Тварь (СИ)

— Здесь отмечено место, где ты сможешь отыскать своих сородичей, Марк, — сказал Ларана, — возвращайся к ним и проживи достойную жизнь. А мне пора возвращаться. Прощай, мой мальчик. Мне жаль, что моя раса так жестоко истребляет человечество, но я так и не смог с этим ничего поделать.
Я улетел в тот же вечер и отыскал вход в человеческий город. Позже я оказался в Военном и до сих пор из всех человеческих городов предпочитаю его.
Марк замолчал и посмотрел на меня. А я медленно переваривала то, что услышала. Получается, не все вайры мерзкие убийцы, и среди них встречаются пацифисты? Сказать Марку мне было нечего, и я молчала. Заговорил сам генерал:
— Я рассказал тебе свою историю для того, чтобы ты, наконец, осознала, что не все вайры одинаково жестоки. За все тридцать лет мы выявили только пять человек, которым твари поставили свои метки — троих уже нет на этом свете, я не могу ничем помочь, а вот ты можешь попытаться…
Я нагло перебила генерала, спросив:
— Трое погибли, пытаясь вызнать у своих вайров что-то об их родине?
Марк согласно кивнул и продолжил:
— Да, это большой риск, Александра, но если ничего не изменить, однажды вайры обнаружат наши города, и человечество исчезнет по-настоящему. Ларана знал о наших убежищах, так где гарантия, что не узнает кто-нибудь ещё?
— Я не хочу, Марк! — вскочив с кресла, я начала нервно ходить по номеру, пытаясь собраться с мыслями, — понимаешь, я жить хочу. Учиться, работать, отдыхать. Я семью свою хочу! А ты и твой совет ставите на мне крест! Вы просто отбираете у меня мечту, прикрываясь уничтожением целого человечества!
— Саша, — вдруг назвал меня Марк, и моё сердце сжалось, вспомнив тягучий голос Ниари, всегда произносившего моё имя нараспев. Я остановилась, и этим воспользовался генерал, подойдя близко и схватив меня за плечи.
— Я всё понимаю. Ты совсем ещё юная, ты хочешь жить обычной жизнью молодой девушки, но сейчас не то время, чтобы мечтать об этом. Ты можешь спасти целый мир.
Я с силой скинула с плеч руки Марка и отошла. Меня затошнило от пафосных слов генерала, захотелось выбежать на свежий воздух и убежать как можно дальше.
— С чего вообще ты решил, что у меня получится? Трое до меня провалились, а я смогу? — спросила я, внимательно наблюдая за Марком.
— Я уверен, что у тебя получится, Саша. Ниарит Лайонай слишком молод и мягкосерден, он прожил не так много, чтобы заподозрить глупую человечку в шпионаже. Трое других провалились, потому что их вайры были зрелыми и опытными охотниками, они сразу заподозрили неладное и избавились от людей. А у тебя есть хороший шанс. Вспомни, как много вы разговаривали, Ниарит сам шёл с тобой на контакт. Я больше, чем уверен, он относится к тебе не как к добыче.
Я отвернулась, потому что надоело слушать эту болтовню. Ещё бы уши заткнуть, и вообще было бы замечательно. Марк будто почувствовал моё настроение и сказал:
— Я больше не побеспокою тебя в эти два дня, но в четверг приду за тобой и лично отведу на совет. До встречи, Саша.
Марк вышел и хлопнул дверью. А я прошептала в пустоту:
— Не хочу…
Глава 5. Другая жизнь
Неделю назад на землю сошла красавица-осень, взяла в свои изящные тонкие пальчики пушистую кисть, окунула её в краску и щедрыми мазками начала разукрашивать мир вокруг: где-то позолотит, где-то не пожалеет оранжевых цветов, а где-то окрасит в алый.
Я вошла в рассветный лес и с наслаждением вдохнула влажный воздух. Сегодня начиналась моя миссия. Знаю, звучит пафосно, но последние три месяца этим пафосом меня только и кормили. Когда я согласилась на глупую шпионскую авантюру, меня тут же переправили в какой-то очень закрытый городок и без устали пичкали информацией, обучали пользоваться вайрийской техникой и даже вживили за ухо маленький чип. В нём была напихана куча всяких функций. Это был и маячок, чтобы отслеживать моё передвижение, и коннектор, с помощью которого я могла в любое время связаться со своим куратором, кстати, им изъявил желание стать Марк. Чип выполнял функцию переводчика с четырёх основных языков планеты и, самое главное, с вайрийского — несмотря на то, что меня обучали языку вайров, упор всё-таки делали на их письменность. С помощью чипа можно было записывать видео, аудио, делать фото, и активировались эти функции определёнными словами. За исключением переводчика — он начинал работать сразу же, как слышал иностранную речь, и перевод поступал непосредственно мне в уши. "Крутая вещица", — не прекращая удивляться, думала я, неосознанно поглаживая место, где находился чип.
 
Мы долго думали, откуда мне лучше начать свой путь, и в итоге решили начать с поляны, на которой мы виделись с Ниари последний раз. Я взяла с собой старый рюкзак, бутылку с водой, соль и складной нож. Днём было ещё тепло, но ночи становились всё холоднее, поэтому я оделась в чёрные штаны и тёмно-зелёную майку, куртку положила в рюкзак, а на ноги натянула лёгкие, но непромокаемые кроссы. Я была готова ко всему, поэтому спокойно начала свой путь. Первую неделю я шла, каждую минуту ожидая почувствовать Ниари, во вторую неделю засомневалась, что встречусь с ним, а на третью забила на всё и просто охотилась, спала и просто шла. Марк первое время связывался со мной каждый день и пытался развлекать разговорами, но вскоре меня стала утомлять его болтовня, и я попросила генерала связываться со мной раз в четыре дня. Марк тогда спросил, почему, и я на ходу придумала, что разговоры отвлекают меня от миссии. Удивительно, но генерал похвалил меня за то, что я, наконец, начала серьёзно относиться к "нашему общему делу", а я мысленно усмехнулась. Знал бы он истинную причину, вряд ли это сказал.
На четвёртую неделю я вышла к реке и двинулась по берегу вниз по течению. Через пару часов я нашла узкое место, сняла обувь и переплыла реку. Вода была холодной, но благодаря бабьему лету, дни стояли тёплые, я сняла майку со штанами, положила на камни сушиться, а сама легла на берегу погреться и закрыла глаза. Солнышко приятно припекало кожу, все проблемы, казалось, остались в человеческом городе, и я почувствовала себя в этот момент по-настоящему счастливой и свободной, а на лице блуждала довольная улыбка.
— Почему ты улыбаешься, Са-Ша? Так рада видеть меня?
Я резко открыла глаза и забыла, как дышать — надо мной, низко склонившись, сидел Ниари. Его чёрные, как смоль, волосы сияли на солнце, водопадом спадая мне на грудь и приятно щекоча кожу, зелёные глаза с вертикальным зрачком весело искрились, а алые чувственные губы так знакомо улыбались мне, что я тут же поняла, насколько сильно соскучилась.
— Нир, — на выдохе произнесла я и, притянув к себе, обняла вайра за шею. Ниари задорно рассмеялся и спросил:
— Что ты делаешь, Са-Ша? Мы только встретились, а ты уже пытаешься меня придушить!
Я довольно хмыкнула и вдохнула запах Нира, наслаждаясь жаром, исходящим от тела вайра. Кожу, как всегда, покалывало, но чувство это уже не воспринималось как неприятное, и я совсем не ощущала тошноты или животного ужаса как при наших первых встречах. Наоборот, я как-будто встретила друга.
Ниари, казалось, тоже не ощущал дискомфорта: он удобно устроился у меня на груди и замер, наслаждаясь моей невольной лаской — я неосознанно гладила его по волосам. Не знаю, сколько мы так пролежали, но вайр вдруг разорвал контакт и сел, скрестив ноги. Я же приподнялась на локтях и уставилась на его наряд.
— Одежда явно не для охоты, — насмешливо произнесла я, внимательно разглядывая то, во что был обряжен Ниари.
— Это ритуальные одежды, — глухо произнёс вайр. Готова хоть на что поспорить — Ниари был смущён! И, кажется, смутила его я. А одежда, действительно, была хороша: кристально-белая туника до пят была расшита по широким длинным рукавам, такая же серебряная вязь шла по краям туники, которая в разрезах до бедра давала увидеть полупрозрачные белые широкие штаны, на щиколотке собранные фонариком. Воротник с широким подворотом оголял плечи до красивых ключиц, имел такую же красивую серебряную вязь и рядом из серебряных продолговатых пуговиц уходил вбок. Талию Ниари украшал широкий, расшитый драгоценными камнями пояс, и к нему же крепилась лёгкая, едва тронутый серым цветом прозрачный флёр. Такая же длинная ткань была закреплена сзади на обруче в волосах Ниари.