Шагнуть за порог

– Обрати внимание. Держит привычно, умело. Весьма характерный для самой распространенной в этих местах школы фехтования хват. Такого не назовешь слабаком или неумехой. Но лезть с метровым дрыном в тесное помещение, где сложно развернуться, а драться удобнее кинжалом или абордажным тесаком, станет лишь тот, у кого понятие «оружие» ассоциируется исключительно со шпагой. И вон еще. У этого умника в руке дага [1], остальные взяли обычные ножи – и не попытались их достать. Для них нож на поясе с оружием не ассоциируется – так, инструмент, чтобы мясо порезать. То есть драться они привыкли в лучшем случае на дуэли, опытный солдат при нужде использует как оружие даже помойное ведро. А у этих мозги не сработали. И еще, они не умеют действовать в свалке. Один на один – пожалуйста, а вот навалиться толпой, да в тесноте… Как-то не вяжется это с наемниками.
Сара медленно кивнула, признавая свое поражение, потом вздрогнула, словно ее ударили палкой:
– Питер!
– А, проклятие! – Яран выпрямился так резко, что зацепил головой о косяк и едва не взвыл от боли. Не подумал он о мальчишке. Расслабился, идиот!
Сару кузнец догнал уже возле самых ворот. Хотел цыкнуть, чтобы спряталась в доме, но тут же остановился. Во-первых, неизвестно, где ей безопаснее. В свете нынешних событий пускай будет на виду. Во-вторых, не послушается, не то воспитание. Ну и, в-третьих, вокруг пальцев девушки мерцали синие искры – верный признак готового к удару заклятия, простенького, но эффективного. Воздух мерцал от напряжения, призрак кошки на плече выгнул спину и прижал уши, чувствуя возбуждение хозяйки. Что же, пусть будет – маг, с которым ты умеешь работать в паре, даже слабенький, в бою не повредит. Сара же хотя и недоучка, но отнюдь не слабосилок. Пригодится.
Сам Яран успел подхватить с пола две трофейные шпаги – он умел драться обеими руками, хотя, по меркам своего мира, фехтовальщиком был посредственным. Ну да кто ж виноват, что «тройка» дома кроет местных отличников, как слон мартышку?
Излюбленным местом прогулок деревенской молодежи был высокий берег реки. Не той, рядом с которой построил кузницу Яран, а другой, раз этак в двадцать шире. В принципе, речка, бегущая мимо их дома, была ее притоком. Бежать до местного аналога дискотеки (кое-кто из деревенских парней неплохо играл, и не только на дудочках – гитары здесь были в ходу) пришлось через всю деревню. Интересно, что подумали ее жители? Впрочем, неважно.
Яран мчался огромными, практически звериными прыжками, в одно движение перемахивая кочки, рытвины и воняющие навозом лужи. Сара не отставала. В отличие от наставника, она была босиком, но каких-либо неудобств девушке это не доставляло. Привыкла. То, что немыслимо для дочки графа в замке, вполне нормально здесь, где о ее прошлом никто не знает. Вихрем проскочив через всю деревню, они выбежали к обрыву, и сразу поняли – опоздали.
Здесь, на берегу, собралась немаленькая толпа. Человек с полсотни, не меньше – почти четверть взрослого населения деревни. Еще шуршала туда-сюда вездесущая ребятня, но как раз она Ярана волновала сейчас в последнюю очередь. Народ выглядел… охреневшим, иначе и не скажешь. И с раскладами вновь прибывших познакомили без каких-либо проволочек, хотя пробираться сквозь бесконечное выражение собственного мнения у мужчин, оханье и причитание женщин и уточняющие комментарии ото всех подряд само по себе было тем еще квестом. Впрочем, к такого рода особенностям сельского менталитета Яран уже давно привык и не пытался кого-то торопить – выслушать быстрее. Главное, уметь фильтровать информацию, но как раз с этим у него проблем не было.
Итак, отбрасывая ненужные подробности, все было очень быстро, жестко, но в то же время на удивление корректно. К берегу причалил небольшой корабль. Речных судов, перевозивших людей и грузы, туда-сюда плавало чуть больше, чем народу, на этой самой реке жившего. Как-никак, торговый путь, соединяющий сразу несколько стран и протянувшийся без малого от моря и до моря, купцы со всего мира пользуются. Так что ни появление корабля, ни его остановка здесь редкостью не были. В особенности вечером – торговать специально с деревенскими никто не станет, оборот маленький, а вот провести какую-нибудь попутную сделку – запросто. А заодно переночевать в относительном комфорте – трактир с небольшим постоялым двором имелся, и вполне приличный. Даже пара веселых девок при нем обитается.
 
В общем, и корабль, и высыпавшая на берег толпа мужчин лишнего внимания не привлекли. Разве что парни своих подруг отвели подальше – так, на всякий случай. Впрочем, было «понаехавших» немного, и вели они себя мирно. Одни пошли в трактир, другие куда-то в деревню. Зачем? Никто их не спрашивал, тем более что по манере держаться и специфическому оружию видно было сразу – благородные. Связываться с такими – себе дороже.
А где-то через час, аккурат когда пришли на берег Питер со своей кралей, и завертелось. Если проще, как только приезжие узнали, кто перед ними… Откуда узнали? Так спросили, где он живет, и местные доброхоты сразу пальцем ткнули – да вот же, тут и гуляет. И как только узнали – так сразу попытались Питера скрутить.
Дело это оказалось не таким простым. За что местные парни не любили Питера? Во-первых, за то, что он умел очень хорошо драться – что голыми руками, что ножом, что любыми подвернувшимися под руку предметами, от выдернутого из ограды дрына до шпаги. Яран мог гордиться парнем – это он его научил. Ну а во-вторых, Питер без особых усилий разгибал руками подкову, что для подмастерья кузнеца, в общем-то, невеликое достижение. Сейчас оба своих таланта он продемонстрировал заезжим наглецам. Разлетелись, будто кегли!
Однако же идиотами атакующие не были. Как понял из рассказа Яран (правда, для этого пришлось буквально продираться через сельский языковой барьер, фильтруя оханье, собственное мнение каждого и прочие неважные мелочи), парня явно хотели взять живым и желательно целым. Иначе как только в руке у него появилась шпага, которую Питер отнял у одного из нападавших, ему, к примеру, банально прострелили бы ноги. А так предпочли с завидной оперативностью реквизировать сушащуюся здесь же, на берегу, сеть, да и накинуть ее на мальчишку. Ну а уже после этого, тщательно спеленатого, утащили на свою посудину.
К слову, вступиться за Питера никто из местных то ли не рискнул, то ли не захотел. Моя хата с краю, особенно если под ударом оказался не местный, а «понаехавший», для селян абсолютно нормальный ход мыслей. Единственное исключение – девушка Питера, огревшая одного из нападающих веслом. С ней тоже не стали церемониться – дали по голове да и уволокли вместе с парнем. А остальным показали пистолет – и, в общем-то, все. После этого нападающие свалили, не дожидаясь возвращения ушедшей в деревню группы. Так дружно веслами работали, что сейчас уже скрылись за поворотом, а это километров пять, не меньше. Даже с учетом того, что уходил корабль вниз по течению, результат более чем приличный. Все это заставило Ярана и Сару понимающе переглянуться.
Очень похоже, что к тому моменту лихие люди уже знали о том, что решившим прогуляться товарищам наступил кирдык. Интересно, как? Был у них с собой маг? Или просто амулеты таскали? Или со стороны кто-то наблюдал? А может, просто не вернулись к назначенному сроку? Вопросов больше, чем ответов. Яран вздохнул:
– Сара, домой.
– Но…
– Домой, я сказал! – и уже шепотом: – Вещи собираем. Будем догонять.
Лодка была тяжелая, сшитая из досок внахлест, но шла ходко. Яран греблей в пору юности не увлекался, но, было дело, барышень возил и хорошо помнил, с каким усилием разгонялись вроде бы легкие дюралевые и пластиковые корыта, вышедшие с заводского конвейера. Здесь же форма корпуса была «вылизана» местными умельцами едва не до совершенства. Никаких гидродинамических расчетов и испытательных бассейнов, да и дипломами инженеров похвастаться не могли, все на голом опыте, а вот поди ж ты! Остроносая, как акула, узкая и длинная, лодка без усилий вспарывала волну, устойчиво держала курс, практически не раскачивалась, и, несмотря на вдвое больший по сравнению с поделками более развитых миров вес, грести было легко.