Вперед в прошлое. Возвращение пираньи — 2
Примерно то же самое имело место и здесь. Вовсю работали факторы, во времена молодости Мазура совершенно не принимавшиеся в расчет. Оба участника Большой Игры на Глобусе упирали в первую очередь на идеологию - разве что одна сторона побольше, другая, соответственно, поменьше, теперь правила бал чистейшей воды экономика. Несколько крупных здешних финансово-промышленных групп посчитали, что иметь дело с Россией гораздо выгоднее, чем с Эстадос Юнидос - и вели себя соответственно. С учетом здешней специфики - по точным данным, именно они организовали и серьезно вооружили два очередных фронта, всерьез взявшихся выбивать душу из тех, кто был нанят другими. Ничего личного, только бизнес. Мазура это нисколечко не удивило: он уже вплотную сталкивался с подобным лет двенадцать назад, во времена Белой Бригады и своей африканской одиссеи с алмазами.
Профан может спросить: при чем тут армия? Да вот при том... Здесь, как в арабских странах и в Африке, люди с большими звездами на погонах занимали серьезные позиции во многих выгодных бизнесах - так что и строительство Ирупанской ГЭС, и другие проекты им пришлись по вкусу, поскольку их, зная местную специфику, быстро приняли в игру.
В общем, обстановку Мазур отлично знал. И до сих пор не понимал одного: где его место в этом раскладе? «Торпедный аппарат» сказал кратко: «Узнаете на месте». Такое случалось далеко не впервые, так что Мазур и не подумал удивляться, ни тем более обижаться.
Отправив в организм небольшую дозу благородного напитка, он еще раз позвонил Лаврику. С тем же результатом: гостиничный телефон молчал, а мобильник откликнулся той же певучей фразой. Ну что же, не горит...
Наверняка Лаврику и предстоит ввести его в курс дела, как уже не раз случалось под другими широтами. Ох уж этот Лаврик, старый сподвижник по лихим хулиганствам...
По работе они последний раз пересеклись в четырнадцатом, в Крыму, и поработали неплохо - в отличие от многих других случаев страшно вежливо, что им редко выпадало. Никто в них ни разу не пальнул, и они никому даже уши не оттоптали.
А вот потом... В полном соответствии с новыми уставами Мазур, дожив до шестидесяти, пять лет каждый год писал заявление с просьбой оставить в рядах - а достигши шестидесяти пяти, был с некоторым почетом, но непреклонно отправлен в запас. И даже награжден на прощанье орденом «За военные заслуги». Среди боевиков орден этот котировался крайне невысоко из-за своего не особенно боевого статута - но не отказываться же? Пришлось взять...
А вот Лаврик после настигших и его шестидесяти пяти, полное впечатление, куда-то запропал. Мобильник молчал, а по домашнему телефону Ирина всякий раз отвечала, что муж в отъезде и вернется не скоро. Три-четыре раза в год он объявлялся у Мазура оросить душу спиртным и вспомнить старые времена - очень скуповато, они еще не достигли той стадии, где воспоминания становятся длинными и чуть ли не слезливыми. Разумеется, Лаврик с ясными глазами и просветленной улыбкой давно объяснил, что, скучая без дела, консультирует один из московских немаленьких ЧОПов, так что в Белокаменной главным образом и обитает.
Вот только веры ему у Мазура не было ни на копейку. В первую очередь оттого, что Лаврик даже посреди зимы всякий раз объявлялся с лицом, покрытым крайне специфическим загаром, уж безусловно не курортным и обязанным не солярию. Собственно, это был не загар даже - просто такой цвет лица приобретают люди, долго прожившие под определенными широтами (что Мазуру было прекрасно известно по собственному опыту).
С расспросами он, конечно, не лез - не дите малое. Но прекрасно помнил, что бывших чекистов не бывает. И своя версия у него давно была...
В последние годы появилось то, чего прежде тоже не было - частные военные компании. Первыми их придумали англичане и, должно быть, были в экстазе от собственного хитроумия. В самом деле, прицепиться не к чему: в каком-нибудь крайне интересном для них регионе регулярных войск, боже упаси, нет, ни единого зольдатика. Зато присутствует немалая орава хорошо обученных людей с немалым военным опытом, порой с бронетехникой и боевыми вертолетами, самым активным образом участвующих в местных играх. И никому невозможно предъявить никаких претензий — это не регулярные войска державы, это частная военная компания, с упором на первое слово. Никого не удивишь частными кинотеатрами и ресторанами - а теперь вот объявились и сугубо частные военные компании. Ну, а то, что их работа удивительным образом совпадает с британскими интересами - факт нематериальный, который к делу не подошьешь.
Вот только хитроумные бритты не просчитали на несколько ходов вперед - впрочем, у них почти и нет хороших шахматистов. ЧВК - не та штука, на которую можно взять патент и сидеть собакой на сене. В других странах фишку просекли, как выражается нынешняя молодежь, очень быстро. А потому сейчас в Санта-Кроче, боже упаси, нет регулярных российских войск - но третий год здесь дислоцируется российская ЧВК «Руслан», - что не противоречит ни международным, ни местным законам. В основном охраняют строительство ГЭС, а чем они еще занимаются, поди догадайся...
Быть может, это и ниточка. Лаврик всегда существовал в двух лицах - и моряк, и контрразведчик. Моряку, тем более отставному, тут совершенно нечего делать: российское военно-морское присутствие ограничивается визитами вежливости то одиночных кораблей, то небольших эскадр. А вот контрразведчику - простор несказанный...
Мазур встрепенулся. Вот уж воистину - упомяни о черте... В дверь постучали знакомым считанным людям на глобусе стуком: тук - тук тук-тук – тук-тук! Один первый и два последних стука сильнее трех средних.
Так что дверь Мазур открыл без всякой опаски, ничуть не опасаясь неприятных сюрпризов. И за дверью, конечно же, обнаружился ухмылявшийся Лаврик - без единого седого волоска на голове, с тщательно причесанными, разве что самую чуточку поредевшими темно-русыми волосами, в точности такими, какие у него были в молодости.
Пропуская его в номер, Мазур и не подумал улыбнуться или отпустить шуточку - он с этим свыкся за последние пятнадцать лет. У людей порой встречаются мелкие, безобидные комплексы, не мешающие жить окружающим, был и у Лаврика такой, один-единственный: он терпеть не мог седины на собственной хитро- мудрой голове и с давних пор волосы красил. Краска была отличная, так что подноготную знали считанные люди, с бегом лет давно переставшие шутить или подначивать.
Лаврик, проформы ради осведомившись: «Здесь угощают?», непринужденно устроился за столом и с ходу принялся сооружать себе бутерброд. Мазур принес ему рюмку, наполнил и свою.
-- Ну, за приезд? - безмятежно спросил Лаврик.
Они выпили, Мазур выжидательно уставился на него - откровенно выжидательно. Прожевав бутерброд, Лаврик преспокойно спросил:
- Ну, как тебе Белка?
- Занятное создание, - сказал Мазур.
Нехитрую ассоциативную цепочку он раскусил моментально: Исабель - Изабелла-Белка. Взгляд Лаврика На миг стал знакомо цепким:
- А почему «занятное», а не «очаровательное»?
- Ага, - сказал Мазур вместо ответа. — Значит, ты уже про нее знаешь?
- Ну, а кому ж не знать? Если в аэропорту тебя подстраховывали на случай непредвиденного оборота дел как раз мои ребятки?
Все правильно, подумал Мазур. Бывших чекистов не бывает.
- Так почему все-таки именно «занятное»?
Мазур ему кратко рассказал о происшедшем.
- Мне, конечно, с тобой кое в чем не тягаться, сказал он, закончив: - Только у меня осталось стойкое убеждение, что мне ее пытались подложить отнюдь не в шпионских целях. Иначе держалась бы совершенно иначе.
- Уж это точно, -- кивнул Лаврик. И добавил с некоторой даже гордостью: — Вот мне подложили так подложили. Месяц назад. Четыре года здесь болтаюсь, если посчитать. в год провожу тут больше времени, чем дома, и никогда ко мне не приставляли ни телохранителей, ни гидов, ни прочих секретарей. И вдруг нате вам - объявилась. Смазливая такая, рыженькая, крайне делового вида. И объявила, что ей предписано быть при сеньоре адмирале - я по условиям игры своего звания не скрывал - чем-то вроде Санчо Пансы, только в юбке. Ну, логично, в принципе - я как раз на новый уровень перешел, повыше...