Шагнуть за порог
Пятнадцать минут спустя они сидели и ели прихваченную запасливым Яраном снедь. Не разжигая костра, естественно – все же в темноте огонь виден далеко. Так что пришлось есть холодное мясо, запивая его разбавленным вином. Не пьянства ради а дезинфекции для – все же если нет возможности вскипятить воду, надо ее хоть как-то обеззаразить. Конечно, родник, из которого ее набирали, был прозрачен, как слеза, но – мало ли. У них рейд, и не хватало еще для полноты ощущений приземлиться на горшок в разгар, к примеру, хорошей драки.
Впрочем, оба были привычные и не давились брезгливо, как некоторые снобы, воротящие нос от всего, что не входит в категорию дворцовой кухни. Тем более что от волнений и физической нагрузки аппетит у обоих проснулся, забыв, что ели они вроде бы не так и давно. Оставалось жалеть лишь, что у Ярана нет с собой безразмерной сумы. Для местных это легендарный артефакт, у него дома – самый обычный хозяйственный предмет, основанный на создании пространственных карманов. В нее хоть поросенка жареного засунь, хоть арсенал холодного оружия, все поместится, и вес ощущаться не будет. Главное, чтобы в горловину пролезло. Но – увы, единственный экземпляр, бывший у Ярана с собой, когда он сдуру попал в этот мир, пришел в негодность сто лет назад, так что пришлось брать из дому самый обычный походный мешок, и припасов в него влезло не так уж и много. Впрочем, не страшно, если все пройдет нормально, то к утру они будут уже дома. Да и, откровенно говоря, перед боем нажираться – идея не из лучших, во всем надо соблюдать умеренность.
Темнело сегодня довольно быстро. Закаты в этих широтах чаще всего долгие, растягиваются порой на часы, но сейчас небо подернуто наползшими буквально в последний час низкими, густыми тучами. Дождем такие не прольются, однако свет глушат намертво. Что же, безлунное небо и темнота – это хорошо. А вот окончательно стихший ветер и гладкая, без намека на рябь, поверхность воды, наоборот, плохо. Не самый худший расклад, и не самый лучший, да и плевать по большому счету. Играть в любом случае придется с теми картами, что есть на руках.
Жаль, что нельзя разжечь костер, думал Яран, лежа на мягкой траве. Его дым неплохо отпугивает комаров, особенно если кинуть в него пару хитрых травок… Нет, конечно, можно добиться того же результата магией или соответствующими репеллентами, но, увы, заклинания школы жизни, пускай и такие слабые, очень сильно «фонят». Даже слабенький маг способен почувствовать их за километр-два. В этом плане стихийная магия удобнее, там заклинания легко инкапсулируются, и уже в паре сотен метров ощутить их сложно. Здесь же – одна сплошная проблема. И кто сказал, что у противника нет при себе мага?
С репеллентами тоже не особо весело. То, что сварила ученица под его, Ярана, чутким руководством, конечно, работало, но, откровенно говоря, так себе. Не димитилфталат, а жаль… В общем, в комплексе с костром вышло бы лучше, но – увы. А к кровососам выходец из куда более развитого мира привыкнуть за все время пребывания здесь так и не смог.
Зато Саре, похоже, все равно, есть в воздухе кровососы или нет их. Она воспринимает их как данность, и не парится. Тем более что густые волосы защищают голову не хуже шлема, свою мазь она наносит исключительно на лицо и кисти рук. Другие и без этого обходятся – и ничего, не стонут.
Вот и сейчас она привалилась спиной к торчащему из земли сухому корню и с интересом разглядывала себя в зеркало. Выражение лица у нее было такое, словно девушка пыталась загипнотизировать свое изображение. Яран хмыкнул:
– Что, прыщик на лбу вскочил?
– Ага…
Ну, надо же, угадал. Яран поморщился:
– Выдавливать не вздумай, заразу мигом занесешь.
Учитывая, что фразу эту он повторял достаточно регулярно, и Сара давно знала ее наизусть, она только кивнула:
– Не волнуйся, не буду. Эх, ну почему зеркало разговаривать не умеет!
– Что, хочешь поговорить с единственной, кто тебя понимает? Сама с собой?
– Вот еще! – фыркнула девушка. – Просто так можно было бы спросить, как я выгляжу, и получить честный ответ.
На взгляд Ярана, выглядела Сара очень неплохо. Особой красавицей не назовешь, но и породу не спрячешь. Такая ни в какой толпе подруг не затеряется. Особенно если хоть немного знает толк в косметике. Увы, как раз с этим в образовании Сары зиял огромный провал. Сам Яран в косметике не разбирался совершенно, а деревенские умели разве что щеки свеклой намазать да брови сажей подвести. Зрелище в своей сюрреалистичности получалось жуткое.
– Сделать такое зеркало несложно. Вот только я не думаю, что это хорошая идея.
– Почему? – тут же оживилась Сара. Казалось, ее ушки сейчас полезут вверх от любопытства.
Яран пожал плечами:
– Во-первых, умом такие артефакты не отличаются, – усмехнулся Яран. – А во-вторых… Как рассказывал один весьма небесталанный охотник за чудовищами, с которым я имел сомнительную честь пересечься, когда путешествовал по измерениям во время школьных каникул, говорящие зеркала делятся на льстивые и разбитые. Ты знаешь, он был прав.
– А как вы с ним познакомились? – интерес к приключениям и людям, которые делают их своей профессией, превалировал у Сары над магическими побрякушками.
Яран улыбнулся:
– Ну, как… Путешествовали, остановились передохнуть, смотрим – бежит на нас чучело с железякой наперевес.
– И…
– Что и? Не переживай, все живы остались. Вовремя прибежал сопровождающий нашу группу учитель и отнял у него меч. Чтоб не порезал кого-нибудь и сам тоже не порезался.
Девушка вздохнула. Рассказы наставника о путешествиях по разным мирам будоражили ее воображение. Притом, что Сара отлично понимала: ей увидеть то, что довелось Ярану, не светит в принципе. Обычной, не имеющей ее воспитания женщине этого понимания хватило бы, чтоб смириться и больше не задумываться о несбыточном. И это было правильно! Вот только бунтарка по характеру, воспитанная демоном, очень тяжело воспринимала слово «невозможно». В раздражении она потерла лоб…
– Я кому сказал, не выдавливай, – строго повторил Яран. – Впрочем, поздно. На вот, прижги.
В отличие от местных, умеющих делать разве что относительно легкое вино, Яран почти сразу же, как обосновался в этом мире, «изобрел» самогонный аппарат. Полученная в процессе его использования субстанция отчаянно воняла сивухой, имела отвратительный вкус, но прекрасно горела. Стало быть, и крепость имела вполне пригодную для того, чтобы считаться дезинфицирующим средством. А что некоторые слуги в замке графа повадились ее потреблять в качестве аперитива перед трапезой (или даже вместо нее) – так это уже их проблемы. Тем более что со временем Яран потихоньку довел техпроцесс до совершенства и получал на выходе приемлемый результат, не грозящий излишним похмельем. Естественно, перебравшись в эти места, он довольно быстро восстановил оборудование и получил и дезинфицирующую жидкость, и универсальную валюту для обмена с местными мужиками. И уж, конечно, взять с собой в поход флягу с самогоном он не забыл. Пригодилось вот.
Закончив процедуру и аккуратно закрутив крышку, Яран посмотрел на небо. Увы, часы окончательно сломались лет полтораста назад, и отремонтировать их с той убогой станочной базой, которую можно было найти в этих местах, было нереально. Впрочем, неважно, можно сориентироваться и без них, а плюс-минус полчаса – да какая разница?
– Подремли немного.
– А ты?
– Мне пока не надо, сама знаешь.
Сара кивнула с очень серьезным видом. И впрямь знала. Поспать Яран любил, но при нужде легко мог бодрствовать несколько суток. Точно так же, без особых проблем для организма, мог наедаться впрок и терпеть голод и жажду, хотя не любил ни обжорство, ни пост. Но – мог, спасибо физиологии, заточенной под большие нагрузки.
Сара послушно завернулась в длинный теплый плащ наставника, но тут же высунула нос и спросила:
– Яран, а кто это был?
– Не знаю, могу только предположить.
– И?..
– Но не буду. Лучше мы их догоним и спросим.