Год дурака (СИ)

Во вторник мне так не хотелось идти на работу, что пришлось съесть яичницу из трех яиц, чтобы успокоить себя. К двум часам я закончила кувыркаться со шредером, пошла в кухню и объелась хлеба. Настроение было на нуле. Я прямо чувствовала, как распухаю. После работы я уступила влечению к «Сникерсу», терзающему меня с самого инцидента в лесу, и зашла в магазин.
— Такая красивая девушка, и без кольца. Какой ужас, — пробасил вдруг кто-то над ухом, и я отшатнулась от неожиданности.
— Это было бы еще ужаснее, будь я гранатой, — вспомнила я глупый анекдот.
Он громко рассмеялся, и я настороженно улыбнулась. Шатен, среднего роста. На вид ничего.
— Судя по содержимому вашей корзины, дома вас не ждут. Так, может, погуляем вместе?
— Какой вы быстрый…
— Я все делаю быстро! — ляпнул он, и я ехидно приподняла брови: «Все?»
Он немного смутился, и мне вдруг подумалось, что он похож на Роланда. Правда, волосы у него темнее, и ростом он пониже. И еще у Роланда лицо совсем другое. А так похожи. Ритуал?..
— Я не хочу гулять. Я устала. Я потом, я вас не знаю.
— Меня зовут Александр. Как Невского.
— Соня. Как чью-то тщеславную сестру, которую заточили в монастырь.
— Петра Первого.
Я кисло улыбнулась. Я была слишком измочалена, чтобы поддерживать остроумную беседу с незнакомцами, пусть даже похожими на Роланда.
— Пожалуй, мне пора домой.
— Встретимся завтра?
— Где?
— В центре. Возле «Севильи». В семь. С меня ужин.
«Севилья» была рестораном с хорошей кухней и приятной обстановкой — во всяком случае, так о нем говорили. Я немного взбодрилась.
— Звучит неплохо, — неуверенно протянула я.
— Тогда до встречи, — он помахал кончиками пальцев.
— До встречи. Очень надеюсь, что вы не маньяк.
Прежде чем удалиться, он вручил мне визитку. «Александр Серов, Alpha Consulting, номер телефона: +7…». Хм, похоже он не пошутил насчет свидания.
Я подошла в семь, Александр — почти в семь. В смысле, ближе к восьми. Одет он был прилично — дорогие, отлично сидящие джинсы, легкий элегантный пиджак. Я исполнилась самых радужных надежд, но очень скоро они начали таять, превращаясь в серую жижу. Все началось, как только он открыл меню.
— Вот это цены! Панакота — 400 рублей! Салат с рукколой — 500 рублей! Карпаччо — 420 рублей! Возмутительно!
— Обычные ресторанные цены…
— 350 рублей за паршивые равиоли! А-а… утиная грудка по-каталонски — 800 рублей!
— Не обязательно брать утиную грудку. Мы можем заказать… не знаю… хлеба. Или попросить принести воды, — попыталась я утихомирить спутника, но его голос звучал все громче:
— Делают миллиарды ни на чем! Грабеж! Вот только пистолет к голове не приставили!
Я стала такая же красная, как скатерть, и уже видела, как нас спускают с лестницы, но тут Александр встал и взял меня за руку:
— Уходим отсюда! Найдем приличный ресторан вместо этого вертепа!
На улице мне подумалось, что, будь я умной девушкой, я бы уже бежала прочь, сняв туфли. Но я была не только глупая, но и очень голодная девушка, прекрасно осведомленная, что в ее холодильнике нет ничего, кроме одинокой картофелины и бутылки подсолнечного масла, а в кошельке лежат последние купюры.
— Вот это местечко, кажется, ничего.
Я подняла взгляд, и он намертво прилип к поражающей воображение и эстетическое чувство вывеске пиццерии «Обжора». Не успела я сформулировать все свои возражения, как была втянута внутрь. Судя по немногочисленности посетителей, местечко не пользовалось популярностью. Усевшись на липковатые пластиковые стулья, мы стали ждать. Официантка болтала с барменом. Мы ждали. Официантка рассказала бармену неприличный анекдот. Мы все еще ждали. Официантка знала много неприличных анекдотов и намеревалась рассказать бармену каждый из них.
— Меню на стойке, — сказал Александр.
Я подняла брови. Александр тоже поднял брови. Официантка и бармен громко рассмеялись. «Движение сжигает калории», — напомнила я себе и поднялась за меню.
— Что будешь? — спросил Александр.
— Пиццу «Четыре сыра».
— Жир и тесто… не усугубляй свою ситуацию.
 
Я посмотрела на него. Он действительно так сказал? Александр морщил нос, покачивая головой. Ладно, поем и сразу уйду. Вот дружи после этого со Вселенной, такое мне подсунула… Хотя, возможно, ей он тоже поначалу показался адекватным.
— Тогда салат «Овощной».
Пытаясь докричаться до официантки, я потратила больше калорий, чем было в тех пожухших листьях, которые она мне принесла. Пока я размышляла, простаивал ли этот салат с утра или же его сразу приготовили из несвежих продуктов, Александр лихо разделался со своей пиццей, отрывая и проглатывая огромные куски.
— Жарко, — выдохнул он. По его подбородку тек жир, и я хотела сказать об этом, но тут Александр снял пиджак, и я потеряла дар речи. На его футболке была нарисована женщина. Самая обычная голая женщина с грудью шестого размера.
— Еще одну «Маргариту»! — крикнул Александр официантке, и тут у него зазвонил телефон. Он достал его из кармана и прижал к уху. — Привет. Да ничего не делаю. Ты сам как?
Пятнадцать минут спустя, когда принесли «Маргариту», он все еще продолжал разговаривать. Вперившись взглядом в блестящие капли жира на поверхности пиццы, я впала в оцепенение.
— Да, смотрел, но не досмотрел. Нормальное киношко. Тот чувак таки поимел рыжую?
Я заерзала на стуле. Александр скосил на меня глаза:
— Ты в порядке? Не скучаешь?
— Все хорошо, — ответила я, надеясь, что Вселенная оценит мои старания и наградит меня табуном мужчин, худший из которых будет лучше Александра.
Он проговорил еще минут двадцать, ковыряя остывающую пиццу вилкой, и, когда я совсем уже решилась уйти, завершил разговор и посмотрел на меня:
— Попросить счет?
— Да.
Принося счет, официантка продемонстрировала несвойственное ей ранее проворство. Наблюдая, как на лбу Александра углубляется морщина, я приготовилась к Великой Истерике № 2.
— И как я мог рассчитывать, что меня не попытаются в очередной раз обдурить! Посмотри на это!
Я заглянула в счет. Мои салат и минеральная вода, кола и две «Маргариты» Александра.
— Все в порядке.
— Две «Маргариты»!
— Вы заказывали две.
Он с шумом выдохнул и, поднявшись на ноги, простер руки над растерзанной пиццей.
— Но я не съел ни кусочка!
Я приказала себе расправить сморщившееся лицо. Ничего, когда-нибудь я посмеюсь над всем этим. Я напишу книгу «Сто худших свиданий», и она станет популярнее, чем «Дневник Бриджет Джонс». А сейчас мне надо собраться, держаться достойно, не закричать на этого придурка матом. Визуализация мне поможет: солнышко, речка, травка. Прекрасный мир, полный отвратительных мужчин.
Александр достал из кармана двести рублей и бросил их на стол. Одна «Маргарита» стоила больше.
— Если у них есть совесть, они довольствуются этим.
«Если у вас есть совесть, вы придете домой и повеситесь в шкафу».
— Как тебе вечерок?
— Удался. Большое вам спасибо, — я выгребла из кошелька все деньги (подавись) и направилась к выходу. За спиной я услышала хлопки и обернулась. Александр бил в ладоши. Хлопали официантка и бармен. Хлопали люди за столиками.
— Что происходит? — спросила я.
— Улыбайтесь, вас снимает скрытая камера, — как будто соткавшись из воздуха, передо мной материализовался бодрый человечек в красной бандане. — Вы только что стали победительницей конкурса от передачи «Большая терка»!
— Какого конкурса?
— Вот она, настоящая русская женщина! Кроткая! Благородная! Терпеливая!
Он продолжал петь мне дифирамбы, а я, уже совершенно замороченная, бросила на Александра полный упрека взгляд.
 
— Вы меня разыграли…
Он улыбнулся и развел руками.
— Если я выиграла, каков мой приз? — спросила я человечка в бандане.
— Вы все узнаете. На съемках нашей передачи!
— Не уверена, что… а когда съемки?