София (СИ)

― Да. Недавно. ― Всего лишь каких — то лет пять назад. Мужчина нахмурился.
― Шрамы тоже после аварии? ― Я обернулась и руки положила на тело. У того глаза округлились. ― И тут тоже? ― Он вернул взгляд на дорогу, затем снова на меня.
― Откуда ты знаешь?
― Видел.
― Неееет… Ну нет… Значит тогда мне не показалось? ― Руку прижала ко лбу. ― Ты меня головой видел! ― Возмутилась я. Тот хохотнул.
― Ты права, задница у тебя охраненная.
― Полагаю и грудь тоже? ― Фыркнула я недовольно. ― Ты не должен был видеть.
― Виновник наказан? ― Снова веселье из его голоса пропало. Вижу, как руль с силой сжимает, что даже костяшки побелели.
― Нет.
― ЧТО?! ― Я даже вздрогнула. ― Ты знаешь кто это? ― Машина остановилась на светофоре.
― Знаю. Знаю, кому принадлежит та машина. ― Тебе, мой котик… Тебе…
― Говори! ― Я отрицательно покачала головой.
― Кот, я скажу. Обещаю. Но не сегодня. ― Сказала, смотря на дорогу.
― Почему ты сейчас не хочешь сказать? Что тебе мешает? ― Гудвин взял мою руку в свою. Большим пальцем водит по коже. ― Угрожает тебе?
― Нет. Какой мне смысл угрожать, если у меня нет ничего, что могло доказать его вину. Я не хочу, что бы он сидел в тюрьме. Я этого не хочу. Просто хочу понять, как спит ночью, как живет с тем, что сделал? Больше мне ничего не надо. ― Сказала правду.
― Так нельзя! Он должен заплатить за то, что с тобой сделал! У меня отец…
― Прокурор. ― Проговорила за него. На днях узнала. Так что поняла, что Дима не причастен к этому. Но почему то все равно его виновным считаю… Не знаю, может от того, что у него такой друг? Но как Гудвин мог сбежать? Как?!
― Откуда ты знаешь? ― Он удивлен. У них фамилии разные, но внешность, как оказалась схожа. Как я раньше этого не заметила.
― Он приходил в офис недавно к тебе. Видела. ― Ответила хрипло. ― Мы едем в магазин или?
― Скажи имя. ― Требует он, чуть сильнее сжимает руку.
― Я скажу. Но не сегодня.
― Почему? Ты ходячая тайна, из тебя ничего не вытащишь… ― Он замолчал, видимо понимая, что я ничего не расскажу. Руку он мою отпустил, вернулся к управлению машины. Хоть что-нибудь расскажи о себе.
― Вчера в обед, я пошла в кофе. Ко мне подошел Дима. ― На лице кота загуляли желваки. ― проблема в том, что я не помню некоторые моменты из жизни. Особенно на счет отца. Мать мне не рассказывала. ― Тяжело вздохнула, отвернулась к окну. ― Я думала, он ушел из семьи. Ну знаешь, я больше хотела верить в это и не допускать других мыслей. Но…Решила спросить у Димы, может он в курсе того, что произошло.
― В курсе? ― Спросил холодно.
― Отец умер от инфаркта… после того как узнала, моя голова наконец-то явила мне воспоминания.
― Мне жаль. ― искренне сочувствует. От чего тепло разливается в груди. ― А мама? ― Он бегло посмотрел на меня.
― А это тяжелый случай… ― Тяжело вздохнула. Затем хмыкнула. ― Она относиться к разряду людей, которая за деньги и дочь родную продаст. Ей вечно мало, сколько бы я ей не перевела. В ее глазах я не благодарная, жадная эгоистка. ― Хмыкнула и повернула голову на кота. ― Я эгоистка, я которая каждый месяц перечисляет кругленькую сумму матери, что бы та жила хорошо и не в чем не нуждалась. Эгоистка, потому что, я не думаю о том, что она три месяца назад ножку подвернула, и она у нее немного ноет до сих пор, особенно в тот момент, когда я начинаю говорить о том, что мое лекарство, сука стоит, столько, что … и я пришлю ей денег куда меньше, чем в предыдущий раз. ― Шумно и гневно выдохнула. Злость так и струиться. Надо успокоиться. ― Когда была в ко… в больнице, она не разу не пришла. ― Я хохотнула.
― Что за мать такая я не пойму? ― Сквозь зубы проговорил Гудвин.
― Не знаю, что отец в ней нашел. Но он ее очень любил… Красиво так… ― ответила мечтательно, вспоминая его нежность к ней. ― Все для нее. Я даже ревновала… ― Хихикнула. ― Это я его маленькой девочкой была. Стоило ему назвать маму так. Ооо… Я такие истерики закатывала. Даже однажды от обиды укусила. За руку. ― Показала пальцем на большой палец. ― Гудвин хохотнул. ― Он тоже меня любил. Он везде меня брал собой. На работу, на охоту. Даже на рыбалку. Везде с ним.
 
― А как так получилось, что вы с Димой рано поженились? ― Наморщила нос.
― Наши родители, посчитали, что у нас большая любовь и дали добро.
― А ты так не считаешь? ― Задумчиво почесала голову.
― Теперь нет. Гормоны. Переходный возраст и желание быть независимыми. Но он променял меня на деньги, бизнес, шлюх. ― Я повернулась к Коту. ― До смешного. Я самостоятельно создала сайт, онлайн бизнес и даже с не большими заказами я стала конкурентом. ― Я хохотнула снова. У меня нет ни компании, ни офиса. Даже кабинета. А тут вон… Меня это забавляло, и решила устроиться на работу в вашу фирму. Ради интереса посмотреть, как я могла оказаться конкурентом. Ну и для дополнительного дохода. Я представить не могла, кто тут босс…
― Мда… А ты сама работаешь на сайте?
― Нет. еще Когда то знакомая, теперь близкая подруга. Она хороший программист. Мы с ней вдвоем. У нее научилась некоторым навыкам в хакерстве. ― Я хохотнула. ― Не настолько хорошо. Но кое-что умею.
― Обалдеть. ты меня удивила.
― Ну, как говориться, хочешь жить, умей вертеться.
― А после Димы, у тебя кто-то был?
― Нет. Не до этого было.
― Ты говорила, что погиб любимый? ― Спросил осторожно, тихо. Волнуется
― Это было нечто большее, чем просто любимый. Но любимый, не в том плане, как вы думаете. ― Ответила хрипло и отвернулась.
«мне жаль, вы потеряли ребенка»
― самое ценное во всей вселенной. ― Прошептала еле слышно.
― Ты говорила, что у тебя никого не было. А…
― Анатолий Иванович. Я обязательно расскажу и об этом. ― Ответила хрипло. ― Но не сейчас, и не сегодня. И… ― Глубоко вздохнула. ― Пожалуй, на этом достаточно.
― Мне жаль…
― Поверь, это потеря на столько… Что даже жаль не исправит и не успокоит. Когда расскажу, ты поймешь, а может и нет… Ладно. Хватит.
  
22
 
― Что брать будем? ― Спросила кота, который взял большую тележку.
― Еду. ― Фыркнула в ответ. ― Алкоголь.
― Понятно. ― Буркнула я в ответ. Завязала волос в узел. Понятно, что ничего не понятно.
― На два дня еды надо взять. Повара приготовят. ― Я кивнула.
― Раз будут пить. Значит, нужны закуски. После пьянки, нужно будет что-то сытное и легкое. ― Проговорила, останавливаясь возле стеллажа с колбасами.
― Верно. ― Отрешенно проговорил Гудвин. Брови его снова сомкнулись на переносице. Вижу, головой он не тут. Ладно… Кажется, мои слова обдумывает? Ну думай… думай…
Взяла колбасы. Прошла чуть дальше. Сыр… Взяла сыр, смотрю на дату, но в глазах снова будто пелена. Туман. Все размыто. Прислонила пальцы к глазам. Открыла их, все равно не вижу. От волнения сердце закоротило.
― Сонь?
― Да? ― Взглянула на него с улыбкой. Его тоже вижу расплывчато.
― Ты в порядке?
― Да. Да… ― Сказала, положила сыр в тележку. Быстро моргаю. Но и это не помогает. Гудвин словно почувствовал это. Подошла обратно к стеллажу. Выбрала еще несколько видов сыра. Сложила в тележку. Снова часто моргаю. Когда это пройдет? Так долго еще не было…
― Сонь, сыр «крам» хороший, возьми его. ― Кот показал пальцев. А я… Не вижу. Опустила глаза в пол. Даже этот бежевый в крапинку пол, сплошным. Гудвин все понял.
― Часто такое? ― Я прислонила пальцы к глазам. Снова пытаюсь проморгаться. Че теперь скрывать то?
― Да, это нормально. ― Сказал, переведя взгляд на стеллаж. Пиздец. ― Сейчас пройдет. ― Скорее себя в этом убеждаю, чем его. Снова пальцы глазам прижала. Помассировала их открыла и все стало нормально… Я облегченно выдохнула… А следом за мной Кот.
― Нормально? ― Я кивнула и стала искать сыр, который он назвал. Мда… Передо мной на полке вся линия «Крам» Мда…