Истина звезд

– Это я, твоя сестра, – тихо и медленно ответила она.
– Нет! Опять вранье! – Юстин спрятал лицо в колени и зарыдал.
– Что мне сделать, чтобы ты поверил?
– Выйди из тьмы.
Юри не раздумывая шагнула вперед, и Юстин внимательно посмотрел на нее.
– Ты выглядишь так же, как и в прошлый раз, – хлюпая носом, сказал он.
– Потому что я настоящая. – Юри сделала еще один шаг вперед.
– Нет! Остановись! – закричал Юстин. – Не подходи, иначе они вновь появятся.
– Кто «они»?
– Тени… – Он трусливо осмотрел комнату, но никого не увидел и расслабился.
– Расскажи мне о них, – Юри говорила с ним как с маленьким ребенком. И это помогало: он наконец начал охотно ей отвечать.
– Это все потому, что я глупый болван! Все из-за меня. Я виноват!
– Тише, Юстин. – Юри села на колени. – Успокойся и расскажи мне все детали. Помнишь, как ты учил меня в детстве быть последовательной?
– Да, помню. Ты всегда торопилась и сразу рассказывала конец истории.
На покрасневшем и мокром от слез лице Юстина появилась улыбка.
– Все началось на Схиале. Когда мы с отцом бросили тебя и уплыли зарабатывать юны. – Юстин казался виноватым. – Там, ночью, я встретил слепого старика. Он пообещал мне лучшую жизнь, но я не знал, что взамен он заберет мою душу.
– Что за старик?
– Ты не поверишь, Юри. Я заключил сделку со свергнутым богом. С Сэтилом, – будто сам себе не веря, удивился Юстин. – С олхи, Незримый меня ослепи. Я заключил сделку с олхи тьмы и грешных душ.
– Я верю тебе.
Юри хотелось коснуться брата, похлопать по плечу и обнять. Успокоить. Но она не двигалась, боясь призвать теней, помня, что они реагировали на каждый скрип половиц.
– Ты врешь. Все делают вид, что верят мне. Но лишь я один слышу голоса и повинуюсь им. Они заперли меня тут, Юри. И я не могу ничего с этим сделать.
– Какие голоса? Что они тебе говорят?
– Они заставляют меня делать плохие вещи. Унижать. Оскорблять. Убивать… Мое сердце стало черствым. И поначалу мне это нравилось. Я забыл, что такое страх, но сейчас… Сейчас я схожу с ума.
– Я знаю о твоих грехах, Юстин. И ты не виноват. У тебя не было выбора.
– Отец бы ругался. – Он почти что смог успокоиться.
– Отца убили, – произнесла Юри, и Юстин заплакал с новой силой. – Его убили люди из клана «Или». Я не могла не сказать. Ты должен знать.
Юри медленно двинулась вперед и протянула руку к Юстину, но его крик заставил ее замереть.
– Опять! Голоса приближаются! Я слышу их шепот! – Съежившись в углу, он зарылся лицом в колени. Его тело тряслось, а голос дрожал. – Помоги мне, Юри!
– Как?
Теперь она тоже услышала нарастающий шум. Будто рой разъяренных пчел приближался к ним и, планируя напасть, готовил жала.
– Вытащи меня, Юри! Вытащи из тьмы! – затыкая уши, молил ее Юстин.
Она кинулась к нему и, коснувшись холодной кожи, наконец обняла. Прикрыв своим телом, защитила от приближающихся теней. Юстин почувствовал ее тепло, поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза.
– Это и правда ты… – он улыбнулся.
Морщины на его лице разгладились, а нахмуренные брови расслабились. И взгляд Юстина снова стал добрым и невинным. Юри и забыла, как красивы его глаза.
– Прости, что тогда не обнял тебя крепче. Я думал, что вскоре увижу тебя снова, – сказал Юстин, погладив ее по щеке. Его пальцы были такими холодными и шершавыми, что, казалось, царапали кожу.
– Я спасу тебя, Юстин. Только не сдавайся. Продолжай бороться. Ты же этому меня учил? Никогда не опускать руки?
«Рой» жужжал уже совсем близко.
– Подожди немного. Скоро мы будем на Схиале, и там все закончится. Нам осталось собрать камни святых. Слышишь?
Но Юстин вновь закрыл уши руками, испугавшись тьмы, которая обхватила шею Юри. Черные щупальца душили ее и тянули назад – подальше от Юстина. Юри пыталась вырваться, задыхаясь, и кашляла, пока холодные слезы стекали по ее разгоряченному лицу. Она не сдавалась и рвалась вперед, но ее руки крепко сжала другая тень, которая наклонилась к ее лицу.
– Его не спасти, – шепнул женский голос. И когтистой лапой тень ударила Юри по щеке.
 
Боль пронзила всю левую сторону лица, но Юри все еще пыталась сопротивляться. Задыхаясь, она пинала черные сгустки, но этим только больше злила их.
– Поганая девчонка! Ты всё портишь!
Тени набросились на нее и, впиваясь в кожу сотнями игл, обволокли все тело.
– От… пустите мое… го бра… та! – кашляя, кряхтела Юри.
Воздух почти закончился, но щупальца продолжали играться с ней, будто с тряпичной куклой. Затем они разжали хватку, давая лишь секунду на вдох, и снова начали душить ее.
– Его душа принадлежит Сэтилу. Только он властен над ней.
Черные сгустки забирали последний воздух. А их оглушающее жужжание въедалось в голову.
– Скоро свет испепелит тьму! – выкрикнула Юри.
– Предательница! Еще одна предательница! – заверещал женский голос, и глаз Юри пронзила боль. – Тебе даровали зрение, но ты слепа. А значит, глаз тебе не нужен! – жужжание сменилось безумным смехом. Сильнее сжав горло Юри, темнота поглотила ее.
Юри вскочила с кровати и закричала, раздирая себе горло. Но изо рта вылетал лишь хрип. По щеке скатилась капля и, остановившись на подбородке, замерла.
– Юри… – Соно, лежавший рядом с Юри, проснулся.
В сонном взгляде промелькнул испуг, стоило ему увидеть ее лицо. Он нежно коснулся рукой ее скулы и большим пальцем провел по коже. Юри смотрела на Соно и понимала, что по щеке текли не слезы. А кровь.
– Мне… больно… – проглотив ком в горле, выдавила Юри.
В глаз будто засыпали мелкие, размером с песчинки, осколки стекла. Моргать было невыносимо. Горячая кровь, стекая по щеке, обжигала. Рана ныла так, будто с каждым вздохом становилась все глубже. В висках пульсировало, и Юри, вспомнив старую привычку, впилась ногтями в свою руку. Она пыталась заглушить одну боль другой. Но сейчас это не помогало.
– Тише, особенная, – увидев это, Соно обхватил ее холодные руки своими, теплыми. – Я приведу лекаря, потерпи немного.
Юри, закусив губу, кивнула. Она старалась не плакать. Старалась не кричать. Но стоило Соно выбежать из спальни, как по коридору пронесся ее истошный вопль. И вместе с ним проснулся весь дворец. Кажется, он был настолько громким и пронзительным, что его услышали и тени из сна, и Юстин, скрывающийся в Эвероке.
Придворный лекарь Дуэ помог Юри избавиться от боли. Она не ушла полностью, но сейчас ее можно было хотя бы терпеть. Он промыл глаз, зашил порез, начинающийся на лбу и заканчивающийся почти у уголка губ, дал выпить обезболивающий отвар и наложил повязку.
– Вы прекрасны даже с этой повязкой, госпожа, – сказал за обедом Масаши. – Будто за этой раной скрывается история о бесстрашном приключении на пиратском корабле.
Он положил на тарелку Юри кусочек жареного лосося, перед этим окунув его в кунжутное масло. Подвинул ей и свою плошку риса, тем самым желая скорейшего выздоровления.
– А что скрывается за этой раной на самом деле? – спросил Комей Ку.
Он выглядел невыспавшимся. Но, в отличие от Юри, не мог разлепить глаз не потому, что их пытались вырвать, а потому, что всю ночь провел на берегу Небесного озера, где избивал и ругал того, кто не выполнил его приказ.
– На меня напал мой сокол. – Соно с Юри придумали отличную отговорку. – Это вышло случайно.
– За такое птицу надо лишить головы, – откусив кусок жареной курицы, сказал Комей Ку. – Это нападение на приближенного императора.
– В этом виноват не сокол. А я.
Юри все еще подташнивало, и аппетита не было совсем. От запаха еды только сильнее мутило, и даже кусочек красивой на вид рыбы вызывал отвращение.
– Тогда это послужит вам уроком, госпожа Юриэль. А шрам будет напоминать о том, что не стоит доверять даже тем, кто кажется прирученным и покорным.