Тварь (СИ)

И уже закрывая за собой дверь, добавила:
— Завтра утром я приду за тобой.
Захлопнулась дверь, а я без сил упала в кресло. Нир, похоже, сошёл с ума. Сделать меня прислужницей своей будущей жены — это же просто немыслимо! Нужно поговорить с ним, объяснить, что это плохая идея. Я встала и направилась в сторону двери, но резко остановилась и опустила голову. Ему сейчас не до меня: болезнь мамы, свадьба, возвращение на родную планету, участие в церемонии в честь Дня Основания. А тут ещё я приду с претензиями и ведь даже объяснить нормально не смогу, почему не хочу быть прислужницей Изалай.
Я села обратно в кресло, поджала под себя ноги и, закрыв глаза, тихонько прошептала:
— Какая же я дура…
Так закончился мой вчерашний день, сегодняшний же начался с зычного голоса Зарии, пытающейся меня разбудить. Я еле открыла глаза. Тело, свернувшееся калачиком в кресле, не предназначенном для сна, затекло и невозможно ныло. Зария даже не дала мне умыться, столкнула с кресла, подняла на ноги и потащила куда-то по длинным коридорам. Когда мы оказались в чьей-то спальне, я всё ещё находилась в полусонном состоянии. Зария что-то всучила мне в руки и приказала:
— Иди на балкон и отнеси десерт вайрини, а я займусь будуаром.
Я направилась туда, куда указала женщина, отодвинула тяжёлые шторы и оказалась на небольшом балконе. За столиком, заставленным закусками и чайными принадлежностями, в мягких креслах сидели и весело разговаривали молодые вайрини. Я растерялась и отступила назад, наступив на штору и чуть не завалившись на спину. Блюдца на моём разносе тихонько звякнули, и на меня уставились пять пар глаз. Не хватало ещё опозориться перед прекрасной феей в первый же день, поэтому я выпрямилась, медленно подошла к столу, выставила десерты перед каждой из вайрини и собралась уйти, но лорнесса Изалай с мягкой улыбкой на красивых алых губах спросила по-русски:
— Тебя ведь Саша зовут?
Я замерла на мгновение и кинула быстрый взгляд на четырёх вайрини, которые неотрывно смотрели на меня и так же, как Изалай, мягко улыбались.
— Да, лорнесса Изалай, — ответила я.
— Ты знаешь моё имя! — приятно удивилась девушка, повернулась к подругам и весело прощебетала на вайри, — эта землянка знает, как меня зовут, и даже титул мой правильно произнесла. Это так удивительно!
— Вообще-то земляне вполне себе разумные существа, Иза, — прокомментировала странное воодушевление лорнессы брюнетка с очень короткой прямой чёлкой, — и, если бы не Вайорат, эта планета лет через триста догнала бы в своём развитии нас.
— Ты, как всегда, Уриса, — рассмеялась Изалай, — не зря носишь свою фамилию. Род Ларана всегда отличался любовью к низшим.
Я опустила глаза, но внимательно прислушивалась к каждому сказанному слову, и фамилия Ларана мне показалась знакомой. Вот только где я могла её слышать? Додумать мне не дали — Изалай повернулась ко мне и спросила на русском:
— Саша, ты ведь добыча сойла Ниарита?
Я кивнула, но внутренне вся сжалась от неприятного слова "добыча".
— Это он оставил метку у тебя на шее?
Я снова кивнула.
— И давно он на тебя охотится?
Я на мгновение задумалась, не зная, как правильно ответить, а лорнесса в нетерпении спросила:
— Или в твоём случае правильнее сказать, играет с тобой?
Я закусила губу, вспомнив, как тряслась от страха от такой игры, посмотрела на фею Изалай и ответила:
— Сойл Ниарит охотится на меня уже давно. И всё это время я живу в страхе, уважаемая лорнесса. Я даже не могу вернуться домой к отцу и маленькой сестрёнке, потому что могу привести вайра за собой, и тот с наслаждением и звериной радостью у меня на глазах разорвёт на куски моего отца, вырвет сердце моей сестры и сожрёт его, наслаждаясь свежестью и чистотой тёплой детской крови. Может, для вас это игра, лорнесса, но для меня — борьба за выживание.
Прекрасное лицо лорнессы Изалай скривилось и побледнело. Она резко вскочила на ноги, опрокинув кресло, на котором сидела, зло посмотрела на меня и выкрикнула:
— Уходи, человечка! И сегодня больше не показывайся мне на глаза!
 
Я с ненавистью бросила на пол разнос, который всё это время сжимала в руках, одёрнула штору и вбежала в комнату. И замерла, резко остановившись — у выхода на балкон стоял Ниари и смотрел на меня.
— Сойл Ниарит. Процветания вам и вашей прекрасной империи, — ехидно произнесла я и отвесила поклон, сорвалась с места и выбежала из комнаты лорнессы.
Я шла по многочисленным коридорам главного дворца, сворачивая то налево, то направо, незаметно для себя вышла к гипостилю, спустилась к берегу моря и уселась на ступени. Я вывела из себя Изалай, ей не понравилась правда моей жизни. И Нир. Как много он слышал? Мои последние слова, так точно. И в них не было лжи, ведь я, и правда, боюсь возвращаться домой. И вряд ли когда-нибудь вернусь.
Я подтянула к груди колени и натянула на них широкий кардиган, ногам сразу стало теплее. Море всё так же бушевало, а свинцовые тучи уже нависали над моей головой. Ветер нещадно трепал мне волосы, и я убрала самую надоедливую прядь за ухо, пальцем дотронувшись до едва заметного бугорка. Коннектор. Я совсем про него забыла. Так же, как забыли и про меня. По-видимому, информация, которую получил Марк и его соратники, была настолько ценной, что разведчик в стане врага им больше не нужен. Я горько засмеялась и легла на спину, распластавшись по каменным ступеням звездой.
— Марк, — произнесла я, и коннектор автоматически начал дозвон. Знакомый голос я услышала минут через пять непрерывного соединения.
— Александра? — спросил удивлённо голос.
— Она самая, — улыбнулась я. Из глаз покатились непрошенные слёзы, и я зажала рот рукой, чтобы не разреветься в голос.
— Господи, Саша, я думал, ты умерла!
— Почему? — только и смогла вымолвить, сдерживая истерику.
— В день, когда ты передала нам данные инфосети вайров, канадцы засекли сильный энергетический выброс. Я сразу же попытался связаться с тобой, но сигнал не проходил. Ольга вышла на канадское правительство, тебя искали, но те места слишком глухие и непроходимые. Десять дней назад вернулся последний поисковый отряд. Вернулся ни с чем. Но мы решили оставить эту волну, если ты вдруг жива.
Я погладила бугорок за ухом и всё-таки разрыдалась. Какая ирония: это не меня бросили, а я всех оставила, погнавшись за эфемерным счастьем, счастьем быть рядом с тварью, чьи лапы по локоть перепачканы в человеческой крови.
Марк молчал, и я была ему благодарна за это. Я сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и заговорила:
— Через пару недель семья Лайонай и большая часть вайров покинут Землю и отправятся на Эйлидию, столицу Вайората. Там планируется крупное торжество, День Основания их чёртовой империи, так что на планету слетится весь свет Вайората. И я лечу вместе с ними — таков приказ Ниарита. Для нас это шанс узнать координаты Эйлидии, Марк.
Генерал долго молчал, будто размышляя о чём-то, потом осторожно спросил:
— Саш, ты как? Если хочешь, можешь вернуться в Военный, ты уже так много для нас сделала.
Я горько улыбнулась и показала Марку средний палец — всё равно не увидит, аудиосигнал видео не передаёт, но мне полегчало.
— Расскажи совету об этой уникальной возможности. Я выйду на связь завтра ночью. Рада была слышать тебя, Марк.
— Саш, подожди…
Марк хотел что-то сказать, но я уже отключилась и снова с ним связываться не собиралась — завтра скажет, что хотел. Коннектор, скорее всего, перестал принимать входящие вызовы, когда я выстрелила по Ниру, разрушения были колоссальные, да и ударная волна немаленькая. Я улыбнулась: удивительно, что я вообще осталась в живых. Перевернувшись набок, я поняла, что ступени — не самое лучшее место для отдыха, поэтому неохотно поднялась и поплелась в сторону гипостиля. Небеса вот-вот грозили пролиться холодным дождём, а я изрядно подзамёрзла и под ливень попасть не хотела, поэтому с удовольствием ступила в теплоту гипостиля и сразу же поняла, почему так радостно смеялась лорнесса Изалай. Из-за тяжёлых свинцовых туч за окнами сильно потемнело — и не скажешь, что день. Но гипостиль был освещён сотнями золотых фонариков-светлячков, хаотично круживших в воздухе, отчего создавалось ощущение нереальности происходящего. Я медленно двигалась вдоль колонн, неотрывно наблюдая за танцем двух безумно красивых существ — феи и эльфа. Движения их были плавными, текучими, медленными, будто они не ходили, а летали. Фонарики-светлячки то подлетали к танцующим, поджигая пламенный блеск рыжих волос Изалай, то удалялись, забирая с собой искорки угасающего костра. Фея в воздушном нежно-изумрудном платье и эльф в кристально-белой тоге. Изалай и Ниарит удивительно дополняли друг друга — огонь, способный разогнать тьму и растопить лёд, сковавший сердце белыми одеждами.