Тварь (СИ)

Терраса закончилась высокой двустворчатой дверью, и мы вошли внутрь.
— Фая, ты нашёл одежду для Са-Ши? — спросил Ниари у склонившегося в поклоне вайра.
— Да, сойл, — коротко ответил Фая.
— Покажи.
— Пройдёмте в гостевые комнаты, сойл.
Не успела я как следует рассмотреть одну комнату, как меня по коридорам потащили в другую. Когда дверь открылась, я тут же осмотрелась. Это совершенно точно была женская комната: сделанная в белых тонах, она сияла солнечным светом, который проникал внутрь через высокие окна, занавешенные прозрачной белой тканью. А за окном синело бирюзовое море. Я ступила на мягкий ковёр с длинным ворсом, подошла к окну и затаила дыхание: никогда я еще не видела настоящего моря и не ожидала, что оно может быть настолько прекрасным. От созерцания меня отвлёк голос Ниари, и я обернулась. Оказалось, что в комнате помимо меня, Нира и Фаи были ещё вайры. На меня с нескрываемой брезгливостью поглядывали три вайрийки. Я впервые увидела тварьих женщин и с неожиданной завистью отметила, что они очень красивы: тонкотелые, белокожие с чёрными длинными волосами, пухлыми губами и большими блестящими глазами, они создавали впечатление лёгкости, эфемерности и немного сказки. Женщины, а скорее, молодые девушки были одеты в светло-зелёные воздушные платья, облегающие фигуру и хорошо подчёркивающие плавность линий. Я хмыкнула про себя и поняла, почему Ниари спросил у меня однажды, зачем человеческим женщинам такие большие груди — у вайриек почти не было груди, а попа едва выделялась. Но выглядело всё так гармонично, что глаз не отвести. Я со своим третьим размером груди, большой попой и накачанными ляхами смотрелась рядом с ними, как корова рядом с балериной. Оторвавшись от созерцания вайрийских дам я, наконец, обратила внимание на Ниари, а он свирепствовал:
— Фая, что за одежду ты притащил? Разве я не сказал, что человечка будет сопровождать меня на церемонии?
Фая весь сжался и испуганно ответил:
— Сказали, сойл Ниарит. Разве это платье не подходит?
— Это платье прислужницы! Ты хочешь сказать, что рядом со мной будет стоять служанка?
— Я думал, она будет сопровождать вас как помощница, мой сойл. Простите, если ошибся.
— Сейчас же найди одежды, достойные лорнессы, до начала церемонии осталось два часа.
Фая низко поклонился и буквально выбежал из комнаты, а Нир повернулся к девушкам и приказал:
— Приведите человечку в порядок, отмойте, накрасьте, причешите.
Я хотела было сказать, что и сама могу справиться, но вовремя вспомнила, что Ниари всё это время разговаривал на вайри, и проглотила язык.
Вайр повернулся ко мне и заговорил на русском:
— Са-Ша, прислужницы помогут тебе привести себя в порядок. Не бойся, они не посмеют тебя тронуть. Когда Фая принесёт одежды, просто оденься и жди меня. А мне ещё нужно кое-что уладить.
Я кивнула, и вайр поспешно покинул комнату.
Я обречённо взглянула на вайриек, те даже не пытались скрыть свою неприязнь.
— Что это вообще было, Зария? — спросила высокая девушка у той, что пониже, — где лорнесса Изалай? Мы ведь должны её подготовить к церемонии совершеннолетия сойла!
— Понятия не имею, Кайла. Похоже, сойл Ниарит нашёл-таки способ разозлить отца и унизить Изалай.
— Ладно, сойлар, — сказала третья девушка, открыв дверь, ведущую в ванную, — но лорнессу-то за что? Была же договорённость, и сойл Ниарит дал своё согласие!
Зария подошла к резному светло-коричневому будуару и начала доставать оттуда всякие баночки.
— Яриса, набери воду в ванну и вылей туда бытулку аромы.
— Целую бутылку? — удивилась девушка, — не много ли?
— Боюсь, даже мало, — ответила Зария, — ты не чувствуешь, как от неё воняет?
Мне сразу захотелось понюхать себя, но голос разума предупредил — вайрийки не знают, что я их понимаю. Я посмотрела на Ярису и удивилась: девушка, действительно, поводила носом, втягивая воздух, и смущённо ответила:
— Я чувствую только запах сойла Ниарита.
Зария удивлённо посмотрела на девушку и быстро подошла ко мне, уставившись на мою шею.
 
— Человечка — меченая, — с какой-то застарелой злостью выплюнула мне в лицо Зария, — её даже убить нельзя.
— Ах, бедная лорнесса Изалай, — проныла Кайла, — вряд ли ей придётся по душе соседство с человеческой самкой.
— Глупый мальчишка, — покачала головой Зария, пристально глядя на меня, — что творится в твоей неугомонной голове.
Женщина, а я теперь была уверена, что Зария на порядок старше двух других, схватила меня за руку и потащила в ванную. В течение часа меня мыли, тёрли, снова мыли, сушили, мазали кремами, выпиливали ногти на руках-ногах, делали причёску. И не переставали унижать. Моя и так незавидная самооценка ушла в минус.
— Какая у неё тёмная кожа.
— Какие блёклые волосы, и что это за цвет вообще?
— Ты посмотри на её тело! Оно же всё в мускулах!
— Она такая толстая и вся какая-то чересчур мягкая.
— А где её когти? Их же совсем нет! — и всё в этом духе. Я уже готова была разрыдаться от собственной ущербности, но ситуацию спас Фая, вломившийся в комнату через окно и чуть не запутавшийся в шторах.
— Зария, — воскликнул он, — кажется, я нашёл то, что надо.
Зария отвлеклась от перечисления моих недостатков и подошла к Фае. Взяв в руки тканевый футляр, женщина достала оттуда платье и ахнула.
— Оно прекрасно, Фая. Сойл Ниарит будет доволен.
Мне стало любопытно, и я подошла. Зария тут же схватила меня и начала одевать. Вокруг меня снова забегали, а когда облегчённо вздохнули, я поняла, что мои мучения окончены, и я подошла к большому резному зеркалу. Из него на меня смотрела совершенно незнакомая мне девушка. Идеальный макияж, объёмная коса с кучей мерцающих серебром бусинок, нежно-голубое платье с широкими полупрозрачными рукавами, в нескольких местах закреплёнными на руках обручами-змейками, подпоясывалось под грудью серебряным широким поясом, а от него объёмными складками ниспадало до пола. Я улыбнулась своему отражению и закружилась, весело засмеявшись. Юбки тут же взмыли над полом, образовав вокруг меня воздушный шатёр. Я была так счастлива, что забыла, где нахожусь, и даже когда в комнаты вошёл Ниари и остановился, наблюдая за моим кружением, я не смогла остановиться и, врезавшись в вайра, радостно воскликнула:
— Я принцесса, Нир! Самая настоящая сказочная принцесса!
Вайр рассмеялся и сказал:
— Лорнесса, Са-Ша. Сегодня ты настоящая лорнесса. Идём.
Нир взял мою руку и повёл по террасам вглубь здания.
— Ни к кому лишний раз не прикасайся, Са-Ша, — предупредил меня вайр, — в нашей культуре тактильный контакт разрешён только между связанными родством. Смотри только на меня и держи голову высоко поднятой, сегодня ты не просто моя добыча, а эйили.
Последняя фраза Ниари отрезвила меня, и я резко вспомнила, кто я такая и зачем здесь нахожусь. Шепнув на грани слышимости слово "видео", я услышала, что команда получена, и заозиралась по сторонам. Мы как раз подошли к высоким дверям, которые тут же распахнулись, и Ниари уверенно вошёл внутрь. На нас тут же уставились тысячи глаз, а я внутренне сжалась. Моим глазам предстал огромный гипостиль, полностью заполненный вайрами. Когда Ниари ступил в толпу, твари мгновенно разошлись и склонили головы. Мы шли по образовавшемуся коридору, и отовсюду раздавалось восторженное:
— Сойл Ниарит.
— Сойл.
— Блага вам.
— Блага, сойл.
Создавалось впечатление, что народ безмерно любил Ниари и, не побоюсь этого слова, буквально боготворил его. Я украдкой глянула на Нира и удивилась — на лице вайра отчётливо читались скука и равнодушие.
Мы остановились перед лестницей, ведущей к широкому подиуму, и я повернулась к Ниари. Вайр смотрел на меня и, казалось, засомневался в чём-то. Я немного напряжённо улыбнулась, а вайр, будто решив что-то про себя, повёл меня по лестнице вверх.
Посреди подиума стоял резной каменный трон, в котором в расслабленной позе восседал самый главный вайр, на котором держится весь Вайорат — сойлар Кайрана Лайонай. Отец Нира. Мне стало любопытно, как выглядит эта тварь и я подняла взгляд. На меня смотрели пустые, полные равнодушия глаза. Глаза смерти. Меня прошиб холодный пот, а по спине побежали неприятные мурашки, потому что эти глаза я не забуду никогда. Тот седовласый вайр, который пощадил мою группу на Сухой Пустоши и лишь напугал меня, оказался отцом Нира. В памяти неожиданно всплыли слова Старшего, который пообещал Ниру, что обязательно доложит о произошедшем его отцу, и папаня, похоже, решил сам проверить правдивость слов Старшего, поэтому и пришёл тогда к Сухой Пустоши. Проверил и спокойно ушёл. Сойлар смотрел на меня всего мгновение, потом перевёл тяжёлый взгляд на сына, и на лице его отразилась лёгкая печать недовольства. Нир лишь довольно ухмыльнулся в ответ. Мне сразу стали понятны их отношения: тиран и бунтарь, и Ниари явно нравилось доводить отца.