Дорога к себе
Когда солнце коснулось верхушек деревьев, они вышли к маленькому поселению, и Ломенар постучался в дверь крайнего дома.
На пороге появился мужчина средних лет, всклокоченный и неряшливо одетый. Неприязненно оглядев их, он грубо поинтересовался, что им тут надо. Ломенар объяснил.
— Уж не взыщи, парень, но с виду вы как два оборванца, — хмуро заметил хозяин. — Хочешь чего-то купить — покажи деньги.
Юноша кинул ему несколько монет; тот, ловко поймав их, внимательно осмотрел, попробовал на зуб, потом задержал взгляд на лице гостя, словно решая, можно ли ему доверять… Наконец улыбнулся, показав кривые зубы, и предложил зайти.
Они оказались в довольно просторной, но заставленной мебелью и всяким хламом и оттого тесной комнате, служившей также и кухней.
— Гринна, эти вот хотят купить у нас еды! — крикнул он полной женщине, хлопочущей у печи. — Собери чего-нибудь, да и ужинать пора, — и добавил, обращаясь к гостям:
— Это жена моя. Меня Риганом звать.
— Садитесь, — приветливо сказала она, кивнув на дубовую лавку. — Откуда идете?
— Я Литон, а это моя жена Лина, — Ломенар вежливо улыбался, и Эльдалин восхитилась про себя его способностью лгать, не запинаясь и не меняясь в лице: сама она так не умела, хотя, судя по всему, учиться придется, и быстро. — Идем из порта на Эйслинде. Жизнь там совсем унылая стала, торговля на море еле-еле идет, ни работы, ни еды толком. Вот и решили в столицу податься, здесь-то, говорят, принц порядок навел.
— Уж и не знаю, к добру или к худу такой порядок, — вздохнула хозяйка, споро накрывая на стол. — Вы-то, поди, не слыхали, Риолен-то в город нелюдей пустил. Теперь гномы эти на каждом углу свой товар предлагают, мне подруга сказывала. Муж у нее портной, да не из худших, так говорит, такую одежду нелюди привозят — залюбуешься. Я уж не утерпела, съездила в город — и правда, хоть и нелюди, а толк в одежке и обувке знают. Сыну вот обновок купила, жениться ему уж пора, не дело в обносках ходить…
Поболтать Гринна явно любила, однако между разговорами на столе появились тарелки с дымящимся супом, жаркое, орехи, и хозяйка пригласила отужинать с ними.
Готовила Гринна вкусно, Эльдалин уже и отвыкла от домашней пищи. Тем временем хозяин принес из погреба три головки сыра, вяленое мясо, достал с полки четыре буханки хлеба. Ломенар придирчиво осмотрел припасы и, судя по всему, остался доволен, потому что не торгуясь доплатил Ригану, сколько тот хотел, попросив сложить купленное в мешок. За едой Гринна продолжала болтать, делясь нехитрыми подробностями жизни в деревне. Когда ужин закончился, Ломенар учтиво поблагодарил хозяев и взял Эльдалин за руку, собираясь на выход, как вдруг Риган сказал:
— Куда ж вы на ночь глядя-то? А вдруг ливень? Видали, какие тучи? Оставайтесь до утра, я за ночлег недорого возьму. И задаром бы приютил, да время нынче нелегкое.
Эльдалин он не нравился, его сердечность не казалась искренней — встретил-то он их отнюдь не приветливо. Однако небо за окном затянуло плотно, к тому же она устала спать снаружи. В лесу это было вполне терпимо, даже уютно; но на лугу, где им пришлось остановиться в предыдущую ночь, на виду, без защиты ставших такими привычными деревьев, она ощущала себя неспокойно. В конце концов, ей же не предлагают здесь жить, ей даже не придется общаться с хозяином дома, а его напускное дружелюбие — лишь желание заработать лишнюю монету. Подобрел-то он, лишь когда увидел деньги.
Ломенар, вероятно, думал так же. Поколебавшись, он взглянул на нее, она кивнула, и юноша согласился.
— Вот и замечательно! Тогда я пока вашу лошадку пристрою.
Эльдалин вскочила было, чтобы помочь ему с Арелатом, но тот замахал руками:
— Что ты, что ты, красавица, сиди спокойно. Неужто я с лошадью не полажу?
Спать их положили на деревянной лавке, они с трудом поместились там вдвоем, и хозяин извинился, что не может предложить чего-то получше. Впрочем, пока рядом был Ломенар, принцессу устраивало и это.
Ломенар разбудил свою спутницу на границе ночи и утра. Горизонт уже светлел, но солнце еще не показалось.
— Эли, вставай, — прошептал он. — Думаю, задерживаться тут не стоит.
— Что случилось? — Эльдалин резко вскинула голову, но, увидев, что все спокойно, снова опустила ее на подушку.
— Просто предчувствие, — Ломенар сполз с лавки и уже натягивал куртку. — Мне весь вечер что-то покоя не давало, а сейчас проснулся и сообразил. Как думаешь, для чего им вообще вторая лавка? Кто на ней спит? Не думаю, что гости у них часто бывают, а лишнюю мебель в столь тесной комнате держать просто так глупо. Да и хозяйка про сына неженатого говорила… Если он еще своим домом не живет, так должен тут быть, вряд ли у друзей заночевал, — он кинул ей плащ.
— Уже уходите? — раздался из угла голос хозяина.
— Да, нам давно пора. По правде, только из-за дождя тут и остановились. Спасибо за гостеприимство.
— Не в обиду будет сказано, что ж вы по-тихому, как воры, наладились? Добрым людям попрощаться следует по чести, уважить хозяев, — он произнес это не слишком уверенно, глядя на Ломенара так, будто боялся его, но не хотел подавать виду. Впрочем, тут же добавил:
— Если вы честные люди, уж не держите зла, а мешок свой покажите.
Маг остолбенел. Вором его назвали впервые в жизни. Хоть крестьянин и пытался быть вежливым, но он и так был ему неприятен, а уж подобные обвинения и вовсе приводили в ярость. Ломенар-ультунец, не задумываясь, схватился бы за оружие или по меньшей мере приложил бы обидчика хорошим ударом, а то и первым, что под руку попадет, но ему хотелось верить, что тот Ломенар остался в прошлом. Проглотив обиду, он лишь буркнул:
— У меня нет на тебя времени. К тому же тут и взять-то нечего, — и потащил Эльдалин к выходу.
— Я сейчас соседей кликну! — закричал Риган, выбегая за ними во двор.
Не обращая на него внимания, Ломенар направился к конюшне и тут услышал стук копыт.
— Седлай Арелата, — бросил он, оборачиваясь на звук. Хозяин дома смотрел туда же, про своих недавних гостей он словно забыл.
Из-за невысокого пригорка верхом на коренастой гнедой кобылке выехал молодой парень. Несмотря на небольшой рост, шла лошадь бодро. Позади него показались двое виаренских стражников, и за ними, судя по звуку копыт, ехали еще люди. Ломенар убедился, что его подозрения оправдались, жаль только, что он догадался обо всем слишком поздно. Сходство между появившимся парнем и Риганом было несомненным: ясно, что хозяин дома узнал Ломенара и отправил сына в город привести стражу. Не было времени гадать, откуда этот человек вообще о нем услышал и как сообразил, кто он.
Может, Ломенар и решил измениться, но старые привычки забыть сложно: едва заметив на прибывших знакомые плащи, он вскинул руки, пальцы нащупали нити еще до того, как он сам толком это осознал…
Яркая вспышка огня, возникнув прямо у его головы, опалила волосы.
— Не стоит, юноша, — произнес пожилой мужчина в мантии мага Светлого Совета, появившийся из-за пригорка. Рядом с ним ехал другой маг, помоложе.
Затем заговорил первый из стражников, представительный седоусый мужчина, командир, судя по поведению и выправке:
— Лоэн Эрслен, нам известно, кто ты, мы знаем о твоих преступлениях и представляем, на что ты способен. Будешь сопротивляться — умрешь. Так что просто отдай нам оружие, опусти руки и сдайся правосудию.
За спиной говорившего возникали все новые воины, их уже было больше десятка. Ломенар напряженно прикидывал свои возможности, но по всему выходило, что выхода у него почти нет. Маги были готовы обрушить на него мощь стихий, а четверо стражей уже натянули свои луки. Ломенар обернулся: испуганная Эльдалин стояла позади с оседланным Арелатом. Если бы кто-то угрожал ей, он бы рискнул потягаться в скорости и ловкости со всеми, чтобы задержать, позволить уйти… но девушка стражников не интересовала, и бросаться на них было самоубийством. Он кинул теру на землю и безвольно опустил руки.
