Шагнуть за порог

Место, где они причалили, было им совершенно незнакомо. Яран в последний раз выбирался в эти места лет пятьдесят назад, еще при деде Сары и Питера. И, что характерно, они миновали эти места не останавливаясь. Банальная причина – не было тут для них ничего интересного. Откровенно говоря, Яран предпочел бы вновь остановиться на каком-нибудь острове – полкилометра воды до ближайшей суши в самом узком месте выглядели очень привлекательно. Жаль, не было вокруг островов, да и сама река сужалась. Оставалось лишь причалить к первому попавшемуся отлогому берегу и устало опустить руки. Все, ближайшие полчаса просьба не кантовать!
Пришлось стоянку обустраивать ученице. Впрочем, для того ученики и существуют, чтоб вкалывать, пока мудрый наставник занимается думами о высоком. А заодно медитирует и чистит карму от негатива, что накопился в ней за время общения с этими самыми учениками, которые – спросите любого учителя – доведут до нервного срыва кого угодно.
Так что Сара шустрила, таская хворост для костра, готовя еду и развешивая для просушки вещи. Последнее, к слову, было исключительно ее обязанностью. Хотя бы потому, что шмотки принадлежали ей. Не особенно комплексуя, она развесила их на ветках деревьев, и теперь развевающиеся на ветру трусы придавали импровизированному биваку несколько пикантный вид. Хорошо еще посторонних глаз вокруг не было, Ярана же девушка не стеснялась совершенно.
Хе-хе, трусы… Яран едва не рассмеялся от нахлынувших воспоминаний. Сара уловила это, подошла и с нотками то ли удивления, то ли обиды, спросила:
– И чему это мы смеемся? Или мой фасон не нравится?
– Мелкая…
– Я не мелкая!
– Ну ладно, крупная. Фасон женского белья меня никогда не интересовал. Просто это я его сюда завез.
– Белье?
– Нет, саму концепцию. Когда я впервые попал в ваш мир, до него здесь еще не додумались, а сейчас – пожалуйста, в любой деревне.
Сара задумалась. Откровенно говоря, знала Ярана она сколько себя помнила. И до сих пор он периодически рассказывал что-то, ранее ей неизвестное. Причем иногда ставящее с ног на голову очень многое в ее представлении о мире. Сейчас, правда, сказанное на подобное не тянуло, но все же было неожиданным, хотя и касалось вроде бы обыденных, можно сказать, интимных подробностей. Вроде тех же трусов, существовавших, кажется, всегда.
– Наш мир был столь отсталым?
– Скажем так… Он лет на семьсот-восемьсот отстает от остальных. И в техническом плане, и в магическом.
– Может, у нас просто не было магии? А потом откуда-то появилась?
Яран задумался немного, потеребил подбородок, а затем мысленно махнул рукой. В конце концов, то, что он мог рассказать, к секретам не относилось.
Просто обычным людям оно как-то неинтересно, да и не нужно, честно говоря. Но если уж девчонка заинтересуется – то узнает в любом случае. Или расскажет кто-нибудь посвященный, а такие есть, хотя их и немного. Или же просто сопоставит общеизвестные факты – в конце концов, зря он ее учил, что ли… Что же, сократим ей путь, только и всего. И, приняв решение, Яран вздохнул и сказал:
– Магия есть в каждом мире. Просто где-то ее называют наукой. И боги есть везде, только кое-где принято называть их прогрессом. Сколь я знаю, миров без магии нет вообще. Теоретически должны быть, конечно, однако наши исследователи пока ничего такого не обнаружили. Равно как и не смогли вычислить закономерность, по которой эта магия распределяется. В одних мирах ее много, и маги там, соответственно, могучи. В других она едва теплится, и лучшие представители магических школ тянут не более чем на ярмарочные фокусы вроде иллюзий или простеньких наговоров. Хотя большинство, конечно, бултыхается между этих двух крайностей.
– И что из этого?
– А из этого, – улыбнулся Яран, – вытекает ход развития. Где что проще делать – то в первую очередь и продвигают. Там, где магии избыток, правит бал именно она. Там, где ее недостаток, развиваются чисто технологические цивилизации. Ну а в промежуточных вариантах может быть что угодно, и чаще всего они идут рука об руку. Магия встраивается в технологический процесс, а новые заклинания вначале моделируются на компьютере.
 
– На чем? – удивленно приподняла брови Сара.
– Неважно. Куда важней результат… Он, кстати, бывает такой интересный – закачаешься! Помню, в одном мире, опять же, когда нас классом на экскурсию возили, были дирижабли на демонической тяге… Честное слово, интересно было смотреть. Впрочем, суть не в этом. Главное, что во всех мирах к определенному сроку цивилизация достигает соответствующего уровня. А здесь не достигла, хотя вполне уверенно шла стандартным техномагическим путем. С небольшим перекосом в «чистую» магию, но это как раз нормально – силовые линии, благодаря которым чародеи получают энергию, здесь достаточно активны и многочисленны. Однако в какой-то момент развитие застопорилось, причем совершенно непонятны причины. Да и вообще, странный какой-то процесс: то набирается магическая мощь, технологические знания, то вдруг все это исчезает, даже огнестрельное оружие перестают производить, что уж вообще ни в какие ворота не лезет. Ну, не забывают люди, как убивать себе подобных, это противно их сути. Плюс каждый раз происходит резкое сокращение численности населения. Такое впечатление, что ваша цивилизация время от времени откатывается назад, намертво зависнув в средневековье. Притом что с такой историей вы уже должны были как минимум строить реактивные самолеты и осваивать орбиту.
– Но почему?
– Сие тайна великая есть. Впрочем, меня она не интересует.
Сара задумывалась, переваривая новые знания. Но, будучи молодой и, соответственно возрасту, непоседливой и не особенно склонной к длительным размышлениям, она тут же переключилась на новую мысль и спросила:
– А что лучше – магия или технология?
– Трудно сказать, – Яран в задумчивости почесал нос. – Магия – это здорово! Красиво, эстетично, грозно. А технология – это горящие города и скалы, которые плавятся, словно воск. Но главное, все это, весь процесс можно запустить, просто нажав на кнопку. И сделать это способен любой, самый обычный, не имеющий ни грана магического таланта человек. Именно потому в большинстве миров технология рано или поздно все же побеждает магию. И шанс выжить у магии только один – встроиться в технологию, стать ее важной частью.
– Вот оно как… А скажи, – тут Сара буквально засветилась от любопытства. – Чего можно достичь с помощью технологии?
– Теоретически – всего, – задумчиво почесал нос Яран. – А практически… Ты понимаешь, мелкая, на самом-то деле я не так уж много где успел побывать. Да и наши разведчики тоже больше пыжатся от гордости, чем выдают реальные успехи. Но, сколь я читал, из всех исследованных тогда миров, в которых магии нет или она присутствует в убегающе малом количестве, до звезд пока нигде не добрались. Правда, в трех идет исследование ближнего космоса, в пределах орбит Марса и Юпитера, а уж до Луны добрались, сколь помню, аж в десятке миров.
– Ух ты! – любопытство в глазах Сары сменилось на зависть пополам с энтузиазмом. – Здорово!
– И примерно в таком же количестве миров люди уничтожили себя в войнах, по сравнению с которыми самые масштабные здешние потуги смотрятся мышиной возней в песочнице. Вот там расплавленные скалы и покрытые ядовитым льдом равнины… В общем, страшно это, – припечатал Яран.
Сару, очевидно, услышанное не испугало. Только любопытство в глазах загорелось с новой силой. Даже ярче прежнего.
– А в магических мирах?
– Ты знаешь… – Яран задумался на миг. – Примерно то же самое. Те же орбиты у вышедших в космос. И такие же сожженные планеты у неудачников. Всей разницы, что вместо технических извратов поработали заклинания. И пропорции те же самые… И да, предвосхищая твой следующий вопрос. В техномагических мирах творится нечто похожее. Размах чуть больше, но совершенно непринципиально.
– Эй! Вы! Наговорились?
Тот, кто прервал их занимательную беседу, выглядел пижоном. Яркая, аляповатая одежда, сапоги-ботфорты, сверкающие так, словно их только-только отполировали и жаждут использовать вместо зеркала. На поясе длинная шпага с вычурным, отделанным драгоценными камнями эфесом, явно способная служить и показателем статуса, и полноценным, весьма грозным оружием. Довершала наряд серьга в ухе – большая, сделанная явно не рядовым подмастерьем, а ювелиром высочайшего класса. Гроздь искусно ограненных сапфиров, собранных в единое целое столь виртуозно, что составляли невероятную по своей завершенности композицию. Луч солнца, проходя сквозь камни, распылялся на множество синих бликов.