Разрушая твои границы (СИ)

— Что ты тут делаешь?
— Собрала все фотографии и видео в один ролик.
— Это с пикника что ли?
— Да.
— Ничего себе. Можно посмотреть? — попросил он.
— Конечно.
— Я там тоже есть? — хитро усмехнулся Лёша.
— Там все есть, — улыбнулась я.
Я легла на живот между парнем и ноутбуком и запустила ролик. Немного волновалась, что скажет Лёша, как оценит, поэтому украдкой поглядывала на него. Он с полуулыбкой на лице заинтересовано смотрел видео, временами посмеиваясь. У меня зато, пока он смотрел, вспотели ладошки, как в школе, когда учитель при тебе проверяет твою контрольную.
— Ты — молодец, интересно сделала. Это всё или ещё что-то будет?
— В принципе всё. Может ты хотел бы что-то изменить?
— Ну да, пару моментов я бы удалил, — предложил он.
— Хорошо, говори какие, давай отредактируем, — я развернула ноутбук, чтобы мы оба могли лечь на живот перед ним и видеть экран. Лёша указывал, какие моменты лучше удалить или поменять местами. Я спокойно относилась к конструктивной критике, со стороны виднее недочёты. Потом он захотел добавить момент, где я танцевала, но я была против и начала убирать его руки от ноутбука, вышла небольшая потасовка, в результате которой я не сильно его толкнула, но он, видимо, не ожидал и упал с кровати, громко хохоча при этом.
— Ты что меня убить хотела?
— Лёш, извини, я случайно, — смеялась я.
— Ладно. Подай мне руку.
Я протянула ему руку, чтобы затянуть назад на кровать, но он специально дёрнул меня вниз и я полетела вслед за ним с кровати. Интересно, почему приземлилась я прямо на него? В пару сантиметрах от его губ. Ощутила сбивчивое дыхание. Словно мало кислорода. Я первая это прервала, захохотала и скатилась с него. Успела при этом немного приложиться затылком о пол.
— Черт, — скривилась я.
— Что теперь? — быстро навис надо мной Лёша.
— Может, ты ещё травмы головы умеешь лечить? — не открывая глаз, спросила я.
— Вряд ли у тебя травма головы.
— Ты мне так и не рассказал историю, откуда ты умеешь лечить? — Посмотрела на него.
— Это страшная история, — вдруг стал он серьёзным, — её мало кто знает.
Я развернулась к нему, чтобы, наконец, узнать тайну, глядя при этом Лёше в глаза.
— Это случилось давно, я… не нарочно… убил врача, — и продолжил замогильным голосом, — и все его знания перешли ко мне. Но раз в пять лет я должен кого-то принести в жертву, чтобы знания оста-а-а-а-ли-и-ись. И это будешь ты. — Я понимала, что это шутка, но его голос был таким устрашающим, что я начала отползать назад, а он начал меня догонять и ещё больше пугать.
— Лёш, ну хватит.
— Нет, ты хотела узнать правду, теперь должна расплатиться за это.
— Я поняла, хорошо, всё, я не хочу больше знать правду.
— Ты уже знаешь, — продолжал он дурачиться.
И так вошёл в образ, что укусил меня за ногу. Представляете? Этот серьёзный и важный на работе мужчина, кусает меня за ногу! Я открывала его с другой стороны. Он сам пустил и разрешил мне увидеть его изнутри.
— Я всё, сдаюсь, — подняла я руки к верху, он перестал меня преследовать и сел на пол, — это тайна?
— Да.
— Я хочу её узнать. Что я должна сделать? — Не отставала от него я. Он закатил глаза.
— Переспать со мной.
— Согласна, — не задумываясь, ответила я.
— Ты такая доступная?
— А ты так меня хочешь, что готов открыть свою тайну? — спросила я, приподняв брови.
— Пополню свой список женщин, — улыбнулся он.
— Ты не похож на Казанову, — отрицательно покачала я головой.
— Ладно, я пошутил, хотел увидеть твою реакцию. Тебя ничем не смутить, Марина. Пошли лучше сходим куда-нибудь, поедем? Что-то я проголодался.
— Пойдём.
— Подожди, я переоденусь, — быстро взяв свои вещи, направилась в ванну.
— Можешь не прятаться, я уже все у тебя видел, — крикнул он мне вдогонку.
— Ниже пояса ты ещё ничего не видел, — ответила я из ванны.
— Можем исправить. Тебе услуги гинеколога не нужны?
Я закатила глаза.
— Пошли уже, — вышла я из ванны, — ты не думаешь, что мы слишком часто куда-то ходим вместе?
— Все знают, что я не завожу служебных романов, — сказал он мне свою стандартную фразу.
 
— А мы как бы ни особо коллеги… временные, я бы сказала.
— Если перейдёшь к нам, будем постоянными, — обувался Лёша.
— Что значит, если перейдёшь? — замерла я.
— Я просто так сказал, пошли, — замялся он и взялся за ручку двери.
— Нет, не просто так, что ты имел ввиду? — упёрлась я в дверь рукой. Лёша глубоко выдохнул.
— Шефу ты понравилась, хотел тебя к нам переманить, но это были только разговоры.
— Я никуда не собираюсь ехать. У меня там дом, родные и друзья.
— Это только разговоры.
— Можешь их пресечь. Я останусь дома, — уверенно сказала я.
— Хорошо, пошли уже есть.
* * *
После плотного ужина в кафе, Алексей проводил меня до отеля и отправился домой.
Я смонтирована ролик, забросила на сайт и кинула ссылку в группу. Осталось только позвонить Лёше и решить ещё один вопрос. Потом отключить звук и принять все отзывы о моей работе завтра.
  
Одиннадцатый кирпич. Алексей
 
Не открываю глаза, пытаюсь понять, как мы спим. Помню, смотрел телевизор, она лежала на плече, но момент, когда она прижалась ко мне, и уткнулась носом в шею, проспал. Марина начала шевелиться, глубоко вдохнула и замерла. Потом отодвинулась от меня и села. Видимо, ей тоже было неудобно.
— Эй, Лёш, подъём, утро, тебе пора на работу, — будила меня.
Я потянул время, делая вид, что только что проснулся и ничего не понял и хотел, как можно скорее уйти отсюда. Шутить и даже говорить на откровенные темы, вызывать у неё эмоции это одно, а испытывать что-то не говоря ни слова… Когда она вот так прижимается к тебе. Хотел, но не мог держать дистанцию.
* * *
Весь день от неё не было ни одного сообщения. Я надеялся, что она сама что-нибудь напишет, но она молчала. Между работой с клиентами писал ей, спрашивая, как у неё дела. От неё ни слова. Выйдя по делам, перезвонил ей. Опять тишина. Я обязательно должен быть в курсе того, что происходит с дорогими мне людьми. Не знаю, с каких пор она стала мне так дорога… Но я начинал терять самоконтроль. Может она на что-то обиделась? Позвонил со служебного телефона, то же самое. Глушь. Да что там происходит! А вдруг ей стало хуже? По практике я знаю, что с утра человек может чувствовать себя более-менее, а к вечеру — сгореть от воспаления. Сердце забывало отбивать удары. Руки вспотели. Позвонил ещё раз. Телефон выключен. Да что там происходит? Ещё клиент. Сложно сосредоточится, но надо. Оставляю все мысли в стороне, глубоко вдыхаю, наполняя лёгкие воздухом, выдыхаю… Наконец закончился рабочий день. Отпускаю клиента. Хватаю пиджак, спешу к машине. Пробка. Звоню. Аппарат абонента выключен… Готов бросить автомобиль и идти пешком. Ослабил галстук. Наконец поток сдвинулись с места. Быстро доехал до отеля. Фойе. Этаж. Дверь. Стук. Ещё стук. Тишина. Ещё стук. Ничего. Может узнать на ресепшене? Щелчок. В дверях показалась голова Марины. Слава Всем! Жива. Заскочил в комнату. Не глядя одной рукой толкнул дверь, чтобы закрыть её, а второй прижал её к себе. Она была спокойно-болезненна, в отличие от моего беспокойно-возбуждённого состояния.
Марина непонимающе спросила, что случилось. Оказалось, она просто спала и не включила звук. Просто спала. О, женщины! Пока я чуть с ума не сошёл, переживая, куда она пропала. Остаться у неё я не мог, обещал заехать к маме, но мне и в правду надо было успокоиться и отвлечься.
 
Правда она больше решила не щекотать мне нервы и вечером написала сообщение, что с ней всё в порядке.
Вечером следующего дня я вернулся домой, перекусил. И захотел её увидеть. Даже не увидеть. Хотел побыть с ней. Послушать её. Рассказать что-то. Подразнить. Поиздеваться. Но без повода не хотел являться к ней. Что же придумать? Ведь сама не позовёт. На глаза бросились ключи Марины от автомобиля. Да! Надо отдать их. Взял телефон, чтобы позвонить и предупредить, что заеду. Нет, она может сказать, что ей сейчас не нужна машина, лучше съезжу и отдам сам, заодно и увижу её.