Пульт времени (СИ)
— Не вижу проблем. Если грести правильно и по очереди, то течение не помеха. Это будет сложнее, чем идти вниз по течению, но мы должны управиться где-то за неделю.
— Да справимся мы, Мих, — Тимур поднял наполненную стопку. — Друзья, предлагаю выпить за грядущее путешествие!
— Я всё же не уверен, что мы на вёслах выгребем, — продолжил Михаил после того, как рюмка была опустошена. — Может быть, нам сделать парус?
— Парус было бы неплохо, — задумался Алексей. — Только не уверен, что лодка выдержит. Её в таком случае понадобится киль.
— Надо — сделаем, — уверенно сказал Тимур. — Что мы, киль не осилим? Всё равно лодки придётся строить с нуля.
— Ещё я думаю, — продолжил Миша, — что нужно будет взять побольше патронов и еды.
— Правильно, — кивнул Тимур. — Тогда уж и товаров на продажу. Что нам порожняком плавать туда-сюда?
Скучающая Вера слушала мужские разговоры, водя пальцем по столу, она посмотрела на Алексея с Мариной и спросила:
— Вы когда ребёночка заведёте? А то Светочка выросла, скоро уйдёт от вас и будет вам одиноко.
Народ замолк. Все взоры были обращены в сторону Веры.
— Какой ребёнок, ты о чём? — улыбнулась Марина. — Я уже отмучалась. Всё, хватит!
— Да вы что? — округлила глаза её подруга. — Вам обязательно нужен ребёнок. Что это за семья такая, в которой нет детей? Представь, как будет хорошо. Мы будем вместе гулять, я тебе и пелёнки подарю.
— Нет, нет, спасибо, — Марина покачала головой из стороны в сторону. — Нам и без пелёнок хорошо.
Алексей молчал. В глубине души он хотел ребёнка, но с высоты прожитых лет и опыта семейной жизни понимал, что в нынешних условиях ребёнок будет не в радость, а в тягость. Не ему его вынашивать и рожать, а потом и растить в таких условиях, в которых самим бы выжить. Поэтому он оставил право выбора за Мариной.
После того, как гости ушли, Алексей с Мариной остались дома одни. Вместо отдыха им предстояло убрать со стола посуду и остатки еды. Посуду сложили в таз. Марина начала её мыть и полоскать в ведре с чистой водой.
— Вера вообще сумасшедшая! У самой трое детей, ничего для общины не делает, только ходит и просит молока, мяса и хлеба, потому что она мать! Вообще крыша поехала. Надо пожить для себя, да, дорогой? — она посмотрела на Воронцова, который молча протирал сухой тряпкой посуду.
— Да, милая, конечно…
***
Воронцов стоял у ворот и ждал, когда молодёжь усядется в телегу. Кобыла Степана, непринуждённо щипала свежую и сочную траву, а родители парня всё ни как не могли попрощаться. Марина уже раз пять обняла дочь и стояла в воротах, вытирая слезы платком.
— Всё, хватит сопли распускать! — не выдержали у бывшего сварщика нервы. — Пора ехать. Так мы будем стоять до самого вечера, а потом разойдёмся по домам.
Щуплый парень ловко запрыгнул в телегу и уселся рядом со Светой.
— Степан, погнали! — забрался в телегу Алексей.
— Но, родная! — дёрнув поводья упряжи Степан, после чего кобыла покорно потянула телегу.
На улице стояла солнечная погода. Дороги подсохли, благодаря чему удалось быстро домчать до посёлка красноармейцев. У ворот их встречали жители посёлка во главе с Татьяной Ивановной. Алексей первым слез с остановившейся телеги и подошёл к главе посёлка.
— Здравствуйте, Татьяна Ивановна. Вот, привёз вам молодых. Сами вызвались, даже уговаривать не пришлось.
— Добрый день, Алексей Иванович. Очень хорошо, что они сами вызвались. Наши ребята тоже с нетерпением ждут, когда уже к вам поедут.
От группы красноармейцев отделились пять человек.
— Знакомься, — начала представлять местная начальница, — Ваня и Вадим.
Парни сделали шаг в сторону Воронцова и хором поздоровались с ним.
— Здравствуйте, ребята. Я Алексей Иванович Воронцов, глава общины Ласточка, — он по очереди крепко пожал им руки.
Татьяна продолжила:
— А это Ольга и Мария. А с Любой вы знакомы — она едет к вам учить детей и создавать программу обучения.
— Отлично! — обрадовался Воронцов тому, что всё прошло без проблем. — Готовы ехать в перед к приключениям?
— Да!
— Забирайтесь в телегу, да поедем к нам в общину.
Воронцов подождал, пока молодые попрощаются с родными. Когда все разместились, он обратился к Степану:
— Поехали домой.
Молодые люди были словоохотливыми и не прочь потрепать языками. Воронцов решил всех расспросить.
Первым на очереди стал восемнадцатилетний Ваня — высокий крепкий парень с густыми каштановыми волосами и правильными чертами лица, был одет в кожаную куртку и прочные штаны из хемп-ткани, на ногах у него красовались добротные сапоги.
— Ты чего умеешь, Ванюш?
— Алексей Иванович, я плотницкие работы люблю. Мы с отцом не одну избу построили.
— А лодки делать умеешь?
— Умею. Я отцу с тринадцати лет помогаю. А вам лодку надо?
— Нам, Ваня, много чего надо. В посёлке нужно поставить четыре избы, забор перенести, пару лодок смастерить. В общем, работа найдётся.
— Я один не управлюсь, — испугался Иван.
— Так тебя одного никто не заставит работать. У нас же не рабство. Все будут принимать участие.
— А-а… Ну, если все, тогда другое дело, — с облегчением выдохнул парень.
Вадим выглядел худым и жилистым юношей. Его лицо было покрыто угревой сыпью, чего он сильно стеснялся. Стёганая фуфайка, потёртые штаны и ведавшие виды сапоги составляли весь его наряд. Он молчаливо смотрел в сторону дороги.
— Вадим, — обратился к нему Алексей, — а ты чем хочешь заниматься? Что умеешь?
— Ничем, кроме лошадей, — вздохнул он. — Я лошадей люблю.
— Милое дело, — улыбнулся Степан.
— Вот видишь, Стёпа, нашёлся тебе помощник с табуном.
— У вас табун есть? — оживился Вадим.
— Есть. Готов работать с лошадьми?
— Готов, — кивнул парень.
— В таком случае, Вадим, по приезду держись Степана, — продолжил Воронцов. — Он у нас главный конюх и оператор кобылы. Ха-ха-ха! — после он обратил внимание на слабый пол. — А вы, девчонки?
— Я Оля, — начала полненькая девчонка в плотной куртке из пеньки и в длинном платье. Её короткостриженые соломенные волосы топорщились в разные стороны. — Раньше я помогала с делами матери, да по двору делами занималась.
— А я Маша, — глядя на её крепкое тело и мозолистые руки, становилось понятно, что ей известен тяжёлый труд с самого детства. На неё были надеты ватник, прочные штаны и сапоги. Если бы не миловидное личико и длинные каштановые волосы, собранные в хвост, то со стороны могло показаться, что это парень. — Я тоже помогала матери по хозяйству и в огороде.
Так за разговорами они приехали в общину.
Глава 22
Глава 22
Гостям была организована скромная экскурсия по территории общины. В процессе Алексей поведал молодёжи график работы бани и приёма пищи, показал им дом, в котором они будут жить. Им стало жилище бывшего старосты Максима, в котором решено было разместить гостей. В качестве куратора красноармейцев был назначен Михаил, который отвечал за дворовую территорию и мог грамотно распределить работу.
В небольшом, но добротном доме старосты имелось две комнаты, небольшая кухня, она же прихожая. В каждой комнате стояли новые пахнущие смолой кровати, застеленные соломенными матрасами, поверх которых лежали лоскутные одеяла. Каждому прибывшему были выданы ложка, кружка и алюминиевая миска. Оставив ребят привыкать, Алексей с Михаилом вышли из дома.
— Ну, Мишань, держись, будешь нянькаться теперь.
— Да прорвёмся, Иваныч. Завтра определю всех по рабочим местам, и дело попрёт.
Любовь решено было на время определить в гости к одинокому Сергею, который занимался лесозаготовкой и плотницкими делами. Серьёзный мужик — его огромный рост и здоровенные плечи вселяли благоверный страх перед ним. Его супруга умерла при родах ещё два года назад и унесла с собой жизнь не родившегося малыша.
— Сергей, пустишь даму пожить на три дня?