…
«Эти истории не бесконечны… С каждым разом они становятся все скучнее…»
Усталость и страх помутнили разум…
«Может, стоит выйти? В мир, которого я почти не вижу? Попытаться разглядеть в нем что-то, о чем я могла узнать лишь из книг?
Когда я подхожу очень близко к зеркалу, то могу рассмотреть свои почти серые тусклые глаза. Интересно, они больше голубые, или зеленые? Но я и цвета различаю плохо. Все краски этого мира лишь у меня в голове».
Серый лес сменялся кроваво-красными зарослями густых цветов с колючими ядовитыми шипами. Но яд этот лишь причинял резкую и долгую боль. Пробираясь вперед, путник уже не замечал ничего…
«Иногда мне кажется, всем было бы легче без меня. И маме, которая столько возилась со мной, и отцу, который отдавать все деньги не мое лечение. А толку? Я проживу в этом молочном тумане всю жизнь, и, если на горизонте замаячит мое счастья, я попросту не увижу его, будь оно даже единственной и ярчайшей звездой на черном ночном небе в пустом поле, где нет никаких источников света».
Земля в прямом смысле уходила из-под ног, искажалось все вокруг и переворачивалось с ног на голову. Что-то проваливалось, что-то взлетало, а что-то исчезало в круговороте потоков… Одно неловкое движение…
— Майя! — послышался из коридора голос матери. — Майя, солнышко, мы уехали, не скучай тут без нас, — скрипнула входная дверь, дважды провернулся в замке маленький ключик: родители уехали в гости до следующего вечера, оставив девочку одну.
Нет, она не была из тех, кто боялся оставаться дома в одиночестве, и не из тех, кто любил шататься по квартирам едва знакомых родственников. Майя всегда была домашней девочкой. Очень домашней. Не уходила гулять дольше, чем на час, не задерживалась у знакомых, всегда приходила вовремя со школы. Ей не был интересен кишащий шумными машинами мир за окном. Ему она с детства предпочла мир книг и волшебных историй.
Феи, эльфы, тролли и космические путешествия: все смешивалось в одну большую яркую картину в воображении маленькой Майи. Эта девочка не боялась монстров под кроватью — напротив, питалась с ними подружиться. Почти лишенная зрения, она была одарена на редкость богатой фантазией и способностью видеть то, что на самом деле она видеть не могла. Ей рисовались перед глазами причудливые картины: яркие поля, усыпанные цветами, высочайшие горы, покрытые снежными шапками, диковинные звери и птицы, существа их мифов и сказок, в которых давно перестали верить даже маленькие дети. И все они оживали, стоило ей только подумать, а исчезали в миг, стоило кому-то нарушить ее покой.
Прошел уже час с тех пор, как с Майей попрощались перед дорогой родители, а девочка все так же сидела за книгами. Дочитав очередную главу, она отметила страницу фигурной закладкой, отложила томик в угол стола и достала из ящика толстый альбой с плотной бумагой для акварели.
Рисовала она неплохо для девочки, едва различающей цвета. Ее рисунки выходили почти такими же яркими, как и те фантазии, в которые она улетала от серого и скучного мира, закрытого от нее дымкой тумана.
Уже смочив кисточку в воде, Майя поняла, что в ее палитре недоставало белил. Белый цвет, даже уже слегка испачканный в зеленом и синем, она различала хорошо — это был цвет ее реальности, того, что видела она дальше, чем могла достать ее тоненькая хрупкая ручонка.
Отложив кисть, Майя придвинула телефон поближе и посмотрела на время — 17:25, еще не поздно было сбегать на соседнюю улицу в магазин канцелярии, где ее знали уже давно по имени.
Переодевшись из домашнего балахона в милое фиолетовое платье с розовыми узорами, Майя дважды проверила, выключила ли она везде свет, и вышла из квартиры, закрыв обе двери на все замки, как было принято у них в семье.
Держась за перила, девочка спустилась до первого этажа и вышла во двор, где играли после школы дети. Майя могла только слышать их смех и крики. Она знала, что многие из них жили в ее доме и даже в ее подъезде, но никогда не видела лично. Бесполезные знакомства были ни к чему, а вопросы родителей о друзьях всегда были некстати. Друзей она даже, в глубине души не особо хотела, да и кому нужна была подруга, которая не видела дальше собственной руки? С ней не пойти в кино, не пообсуждать мальчиков со школы. В свои 16 лет Майя прекрасно себя чувствовала и без друзей.
По уже знакомой дороге она вышла к дороге до перекрестка, перешла по зебре оживленную улицу. Магазин был совсем недалеко и, если бы девочка могла видеть, как и все, то разглядела бы его за ближайшим домом. Подойдя ближе и поднявшись по небольшой лестнице, Майя оказалась почти вплотную у входа. Надпись «Закрыто» украшала дверь крупными буквами.
Еще один магазин с художественными принадлежностями находился чуть дальше, возле частного сектора у окраины города, где Майя жила. Решив попытать удачу, девочка направилась туда, внимательно смотря то себе под ноги, которые могла разглядеть едва-едва, то вперед, дабы ненароком не врезаться в случайного прохожего, как бывало нередко. Шла она медленно и осторожно, впрочем, Майя и не помнила, когда ей доводилось бегать. Было это и опасно и неудобно. Она слышала, как мимо нее быстро пробегают дети и проходят взрослые. Возможно, для них она казалась странной.
На перекрестке Майя остановилась, дожидаясь зеленого света. О том, где можно идти вперед она узнавала от людей, что стояли рядом и начинали свой ход по смене цвета светофора, и по звуку, что издавал он сам. Девочка видела мутные тени машин, мелькающих на дороге. Куда ехали эти люди? Домой с работы? В гости? По делам? Или они бесцельно прожигали бензин на городских улицах? Ехали куда-то…
Сбитые в кровь руки хватались за деревья на пути, пока сапоги поднимали брызги из луж, все ускоряясь и ускоряясь…
Зеленый свет загорелся, громкое пиканье известило людей о том, что можно переходить дорогу, и очень осторожно Майя двинулась вместе с ними на соседнюю улицу.
Грязный капюшон от резкого порыва ветра слетел с головы и длинные волосы, развязавшись из пучка, зацепились за мертвую ветку черного дерева, растущего на пути.
Перейдя улицу, Майя еще раз проверила направление. Она шла правильно: еще через две улицы вперед и немного налево, до первого поворота. Город она знала довольно плохо, но нужные места изучила как свои ладони с их линиями и изгибами. Теперь вперед, шаг за шагом, до следующего перехода.
Легкий ветерок потрепал ее волосы, и Майя легким движением убрала челку, упавшую на ресницы.
Резко и неловко острый кинжал рассек запутавшиеся в буйных ветвях серебристые локоны, оставив на них несколько капель крови.
Быстро темнело: надвигались плотным полотном черные грозовые тучи. Где-то вдалеке грянул гром, и закапали на серый асфальт холодные капли. Отойдя в сторонку, Майя укрылась под навесом у магазина. Какая досада, девочка вышла без зонта, а значит, ей придется в лучшем случае, переждать непогоду здесь, или в здании. В худшем ей бы пришлось возвращаться домой под дождем. В любом из них, за красками она уже не успевала.