Агент Их Величеств, Часть первая (СИ)
- Сожри вас Предвечная Тьма, проклятый крючкотвор!.. Но я согласен. Постараюсь не создавать прецедентов для того, чтобы у вас возникло желание для пересмотра ваших хреновых пунктов.
- Вот как раз это последний из пунктов и обеспечивает... Так что, готовы?
- Прямо сейчас?
- Конечно. Прямо здесь и прямо сейчас, не откладывая ни на минуту. А то вы потом смоетесь, и ищи вас свищи.
Фигаро открыл тонкий томик в серой обложке, что лежал на столе среди прочих бумаг (на корешке с трудом помещалось неприметное название «О культах Севера», гр. Элерт», открыл его, и, прочистив горло, сказал:
- Просто повторяйте за мной: я, названный Антаксис, клянусь Именем своим, и да будут мне свидетелями Тьма Изначальная, Изначальный Свет, Творение Сфер, Творение за Сферами, Изначальное Безумие, что царило и царит в Предвечных пустотах, а также Свет, что пришёл после...
- Вашу в звёзды, в богов и в душу мать! Ну вы и подготовились!
- ...а также пред Ликами Всеприсутствующего и Всесодержащего, имя которому Йог Сотот, Время и Пространство, пред всеми Личинами Хастура, что есть Звёзды Сфер и пред Престолом Престолов Великого Творца-Богохульника-Пожирателя трижды клянусь!
Арлекин посерел. Его заметно трясло.
Он с трудом разлепил губы, и произнёс первые слова ужасной клятвы:
- Я, названный Антаксис, клянусь Именем своим...
Он говорил минут двадцать, и каждый раз, когда Другой завершал скрепляющим Ключом своего Имени очередной пункт клятвы, за окнами раскатисто хохотал гром.
Глава 10
- Разрази меня подагра, – куратор Ноктус поморщился, – вот в такие моменты по-настоящему чувствуешь, что тебе уже не двадцать лет. И даже не пятьдесят.
Фигаро вздохнул, но промолчал. Это был обычный ритуал: куратор вертелся на стуле, охал, ахал, хватался за голову, хрустел шеей, кряхтел, жаловался и сморкался в необъятных размеров платок. Всё это может даже и сработало бы, не участвуй следователь в выпускной дуэли; против Ноктуса он не продержался бы и двух секунд, даже если бы Фигаро дали время на подготовку и любые амулеты на выбор.
Закончив громко жаловаться на жизнь (в этот раз куратор поносил своего стоматолога, у которого никак не было времени присадить Ноктусу обратно выбитый на тренировках зуб), он, наконец, закончил вертеться на скамейке, выставил ноги вперёд и со вздохом уронил свои короткие ручки на столешницу перед собой. Со стороны Ноктус выглядел как потрёпанный жизнью старичок с десятком болячек, помятым лицом, с которого не сходила кислая гримаса отвращения ко всему сущему, и приличного размера пузиком выпирающим из-под расстёгнутого клетчатого пиджака (тоже старого и помятого).
Куратор потянул носом, чихнул, ругнулся, скривил губы в гримасе, которую при желании можно было принять за усмешку, и, наконец, сказал:
- А что, приятное тут местечко. Даже, я бы сказал, милое. И чисто, не то, что в Столице или, упаси Горний Эфир, в Раздолье... М-м-м-да... Так вы говорите, что связали демона клятвой?
Следователь молча достал из саквояжа коричневую картонную папку и положил на стол перед куратором. Из папки торчало всего-то пара десятков бумажных листов исписанных размашистым почерком Фигаро и несколько фотографий.
- Вот, здесь все материалы по этому делу. Может, когда в Отделе меня накачают наркотиками правды, я вспомню чуть больше, но пока что ничего в голову не лезет... Я уволен, да?
- Фигаро! – взвизгнул Ноктус, – Вы сейчас договоритесь! Ну что за чушь вы несёте?! С чего мне вас увольнять? Вы за неделю разгадали загадку, которая оказалась не по зубам вашим предшественникам! За такое не увольняют, за такое повышают!
- Ага, решил. И отпустил демона.
- Ну, во-первых, – куратор скорчил занудную мину, – Розовый Арлекин не демон. Он нечто вроде божества, только, так сказать, регионального значения. Всё-таки, это Другой первой категории, не забывайте об этом. Демоны заканчиваются на второй. Во-вторых, вы весьма грамотно связали его Клятвой из книжонки Элерта – хвалю. Я, конечно, добавил бы в эту вашу клятву ещё пунктов, эдак, двести, но для начала и так сойдёт. Молодо-зелено, ну да ничего, научитесь. Опыт приходит с годами и практикой.
- Иными словами, – следователь задумчиво потёр нос, – вы хотите сказать, что я принял правильное решение?
- Фигаро! – застонал Ноктус, потрясая руками и закатывая глаза. – Я хочу сказать, что вы приняли решение! Это! Главное!
Он прокашлялся, и точно по волшебству, одним махом превратился в Ноктуса Спокойного-и-Уравновешенного.
- Нет, – сказал куратор, – я не хочу сказать, что вы ошиблись. В подобной ситуации любое решение будет, в общем, ошибочным. Кто-то скажет, что вы повели себя как идиот, и будет прав. Кто-то возразит им, что вы совершили героический поступок, и его, в принципе, тоже сложно обвинить в неправоте. Для меня важнее всего то, что вы приняли решение самостоятельно, а не трезвонили мне каждые два часа, как поступает на первых порах больше половины наших сотрудников. Старые привычки выбиваются из человека плохо, особенно когда это касается ОСП или Инквизиции. Вы же, работая в поле, видимо, не нахватались всей этой чуши про безусловное подчинение, святость инструкций и всякое такое. Однако, всё же, в следующий раз, пожалуйста, сообщите в Отдел перед тем, как выходить на прямой контакт с Другим существом первой категории.
- Постараюсь. – Фигаро скромно потупился. – Но...
- Но обещать не можете, знаю. Такая работа.
- Да, видимо, такая работа.
Они сидели на длинной лавочке, с которой было отлично видно здание вокзала. Сейчас, в полдень пятницы, вокзальная площадь пустовала, и только за маленькой сторожкой, в теньке под сенью развесистых клёнов, трое крепких старичков играли в шары (оттуда доносились звонкий металлический стук и бодрая ругань). Над головами следователя и куратора Особого Отдела лениво хлопал на ветру большой тент из выгоревшей на солнце парусины; в густой листве весело чирикали птицы. Пахло липами, креозотом и прибитой дождём пылью.
- Знаете, – голос Ноктуса стал ленивым и слегка вальяжным, – на самом деле я рад, что вы не уничтожили этот город. Мне здесь нравится. И, может быть, когда-нибудь... Но стоп, сейчас об этом думать точно не время. Сколько там до прибытия поезда?
- Почти час. А вы что, разве не ходите блиц-коридорами?
- Пф-ф-ф-ф! Тоже мне, ещё один грамотей выискался! Поверьте, Фигаро, до Верхнего Тудыма я доеду и с вами в вагоне. Если я буду постоянно «блицать», то исчерпаю свой лимит месячных перемещений менее чем за неделю. Блиц опасен. И потом: я люблю поезда. Можно поболтать в купе, расписать пульку... Вы играете?
- Играю. Медяк взятка?
- Мда, круто загнули. Я обычно играю не ниже, чем по серебряку. Но сегодня я добрый.
- Значит, мне повезло. Но какого ляда вы забыли в Верхнем Тудыме?
- Работа. – Куратор пожал плечами. – Не поверите, но в такой глуши как правило и происходит всё самое интересное. А вовсе не в Столице.
- Почему, поверю. Особенно после Серебряной Пагоды.
Ноктус усмехнулся, взял папку с отчётом Фигаро, и провёл по ней ладонью. Папка исчезла; судя по всему, отправилась в один из бездонных карманов куратора, где, по слухам, можно было легко разместить кавалерийский полк, два пивных ларька и ещё осталось бы место для средних размеров слона.
- На самом деле, – сказал он, – вот примерно такими вещами и занимается Особый Отдел. Вы ещё привыкните. Ну, как: скорее, не привыкните, а просто начнёте принимать весь этот бедлам за должное. Хотя у вас, как я погляжу, и так неплохо получается.
- Ну, я стараюсь. И, кажется, догадываюсь, почему вы послали в Серебряную Пагоду меня.
- Интересно. Поделитесь соображениями?
- Ну, смотрите: для начала ваши специалисты проверили город на всякие там алхимические примеси в воде и воздухе – это понятно. Потом метафизики просканировали тут каждый кустик в поисках эфирных аномалий. А уже потом вы прислали сюда матёрых агентов, которые, засучив рукава, сразу же принялись копать, рыть, собирать информацию, кругом расставлять свои приборчики, искать свидетелей и всё такое прочее. И нашли, понятное дело, дырку от бублика – к визитам таких господ Розовый Арлекин давно привык. Думаю, он живёт в нашем мире уже довольно давно, и успел познакомиться с самыми разными службами, начиная от Инквизиции, и заканчивая Орденом Строгого Призрения. И вот тогда вы подумали как-то так: если большой ржавый ключ к замку не подходит, а маленькую изящную отмычку за миллион империалов некуда совать, то попробуем-ка нечто среднее: неизбалованного следователя ДДД, который первым делом отправится на рыбалку. И вот он-то, может быть... – Фигаро сделал неопределённый жест рукой. – Что-то где-то. Чисто случайно.