Ученица Ледяного Стража (СИ)

— Что означает эта отметина? Чем мне грозит укус Свейта?
— Свейт не укусил тебя, — также поспешно ответил Ледяной. — Не знаю, что тебе наговорили Халворсоны, но ничего страшного не произошло.
— Тогда почему нужно скрывать это пятно? — требовательно спросила я.
Ледяной отвел взгляд и медленно произнес:
— Ааберги в опале. Я последний мужчина в роду. Меня отправили сюда, чтобы род скорее пресекся. Но ни горцы, ни горные твари никак не убьют меня. А планы Крона и Багрейна подставить меня тоже идут прахом. Даже на твоем поступлении это им не удалось.
Я тут же вспомнила скалящихся щенков, запертый загон и злые слова Крона… А куратор продолжил:
— Поверь, им будет плевать, что ритуала не было. Самое меньшее, они сделают все, чтобы ты вылетела из Академии и вернулась на Запад, в дом своего отца. Или попробуют меня подставить, ведь наказание за неуставные отношения здесь… суровое.
С этими словами он выразительно постучал по листу бумаги передо мной, и я мысленно застонала. Нет уж, выгнать меня из Академии Стражей у них не выйдет! Я не хочу замуж за Гольдберга. Буду паинькой.
На приливе энтузиазма я настрочила вежливый ответ. Даже пообещала быть на празднике. Видеть герцога Родена мне совсем не хотелась. Но благодаря расспросам Ледяного, я вдруг осознала, что скучаю по дому. И ради того, чтобы побыть в знакомой обстановке, готова потерпеть.
Наконец, я поставила точку. И тут же обнаружила, что Ледяной ненавязчиво стоит у меня за спиной и смотрит в лежащий передо мной листок. Стоило мне поднять на него вопросительный взгляд, как он тут же отвел глаза. Почему же его так интересует эта переписка?
— Вы недолюбливаете Родена Гольдберга? — подозрительно спросила я.
— Ненавижу, — искренне ответил Ледяной, и тут же поправился: — Не имею чести быть с ним знакомым.
Этот ответ озадачил меня еще больше. Но к тому времени я так устала, и мне так хотелось спать, что я с надеждой спросила:
— Больше ничего писать не нужно?
— Нет, — помедлив, кивнул куратор. — Но на досуге повтори Свод правил.
Я уже развернулась, чтобы уйти, когда Ледяной спохватился:
— Ах да… У меня для тебя есть кое-что еще.
Глава 17 
Деловое предложение 
Я озадаченно повернулась к Ледяному, и мне тут же вручили стопку книг. Я непонимающе вытаращилась на куратора, и он напомнил:
— Будем развивать твою редкую магию. Прочтешь все это за два дня, в среду на персональной тренировке попрактикуемся. Разумеется, для этого тебе придется изучить всю доступную теорию.
Я прижала к себе шесть толстых учебников и ужаснулась:
— За два дня? От корки до корки?
Ледяной холодно кивнул:
— Такую магию обычно развивают с детства, придется наверстывать.
Я еще раз окинула взглядом стопку в своих руках и с надеждой спросила:
— Может, лучше в карцер, к Эйнару и Сигмунду?
— Это комната для медитаций, — отрезал куратор. — Иди уже!
Я сгрузила учебники на стол около входа и накинула плащ. Вот и поговорили… И чего меня на откровенность понесло, сама не понимаю. Ледяной в своем репертуаре. Выслушал и снова отправил учиться. Шесть книг за два дня! Изверг.
Пробормотав прощание, я вышла из библиотеки. При мысли о том, что мне теперь эти фолианты еще и по лестнице тащить, я застонала в голос. Но деваться было некуда. К счастью, снегопада не было, и ступеньки были чисто выметены. Так что я смогла донести книги до комнаты и не поскользнуться. Из-за двери карцера не доносилось ни звука. Устрашенные Ледяным парни усердно медитировали и постились — ужина бедолагам не полагалось. Меня теперь грызла совесть. Это я втянула их в эту историю. Но если подумать, куратор сам виноват. Нечего было говорить загадками. Да и сегодня он не спешил раскрывать тайны.
Сил изучать книги у меня уже не было, и после ванны я отправилась спать.
Завтракали мы уже в полном составе. Злющий Чейн сверлил меня взглядом с другого конца стола. Золотое пятно у него на лбу продолжало сиять. Эйнар и Сигмунд с бешеной скоростью поглощали мерзкий супчик. Учитывая, что парни остались без ужина — неудивительно.
 
Когда мы вышли из Лунного корпуса и отправились на плац, я попыталась извиниться. Но Сигмунд махнул рукой:
— Нормально все. Не первый раз. Ты имеешь право это знать. Мы ни о чем не жалеем.
На душе от этих слов потеплело. Пятно на лбу Чейна тоже поднимало настроение.
Правда, после тренировки Ледяной огорошил меня тем, что Бакке ждет меня в лаборатории после занятий. Оказалось, пропущенную в пятницу отработку мне никто не собирается прощать. Несмотря на то что в горы мы отправились по приказу Ледяного и под его началом, куратор свое же наказание не отменял. И еще один день мне предстояло разгребать завалы в алхимической лаборатории. Масштаб работы ужасал, поэтому в сумку с учебниками перекочевала одна из книг, выданных Ледяным.
На переменах я пыталась прочесть и запомнить хоть что-то. В алхимическую лабораторию я тоже вошла с книгой в руках. Правда, ее тут же пришлось закрыть.
Магистр Бакке стоял на высокой стремянке и сосредоточенно шарил руками на самой верхней полке. Стоило мне появиться в лаборатории, как старик резко повернулся. Стремянка под ним пошатнулась. Одной рукой я прижала к груди книгу, а второй пришлось держать лестницу, пока Бакке, кряхтя, спускался.
Маленький мешочек в его руках заинтересовал меня. Поэтому я не сразу заметила, что старик меня рассматривает. Пристально и как-то подозрительно. На всякий случай я сделала невинное лицо. Бакке прокашлялся и многозначительно спросил:
— Как прошла миссия?
Я удивленно ответила:
— Мы же вам вчера мешки сдали. Я не знаю, сколько травы обычно набирают, вам виднее.
— Да я не о мешках, — фыркнул старик. — А о тебе.
— Обо мне что? — не поняла я.
— Как ты?
Меня снова подозрительно оглядели с ног до головы. На всякий случай я тоже окинула себя взглядом. Вроде все как обычно. Школьная форма чистая, синева с волос сошла окончательно, и они стали белыми, как снег. И как волосы куратора. Повязка на месте и скрывает нашу с Ледяным тайну. Старик вообще о чем?
Я подняла вопросительный взгляд на Бакке, и он усмехнулся в бороду:
— Что ж, кажется, Йоран за вами все-таки присматривал. Хор-р-рошо.
Прежде чем я успела задать вопрос, старик подслеповато прищурился и спросил:
— Что ты там читаешь?
— Куратор приказал, — пробурчала я, показывая обложку книги.
Старик пожевал губами и намекнул:
— С этим даром нужно родиться. Его с потолка не возьмешь.
Пришлось признаться:
— Я, кажется, уже.
— Взяла с потолка? — удивился Бакке.
— Нет, родилась, — терпеливо пояснила я. — Ледяной… То есть, куратор Ааберг сказал, что у меня какой-то редкий дар.
Теперь старик смотрел на меня с интересом. Он махнул рукой и приказал:
— Ты почитай пока, а я достану тебе работу. Надо рассортировать скорлупу от яиц розовых и рыжих трихвостов. Вчера привезли целое ведро, но всего вперемежку. Таким сборщикам нужно руки отрывать. Но придется за ними расхлебывать…
Я кивнула и послушно опустилась на стул. Пока магистр ходил за ведром, я пыталась уложить в голове способы обнаружения редких горных тварей. Сделать это было невероятно трудно, потому что каждый обладатель дара описывал их по-своему. Оставалось надеяться, что в других книгах обнаружится хоть что-то полезное.
С сортировкой скорлупы я провозилась часа три. Розовые и рыжие осколки были перемешаны. Но магические свойства отличались в зависимости от цвета. Поэтому пришлось скрупулезно раскладывать пинцетом по банкам кусочки.
Бакке не помогал совершенно! Скорее мешал — крутился вокруг меня и отвлекал разговорами. Я слушала вполуха и смогла понять лишь то, что алхимика воодушевили мои редкие способности. И теперь он перечислял, какие снадобья можно произвести из шкуры горных тварей. И, кажется, рассчитывал, что добывать эти ценные компоненты отправлюсь я.