Служба обучения магических существ

Но сегодня меня разбудило отнюдь не солнце. И даже не раскаленное драконье стекло. И не назойливые мойри, к яду которых мой организм стал невосприимчив.
Меня разбудило странное чувство… скребущее предчувствие тревоги и страха. И это чувство было настолько сильное, настолько неприятное и щемящее в груди, что оно невольно вырвало меня из уютных лап забвения.
Я проснулась резко, словно от неожиданного толчка, и тут же распахнула глаза. В спальне царила привычная для ночного времени умиротворенная тишина. Все световые шары были выключены, а за окном светила яркая луна в окружении миллиарда крошечных звезд. По ощущениям, до рассвета оставалось несколько часов, что не могло не радовать.
Я сладко зевнула и, не найдя причины своего беспокойного пробуждения, перевернулась на другой бок, сжалась под одеялом и уже вновь хотела погрузиться в блаженное беспамятство, как мой сонный взгляд совершенно случайно наткнулся на два пронзительных огонька, сверкающих в углу спальни. И это определенно были не простые огоньки. И вообще не огоньки! Потому что огоньки, какие бы магические они не были, моргать не умеют. А эти моргнули, затем хищно прищурились, и в них заиграли блики беснующегося пламени.
У меня перехватило дыхание, и сон как рукой сняло.
Понимание, что в спальне кто-то есть, кто-то посторонний, заставило меня подскочить и в панике схватить первое, что попалось под руку для собственной же защиты от ночного визитера, кем бы он там не являлся. Все-таки незваные гости в стихийном гнезде – это смертельная опасность. Первой под руку попалась перьевая подушка. И именно эта подушка решительно полетела в лицо инспектору Цэрбеса, едва тот шевельнулся во тьме.
– Если кьяни рассчитывала убить меня столь нетривиальным способом, – инспектор без труда поймал подушку, небрежно откинул ее в сторону и осветил спальню небольшим световым сгустком магии, – то кьяни явно просчиталась с выбором оружия. Для убийства стихийного демона необходимо что-то посущественнее, как минимум острый клинок, пропитанный ядом найхо, – с холодной иронией подсказал мне Сэйн, – или приготовленная духами диколесья отрава из корней люпир. Полагаю, что ни того, ни другого у кьяни нет, к моему безграничному везению.
У меня чуть сердце не остановилось.
– Сэйн! – я со стоном облегчения рухнула обратно на постель. Увидеть инспектора я ожидала меньше всего. – Вы до ужаса меня напугали! – я прижала ладонь к груди, успокаиваясь. – Что, впрочем, неудивительно в вашем-то гнезде! Здесь то и дело ждешь нападения.
– Кьяни незачем волноваться, – произнес инспектор намеренно вкрадчивым голосом.
Не волноваться в присутствии одного из сильнейших демонов мира сего у меня как-то не получалось! В полутьме магического шара тысячелетний хищник с безумными глазами, цвета поглощающего пламени, выглядел немного жутковато. Он сам, его суровое лицо с резкими чертами, острые рога, которые отбрасывали на стены страшные тени, извечный прищур, чуть сведенные к переносице густые брови и обманчиво расслабленная поза. Обманчивая до мурашек. Расслабленным Сэйн никогда не был. Хозяин древнего гнезда Лирэй, инспектор трех миров и правитель Цэрбеса не может позволить себе ни единого проявления слабости, как и эмоций, которые притупляют звериные, отточенные инстинкты.
– Молодая кьяни – мать моего будущего дитя, – напомнил инспектор свои намерения относительно меня. Будто за прошедший месяц я каким-то чудом умудрилась забыть, что древнее существо, с холодным сердцем и горячим телом, вознамерилось продолжить свой род за счет моей жизни. – В гнезде кьяни ничего не грозит. Никто не посмеет навредить будущей матери дитя хозяина.
– Да неужели? – скептически переспросила я. – Мы, видимо, живем с вами в разных гнездах.
– Смешно. Кьяни забавная, это да-а.
Насчет безопасности в гнезде у меня имелось совершенно противоположное мнение. Естественно, Сэйну я о нем говорить не стала. Гнездо хорошо защищено от опасности извне, с этим не поспоришь. Но в самом гнезде опасности не меньше – от демониц и демонов, от Регхара и стихийной магии, от насекомых с парализующим и смертельным ядом и, в конце концов, от самого Сэйна. Пока у меня нет крыльев и развитого холода и я не готова к зачатию и вынашиванию его рогатого ребеночка, Сэйн для меня не угроза, напротив, он всеми силами постарается сохранить, защитить и подготовить драгоценный сосуд, то есть меня, для своих детенышей, и это огромный плюс. А так как, благодаря Эришу, я своевременно узнала про магию договора и про исключительно добровольное согласие на зачатие у всех демонов – детенышей инспектору не светит, как мне не светит возвращение на Землю и божественной силы в придачу. Ведь свое согласие я не собиралась давать никакому огненному существу с рогами и сомнительными планами насчет меня, и моего дара в частности.
 
– А что вы вообще здесь делаете? – я с вопросом подняла взгляд на инспектора магических существ, вальяжно расположившегося в отдалении от кровати в стеклянном кресле, в самом углу спальни. Стихийник был облачен в строгую форму службы контроля… кажется, в другой одежде, кроме как в мундире, я его и не видела ни разу. Длинные, распущенные волосы, черные, как сама тьма, привычно ниспадали на широкие плечи и закрывали часть демонического лица, что придавало инспектору еще более дикий вид, чем он есть на самом деле, немного безумный и очень агрессивный. – Что вы забыли в моей спальне? – не на шутку насторожилась я, опасливо посматривая на истинное воплощение дьявола во плоти. Хотя нет, что-то я польстила дьяволу. По сравнению с Сэйном любой дьявол не так уж и страшен. – К тому же еще и ночью!
Мне вдруг стало ужасно не по себе, и нехорошие мысли тут же полезли в голову. Мало ли что мог задумать инспектор, имеющий большой опыт общения с бессмертными демоницами. Каким образом Сэйн добивался согласия на продолжение своего рода у предшествующих мне шестерых бессмертных, оставалось только гадать. Уговорами? Обещаниями? Грубой силой? Искусным обманом? Или, может, демоницы были настолько безрассудны, что соглашались рискнуть своими жизнями, поддавшись демоническому обаянию и мечтам о сильном и могущественном правителе? Но так или иначе мне стоит проявлять осторожность при общении с Сэйном, чтобы не стать седьмой… мертвой бессмертной.
– Сэйн пришел разбудить молодую кьяни, – объяснил демон причину своего столь внезапного появления, при этом с нескрываемым интересом наблюдая, как я судорожно прижимаю к своей обнаженной груди полупрозрачное одеяло. Туника с вечера осталась лежать в гостиной, а форма демониц в гнезде не предполагала ношения хоть какого-нибудь бюстгальтера или куска ткани вместо него. Дополнительную одежду, как и нижнее белье, демоницы ткали сами из магических нитей древа Вивьен в садовой аллее у восточных скал гнезда. – Нэн не смогла зайти в твои покои из-за блокирующих рун на двери, поэтому Сэйну пришлось идти за спящей кьяни самому. Кьяни не знала, – вопросил инспектор подчеркнуто нейтрально: – что приближенные демоницы не закрывают свои покои в замке?
– Мне об этом никто не говорил, – честно ответила я, но перспектива спать с распахнутыми дверями, мол – «заходите, кто хотите, и жрите меня, жрите!» – что-то совсем не устраивала. А помня об Регхаре и ревнивых демоницах, лучше лишний раз перестраховаться, чем потом проснуться в межмирье или не проснуться вообще. – И если вы не возражаете, Сэйн, – осторожно настояла на своем, – то я и впредь буду блокировать двери… во избежание всяких неприятностей.
Потому как эти самые неприятности поджидают за каждым углом и в предвкушении очередной гадости потирают потные ладошки.
– Кьяни вольна сама решать, закрывать ей двери на ночь или нет, Сэйн принуждать не будет.
– Спасибо, – поблагодарила я.
– Благодарности не к месту, кьяни. В отличие от тебя, все приближенные демоницы верны своему хозяину, – промолвил стихийник с упреком, – поэтому намеренно не блокируют покои, они надеются, что хозяин зайдет к одной из них ночью, дабы утолить плотские инстинкты. Утолять подобного рода инстинкты таким демонам, как Сэйн, необходимо постоянно, в первую очередь для того, чтобы в совершенстве контролировать магию и стихийные силы. Кьяни следует брать пример с остальных демониц, – наставления инспектора прозвучали как форменное издевательство, – кьяни следует научиться уважать своего хозяина и его потребности, поскольку от хозяина зависят жизнь всех демонов в гнезде и многих в Цэрбесе.