Дурная земля. Проклятый (СИ)
— …42я, прием! Я капитан Бакли, отвечай, черт тебя дери!…
— 42я на связи — включив свою камеру, отозвался Антон — вы…
— К черту вопросы! — перебил его капитан — отвечай: она у тебя?
— Да, она здесь. В медблоке.
— Что с ней? Ранена? Как тяжело? — сразу же после ответа засыпал Антона вопросами капитан — я хочу ее видеть. Покажи мне ее — потребовал он.
— Сэр, она в капсуле. Идет лечение, я не…
— Да мне насрать!!! Давай показывай, сейчас же!! Или я тебя сгною!!!… - заорал он, Антон не стал вступать с офицером в полемику, махнув рукой пошел к медкапсуле. Фиг с ним, пускай смотрит если так приспичило… Ну его нахрен. Открывать капсулу ему не пришлось. Вовремя вспомнив, Антон понажимал на значки на сенсорном дисплее, нашел меню с настройками, и парой нажатий сделал матовую крышку капсулы, прозрачной.
— Бля!!… Ты долго там возиться будешь?! Давай шевелись сука!… - снова рявкнул на него Бакли.
— Уже все — Антон поднес комм к крышке — вот она…
Какое-то время Бакли молчал, изучая увиденное, а потом снова наехал на Антона:
- Это кто ее так отделал? Ты? Зачем ты это сделал, ублюдок?!
Сдерживаясь чтобы не послать этого толстомордого козла куда подальше, Антон объяснил капитану что это не его рук дело. Он-де, ее уже нашел такой. Антон рассказал что Клер отмудохали пленившие ее охотники, и в подтверждение своих слов, показал сделанную прикрепленной к бронику микрокамерой, запись.
— Вот уроды! Я же их просил!… - отсмотрев материал, снова принялся орать Бакли — …стадо тупозадых обезьян! Ублюдки! Да ведь они!… Черт! Она же нужна для… — капитан замолчал, вспомнив что его слушает посторонний, затем спросил:
— Как долго она будет торчать в той хреновине? Твоя капсула сможет поставить ее на ноги до завтра?
— Вряд ли. У нее сломаны ребра, рука, ходить она тоже пока не в состоянии — просто ответил Антон — я конечно не медик, но думаю что ей придется проторчать в капсуле неделю, минимум.
— Бл…ь! Долго, долго!… Ты можешь ускорить процесс?
— Нет. Я не врач. Вот через неделю…
— Да какая в жопу неделя?!… - заорал Бакли — ты глухой?! Я ведь сказал: она завтра нужна! Ай!… - в сердцах махнул он рукой. Отвернувшись от Антона, он стал с кем-то говорить по второй линии. Выждав пока он наконец закончит трепаться, Антон задал капитану вопрос:
— Так чего, мне ее к вам везти? Или ваши ее сами заберут?
— Нафига ты ее будешь ко мне везти? — не понял Бакли.
— Так вы же искали ее…
— Она нужна была мне здоровой — прервал его капитан — Целой и невредимой. А эта уродина каличная, мне и нахер не сдалась. Я ее лечить не собираюсь. Сам с нею возись, если хочешь… — обматерив напоследок Антона еще раз, Бакли отключился.
— Шоб ты обосрался, козлина… — пробурчал Антон. Отложив коммуникатор, он натянул куртку, снова взглянул на лежавшую в капсуле девушку, и потопал в аппаратную. Просмотрев выведенную на мониторы информацию, направился в жилой отсек. Отдыхать.
Следующие несколько часов, Антон честно пытался уснуть. Не получилось. А все из-за девушки. Что с нею делать дальше? Запереть ее где-нибудь на станции, на тот случай если капитан передумает? Или все-таки отвезти на базу? А может вообще отпустить, на все четыре стороны? От всех этих вопросов, ему хотелось выть и лезть на стенку. Блин! Вот же он дебил! Надо было ее сразу отвезти на базу, и ближе и проще, ну сделал бы лишнюю ходку — фиг с ним. Зато сейчас бы голова не болела… Оставлять ее здесь, ему не хотелось. Все-таки, она хотела его убить. В конце-концов, Антон решил подождать когда она вылезет из капсулы — только после этого можно было что-то решать. А чтобы в голову не лезли дурные мысли, он занялся разборкой взятых на месте боя трофеев. Первым делом, он разобрал все бандитское оружие. Антон не хотел чтобы ИИ станции врубил протокол усиленной безопасности из-за него, так как на стволах не было блокираторов. Убрав их подальше, он занялся рюкзаками и мелочью из карманов и подсумков. В рюкзаках был обычный для этого мира набор вещей: патроны, жратва, бухло, бухта альпинистского троса, аптечки и т. д. Единственной интересной вещью, был найденный среди мелочи из посумков, резак. Точно такой же как и у него. Больше никаких ценных вещей он не нашел.
***
Антон ошибался, когда говорил капитану про неделю срока. Медкапсула смогла поставить девушку на ноги за четыре с половиной дня. Заранее предупрежденный о ее пробуждении ИИ станции, Антон взял на складе новый, запаянный в пластик, комплект одежды с обувью. Положил его на стол в медблоке, и вышел. Дожидаться ее пробуждения он не собирался. Говорить с нею, ему тоже было не о чем. Сейчас его интересовали другие, более важные вещи. Например, сбор урожая в парнике и заготовка мяса. За день до ее выхода из капсулы, Антон снова поохотился в окрестных горах и лесах. Охота прошла удачно, и теперь ему нужно было закончить с разделкой добычи. Кроме того, нужно было что-то делать со снятыми шкурами…
Очнувшись, Клер увидела что лежит в медкапсуле голая. Крышка капсулы открылась сама, выпуская ее на свободу. Девушка попыталась выбраться из нее, и рухнула обратно. Голова кружилась, тело еще болело, но уже не так как раньше. Боль была терпимой и постепенно исчезала. Минут через десять, она предприняла еще одну попытку выбраться из медкапсулы. На этот раз у нее получилось. Клер вздрогнула, когда ее босые пятки коснулись холодного пола. Она сделала шаг к большому столу в центре комнаты и упала. Ноги почему-то отказывались ее держать. Пришлось ей добираться до стола ползком. Ухватившись за ножку, она кое-как поднялась и держась за столешницу, поковыляла к находившейся по другую сторону двери. За нею оказалась обычная душевая. Как только Санчес вошла, кабина сразу же заработала. Тугие струи горячей, затем холодной воды, ударили с потолка и из стен, смывая с ее тела остатки медраствора, в котором она лежала в капсуле. Минут двадцать она стояла под потоками воды, окончательно приходя в норму и оклемываясь. Как только контрастный душ-массаж закончился, автоматика стала нагнетать в душевую теплый воздух, превратив кабину в сушилку. Клер вышла оттуда с большой неохотой. Дохромав до стола, она вдруг заметила лежавший на нем пакет с одеждой. Усмехнувшись, девушка вскрыла упаковку и стала одеваться. Приведя себя в порядок, она похромала ко второй, замеченной ею в противоположном конце помещения, двери. Через нее она вышла в коридор, и сразу же увидела жирную надпись на стене напротив: ЖИЛОЙ ОТСЕК. Рядом были намалеваны разноцветные линии, над каждой из которых Клер увидела надписи, пояснявшие какая линия куда ведет. Сами линии были начерчены на полу. Не долго думая, девушка выбрала ту которая вела к жилым комнатам. Именно там она впервые после прибытия на станцию столкнулась с Антоном. Помещение на пороге которого она остановилась, было парником или оранжереей. Двери в него были открыты, и Клер какое-то время стояла, глядя на хлопочущего у больших ящиков с грядками Антона. Тот слышал ее приближение но оборачиваться и говорить не спешил. Наконец, доделав то чем он занимался, Антон подошел к девушке:
— Ну и когда за мной приедут? — сразу, в лоб спросила та. Антон ухмыльнулся, и стягивая с рук перчатки ответил:
— Можешь успокоиться. Твоя поездка на Гамму отменяется.
— Почему?
— А тебе не все равно? Или ты все еще жаждешь встретиться с Бакли? — вопросом на вопрос ответил Антон.
— Да пошел он в жопу! — сразу взвилась Клер — я лишь хочу узнать: что ты задумал?
— Ладно, все, успокойся — примирительно поднял руки Антон — ничего я не задумал. Просто Бакли связывался со мной четыре дня назад…
— И?…
— Увидел тебя в капсуле, долго орал, потом заявил что ты ему уже нафиг не нужна.
— Че, правда? — опешила Санчес. Антон кивнул:
— Правда, если не веришь, могу показать тебе запись разговора. Короче, ты теперь свободная и можешь валить на все четыре стороны.
Девушка хотела сказать еще что-то, но у нее перед глазами вдруг все поплыло, голова закружилась. Простонав, она неловко шагнула вперед, оступилась, и стала заваливаться на пол.