Пульт времени (СИ)
Он вырвал автомат из рук Беззубого, после чего достал нож. Убивать никого не хотелось, но однажды он пожалел этих мразей. Удары арматурой не принесли ничего в их сознание. С другой стороны, некоторые чистильщики могли послужить в качестве источника информации и торгов. Поэтому Беззубому повезло — нож вошёл ему чуть выше бедра, а не перерезал горло.
Затем Воронцов перешёл к следующему нападавшему. На этот раз всё повторилось, за исключением одного: после разоружения холодная сталь чиркнула чистильщика по горлу.
Таким образом, гость из прошлого разоружил всех бандитов, включая Олега. Их оружие и боеприпасы были перенесены к общинникам.
После этого началась Сарпинская резня острым ножом. Раз за разом нож сверкал острым клинком и чиркал по шеям отморозков.
В живых остались лишь Олег, раненный Беззубый и двое крепких бандитов.
Убивать людей весьма непросто. Это не только ножом махать, но и очень тяжело для психики. Алексей уселся на лавочку передохнуть. Раненное плечо гудело, голова пухла. Ему хотелось выпить и закурить. Казалось, из него выдернули стержень, а на плечи навалили тяжкий груз.
После отдыха он нашёл в себе силы вернуться к бандитам. Он несколько раз приложил прикладом Олега по голове и один раз ему прилетело в пах, что должно было гарантировано обезвредить мужчину на десять-пятнадцать минут.
Остальные мрази, которым повезло остаться без разрезов на горле, получили схожие травмы.
— Ну что? Погнали наши городских! — коснувшись перстня, он запустил нормальный ход времени.
Ласточкины хоть и были шокированы резкой сменой обстановки, но быстро сориентировались и начали хватать оружие, которое появилось перед ними из неоткуда на земле. Но стрелять было уже не в кого. все нападавшие лежали в крови. Лишь несколько человек попадали на землю с громкими стонами, держась за больные места.
Бывший лидер общины лежал ничком на земле без сознания. Мужики повязали выживших противников, схватили Олега и поволокли к столбу, к которому его привязали в подвешенном состоянии в метре от земли. Остальных живых они оттащили в сторону.
— Калитка на огород открыта! — раздался крик из темноты.
Началось бурное обсуждение того, что делать дальше. Воронцов подошёл к толпе. Его сразу окружили и начали наперебой закидывать вопросами о том, что случилось и что делать дальше.
— К-хм! — поднял он правую руку, призывая всех к тишине. Как только голоса стихли, он продолжил: — Для начала разделитесь на двойки и проверьте периметр. Перекройте лазейки. И будьте осторожны, вдруг где-то ещё кто-нибудь прячется. Мужики, обыщите двор. Женщины, займите оборону на случай явки других незваных гостей. Автоматов теперь много — хватит на всех.
Как только двор обыскали и никого не обнаружили, калитку закрыли и проверили все лазейки, народ снова собрался у столба. Только на этот раз все были вооружены, злы и собраны. От недавнего страха не осталось ни следа.
Глава 17
Глава 17
Олега облили водой. Он застонал. Его веки затрепетали и распахнулись. Он мутными глазами уставился на людей, которые одаривали его взорами, наполненными праведным гневом.
— Вы все сдохните, скоты! — он хотел сказать это с угрозой, но вышел тихий стон. — Без моей защиты вас всех перебьют, словно стаю собак! Мой отец сейчас стоит во главе гильдии. Он будет мочить за меня! Вы хоть понимаете, что если меня убьёте, то вас всех перережут?
— Ты слишком самоуверен в своей «крыше», — покачал головой из стороны в сторону Воронцов.
Его удар прикладом автомата в живот оборвал словоизлияние Олега, отчего тот закашлялся и замолк.
— Итак, — обернулся к народу Алексей, — что будем делать с этим мерзавцем?
— Я думаю, — начал Тимур, — что нужно устроить переговоры с чистильщиками.
— Да перебить их всех, а его казнить! — закричала женщина, чей муж попал в лапы бандитов.
— Да, казнить! — согласилась с ней соседка. — Из-за него столько наших родных полегло за все время!
— Казнить! — подхватила другая женщина.
— Казнить! Казнить! Казнить! — толпа разошлась не на шутку.
От слов народ перешёл к делу. Словно в древние времена, в Олега полетели камни. Кто-то облил его растительным маслом и поднёс факел.
— Нет, — бился он в верёвках, — Нет, ублюдки, нет! Вы не посмеете! Отец заплатит вам за меня! Много заплатит!
Олег пытался вырваться из пут, но верёвки крепко держали его тело. Факел был поднесен слишком близко к его пропитанной маслом одежде. Огонь вздрогнул и радостно побежал по телу предателя.
Алексей отошёл в сторону. Он не собирался вмешиваться. Эти люди натерпелись боли от потери родных и теперь жаждали отличить виновнику и изменнику.
Олег извивался и громко вопил от боли, а огонь радостно пожирал его тело. По округе распространялся противный запах палёной кожи, вызывающий тошноту. Сгорающий заживо человек — зрелище не из лучших, но народу нравилось. Они наблюдали за муками жертвы с непередаваемым наслаждением. Их месть была сладкой, будто патока. Мучения предателя доставляли им радость.
Через несколько минут Олег затих. Верёвки, удерживающие его тело, обгорели. Обугленное тело упало на землю.
Троица пленных сидела тише воды ниже травы. Они круглыми от ужаса глазами наблюдали за расправой над их лидером, и опасались привлечь к себе внимание разгневанной толпы. Они понимали, что стоит только подать голос, на столбе окажутся они и станут дополнительным десертом к главному блюду вечера.
Тимур горел пламенной яростью. Он подошёл к Алексею и сказал:
— Надо собираться и нанести ответный удар чистильщикам — расставить все точки над «и»!
Толпа поддержала его одобрительными возгласами. На волне энтузиазма люди жаждали мести за годы страха и унижений.
— Нет! — твёрдо ответил Воронцов. Прежде, чем народ начал возражать, он продолжил: — Я пойду один. Мне понадобится лишь помощь Марины.
— Погоди, Леш, — заступил ему дорогу Тимур. — Так нельзя. Я понимаю, что ты «особенный», но мы готовы поддержать тебя. У нас теперь есть оружие.
— А у них оружия больше, как и боеприпасов. Прости, Тимур, но я не хочу расковать вашими жизнями. Поверь, я и сам справлюсь. Ни к чему нам лишние смерти. К тому же, пока меня не будет, сюда могут наведаться чистильщики. Вы лучше защищайте посёлок в моё отсутствие.
Последние доводы оказались более внушительными для народа.
— Что ж, — хлопнул его по плечу Тимур, — удачи тебе. Мы посмотрим за поселком и будем с нетерпением ждать вашего возвращения. От нас нужна какая-то помощь?
— Да. Приведите в порядок Беззубого. Мы его возьмём с собой.
— Сейчас всё будет…
Беззубому наспех перевязал рану на ноге майкой одного из мертвых чистильщиков, после чего поставили на ноги и выпроводили за пределы деревни в компании Марины и Алексея.
На ночном небе не было ни облачка, полная луна прекрасно освещала путь к очистной станции. Беззубый то и дело ныл и стонал всю дорогу, нервируя Алексея.
Марина порывалась его пристрелить, но он был ещё нужен живым для выполнения плана, поэтому спутнику приходилось её останавливать.
Когда до старых ворот оставалось метров триста, троица замерла. Алексей одарил Беззубого суровым взором.
— Жить хочешь?
— А кто же не хочет? — поморщился чистильщик от раны. Перевязка на ноге пропиталась кровью. — Конечно, хочу!
— Тогда иди к своим и позови вашего главу гильдии. Если не сделаешь этого…
Договаривать не пришлось. Беззубый только и рад был свалить подальше от них. Он сначала поковылял медленно, на каждом шагу с опаской оборачивался назад, но как только скрылся за поворотом, то похромал бодрее на максимально доступной скорости.
Как только чистильщик скрылся за поворотом, Воронцов направился с Мариной в сторону Волги. Там расстояние до здания администрации было минимальным, отчего с высокой сосны вся территория будет как на ладони.
— Что ты задумал? — Марина перестала скрывать волнение.