Год дурака (СИ)
Отложив лупу, я достала из сумки блокнот и, высунув от усердия язык, двадцать минут старательно срисовывала след. Когда я закончила, Деструктор вытащил свой мобильный и запечатлел улику на фото.
— Я сомневаюсь, что в расследовании ты продвинешься еще хотя бы на миллиметр.
— Ха! Да я только начала и уже обнаружила важную улику!
— Дальше-то что будешь делать?
— Во всяком случае, у меня есть след.
— Угу. Удачи тебе с ним.
— Главное, он есть у меня.
Я задумчиво присела на парту. В тех детективах, которые я читала, стоило найти след, так все сразу откуда-то знали, чей он. Захотелось позвонить Диане и спросить ее совета, но Диана слишком сблизилась с Алей, и Деструктор не простил бы мне утечки информации до его бабушки. Что ж, придется думать самой.
— Я… я попробую применить дедуктивный метод.
— Попробуй просто применить мозги.
— Судя по рисунку на подошве, это должна быть кроссовка, а не ботинок. Размер ноги… хм, я бы предположила, что ученик четвертого-пятого класса. Мальчишка, конечно.
— Капитан Очевидность аплодирует, Шерлок нервно курит в сторонке.
— Найти бы нам эти кроссовки, мы бы и ноги нашли.
— Какая нестандартная идея.
— Кстати, об обуви, — я посмотрела на пыльные потрепанные кеды Деструктора. — Ты вот в этом ходишь в школу?
— Нет, обычно я переобуваюсь в сменку в гардеробе.
— То есть сменку все хранят в гардеробе?
— Ну да…
— Тот, кто выпрыгнул из окна, скорее всего, был в сменной обуви. На следующий день, в пятницу, он в ней же пришел в школу, а уходя, переобулся в свою уличную — это было бы логично. Значит, кроссовку следует искать в гардеробе. Пошли.
— Вот еще, — заартачился Деструктор. — Не с моей репутацией шарить по раздевалкам.
— Мне нужен твой мобильник, в нем фото.
— Просто сделай снимок на свой.
— Не могу. Он совсем простой, там нет этой функции.
— Тебе что, дали его на сдачу в супермаркете?
— Дай свой мобильный, — настойчиво потребовала я. — Для связи я оставлю тебе мой.
Раздевалка располагалась в подвале и была разделена по секторам. Класс, которому принадлежал сектор, был указан на стене белой краской. Миновав маленькие ботиночки и туфельки первоклашек, я перешла сразу к четвертым классам. Ничего. Пятый «А» также оказался чист, не считая пачки сигарет, обнаруженной в гламурной золотистой балетке. Пачку я забрала на выброс — нечего портить здоровье. В секции 5Б я подняла потрепанную грязную кроссовку, перевернула ее и, даже не сверяя с изображением, поняла, что это она.
— Что вы здесь делаете?! — прогрохотало у меня над ухом, и я подскочила, как ужаленная.
Директриса с непроизносимым отчеством жалила меня взглядом сквозь прямоугольные очки.
— Мышь, — нашлась я. — Я видела, как она побежала сюда.
— У нас нет мышей, — возмутилась директриса. — Что вы придумываете? Вам показать санитарно-эпидемиологическое заключение?
Я втянула голову в плечи.
— Что вы, я поверю вам на слово. Должно быть, померещилось.
Директриса продолжала сурово глядеть на меня сквозь холодные стекла.
— Со мной иногда бывает, что кажется всякое, — продолжила я, заговаривая ей зубы, как злому псу. — В детстве мама даже водила меня к врачу из-за этого.
— Ах, вот как, — протянула директриса, кивая сама себе.
— Не думаете же вы, в самом деле, что я стала бы воровать поношенную детскую обувь? — я нервно захихикала.
— Я не знаю всех причин, по которым ваша мама водила вас к врачу. Вы пришли помочь с ремонтом? — не дожидаясь ответа, директриса развернулась к выходу. — Я покажу вам, что делать.
Следуя за ней, я сверлила взглядом ее спину. Суббота… чего ж вам дома-то не сидится?
Мы прошли мимо кабинета биологии (мое сердце замерло) в кабинет физики.
— Вон кисти, вон банки с лаком, вот газеты, чтобы не закапать пол. Покрасьте все парты и на сегодня будете свободны, — директриса критично осмотрела мою белую маечку и брючки-капри. — Вероятно, после работы эту одежду вам придется выбросить.
Она удалилась, оставив меня тоскливо осматривать бесконечные ряды парт. На телефоне Деструктора я набрала собственный номер:
— Даже не думай, что оставишь меня с этим.
Деструктор явился через пятнадцать минут — долго же он шел из соседнего кабинета.
— Я нашла кроссовки.
— Поздравляю. Теперь ты можешь выдвинуть им обвинение, — Деструктор отколупнул крышку с банки, понюхал лак и поморщился.
— Не смешно. Что дальше будем делать?
— Это ты у нас Шерлок Холмс, я всего лишь доктор Ватсон. Добровольно-принудительный.
— Мне всегда казалось, что доктора Ватсона недооценивают, — протянула я, окуная кисть в лак и проводя ею по парте. От кисти сразу же отделились несколько волосков и намертво прилипли к поверхности. — Он бегает, как савраска, выполняет самую черную и скучную работу, попадает в опасные ситуации, а вся слава достается Шерлоку.
— Я приложу максимум усилий, чтобы этого не повторилось в нашем расследовании.
— Ты приложишь максимум усилий, чтобы ничего не делать?
— Именно. Ну что, тебя уже осенила блестящая идея?
— Нет.
Мы покрасили парту, и две, и три, и я уже отупела, надышавшись испарениями лака, а идея так и не пришла.
— Мы находимся в школе, — не выдержал Деструктор. — А здесь ведут…
— … уроки.
— Да нет же. Заполняют…
— … знаниями головы учащихся.
— Отмечают…
— … День учителя и День знаний. А, еще есть День здоровья.
Деструктор застонал, сраженный моим идиотизмом.
— Посмотри в журнале!
— Что посмотреть?
Деструктор спрятал лицо в ладонях.
— Точно, — дошло до меня. — Я же могу посмотреть, кто из 5 «Б» пропускал занятия утром четверга. Следы у подоконника оставили два человека, так что если отсутствовала сразу пара, то…
— С озареньицем, — кисло поздравил Деструктор.
— Где учительская?
— На третьем этаже.
Я решительно направилась к двери, но вдруг резко остановилась.
— Только один вопрос… как эти неизвестные — назовем их X и Y — попали в кабинет? Они не могли сделать это ранее, чем принесли макет — как бы тогда они его украли? И не могли сделать после того, как из кабинета ушел ты — ведь учительница заперла кабинет и передала ключ директору.
— Может, когда в кабинет внесли злополучный макет, дверь оставили открытой.
— Да, вероятно, — я шагнула в коридор, но сразу развернулась. — Я вспомнила: директриса упоминала, что завхоз запер дверь за собой.
— Она свечку не держала.
— Верно. Но чуть позже тебе, чтобы попасть в кабинет, пришлось украсть ключ с вахты.
— Они тоже могли стянуть ключ, а потом вернуть его. И следом его взял я.
— Однако растяпистая у вас вахтерша… но могло быть и так, спасибо, — я вышла из кабинета, прошла десять метров и вернулась.
— Что еще? — закричал Деструктор.
— Одна маленькая деталь не дает мне покоя… У них есть ключ… но они запирают кабинет, выпрыгивают через окно, возвращаются в школу и относят ключ на вахту. Если они хотели оставить школу незаметно, зачем относить ключ, ведь вахтерша могла их заметить? Бросить его где-нибудь, да и все. И пропажа макета бы обнаружилась не сразу. Если же они не опасались, что будут замечены, почему тогда не вышли через дверь?
— Я не знаю, — раздраженно ответил Деструктор. — А может, нам следует просто забыть обо всем этом и пойти домой?
— Ну уж нет, я только вошла в раж.
— Да ты с утра неадекватная.
На пути в учительскую мне встретились рабочие, но я приняла максимально невинный вид. К счастью, в самой учительской никого не было. Вот и журнал 5 «Б» класса, в синей глянцевой обложке… Четверг, восьмое сентября. Первым уроком был английский. Отсутствовала одна девочка по болезни. Далее следовала литература, которую проигнорировали некие Антонян и Веничкин. В тот день в школу они уже не вернулись. Я полистала страницы. Эти двое частенько прогуливали занятия вместе. Не наши ли это X и Y? Интересно… если Деструктор прогуливал второй урок, и эти двое прогуливали второй урок, и все трое отсиживались в кабинете биологии… как они умудрились не встретиться?