Машина мышления. Заставь себя думать

Эти взаимовлияния и создают иллюзию, что наша мыслительная деятельность, не говоря уже о психической, сознательна, целенаправленна и подчиняется нашей личности, нашему желанию. В действительности же это просто шесть отдельно стоящих дураков — зеркал мозга — перекидываются информацией друг с другом.
В каждом зеркале возникает своя интерпретация сигналов, которая отражается в другом зеркале, где уже есть своя версия того же самого сигнала. Конечно, удивительно, что всё так… Но боюсь, что это пока лучшая концептуализация того процесса, который мы считаем психическим или называем мышлением.
Причём разница между «психическим» и «мыслительным» лишь в том, что в первом случае мы обращаемся к субъективным эффектам нервной деятельности (тем самым квалиа), а во втором — к смысловому аспекту.
Вот, собственно, и всё, что важно понимать про наш мозг. Но, разобрав по частям эту «машину мышления», мы естественным образом подходим к вопросу о возможности воссоздания этой штуки на серверах.
Да, современный мир, мучительно разгадывающий «тайну» мозга, живёт в тягостном предощущении «второго пришествия». Но речь, как вы уже поняли, не об очередном Спасителе, который спустится с небес и в какой уже раз искупит своими страданиями наши прегрешения.
Пока миру был явлен лишь наш — естественный — разум. Но не за горами то время, когда нам придётся мириться с присутствием на Земле «сильного искусственного интеллекта». И да, ожидается, что эта машина будет умнее человека.
Возможно ли это?.. Разумеется, но не так, как мы об этом думаем. Мы уже знаем компьютеры, которые оказались умнее человека, играя в шахматы и го, в телевикторину «Своя игра», во множестве рутинных и бизнес-задач (например, торговля на бирже).
Очень скоро искусственный, а точнее машинный, интеллект победит человека-водителя, человека-логиста и даже, вполне возможно, человека-психолога (по крайней мере, с точки зрения предсказательной силы). Дальше — больше.
Несомненное преимущество машинного интеллекта перед естественным — в способности учитывать огромные массивы данных, находить общие закономерности там, где человеческий разум просто неспособен их увидеть.
Ну и больше всего меня, конечно, воодушевляет, что машинный интеллект потенциально может быть беспристрастен, а значит, насколько это вообще возможно, объективен.
В конце концов, если разработчики всё сделают правильно, у него не будет той бездны когнитивных искажений, которые так свойственны человеку, его природе и человеческому мозгу как таковому.
Да, я намекаю на то, что машинный интеллект, я надеюсь, будет свободен от нашего с вами хронического чувства уязвимости, проявляющегося у человека обыкновенного бесконечным стяжательством и агрессией.
Однако надо иметь в виду другую проблему — нашу склонность очеловечивать всё, что хоть чем-то напоминает нам человека.
Хорошо известный факт: если установить в общественном туалете нечто, хотя бы отдалённо напоминающее человеческую голову, — например, коробку с двумя черными кружками, расположенными наподобие глаз, — посетители за собой, извините, лучше смывают и вообще ведут себя куда аккуратнее.
Так что вполне естественно, что мы при малейшей возможности начнём очеловечивать и машинный интеллект — усматривать в нём личность, думать, что у него есть потребности, чувства и даже предрассудки. Что мы, впрочем, уже и делаем, общаясь с Siri или Alexa, с Алисой или Джой.
Так что спутать, ошибиться, принять машинный интеллект за что-то человеческое, живое человек может, что даже обеспечит машинному интеллекту прохождение «теста Тьюрига». Но лишь потому, что оценщиком человечности будет сам человек, движимый своей социальной биологией, архаичными инстинктами и сонмом когнитивных искажений.
Поэтому, как говорит, а точнее предупреждает нас, Дэниел Деннет, «при нашей жизни мы увидим только умные инструменты, но не товарищей. Не думайте о них как о товарищах, не пытайтесь делать их товарищами. И, более того, не обманывайтесь, что вы якобы им товарищи».
 
Однако то, что машинный интеллект, не будучи человекоподобным, не сможет быть умнее нас, — иллюзия. Честно говоря, я не думаю, что быть умнее человека — это какая-то непосильная задача. Это мы все вместе, общим умом, так сказать, умны. Если же приглядеться к каждому из нас по отдельности — дураки дураками.
Без языка, общества, культуры, обучения, социализации, без бездны накопленных поколениями знаний, без современных технологий, наконец, наш — собственно человеческий — разум мало чем отличается от разума человекообразных приматов, шимпанзе и орангутанов.
Те, в свою очередь, конкурируют с другими «интеллектуалами» живой природы — дельфинами, слонами, собаками, воронами, крысами и осьминогами. И у них тоже есть конкуренты послабее умом…
Так что, если продолжать эту линию заочного интеллектуального соревнования, мы — люди-человеки, лишённые культуры и организованного социума, — очень скоро окажемся где-то в районе пчелы и муравья, а ещё через переход хода — рядом с аплизией или нематодой.
На аплизиях, кстати, очень любят практиковаться нейробиологи, потому что у них большие, видимые буквально невооружённым взглядом нейроны. А вот нематода прославилась тем, что наконец-то целой группе исследователей удалось полностью простроить её коннектом.
Коннектом — это все связи между клетками отдельно взятой нервной системы. И когда он был расшифрован у нематоды Caenorhabditis elegans, этот фундаментальный труд был торжественно опубликован в Nature. Полюбуйтесь — она на рисунке 55.
 Рис. 55.  Коннектом нематоды Caenorhabditis elegans98.
Кто-то, вероятно, почувствовал в моих словах некоторую иронию. И вы совершенно правы, иронии у меня хоть отбавляй!
Во-первых, потому, что коннектом представленной нематоды состоит всего лишь из 959 нервных клеток и 460 узлов. Так что полная расшифровка человеческого коннектома, которую все в научном мире так ждали, предвещали, рекламировали и так, надо сказать, богато финансировали — миллиардами долларов, — судя по всему, пока откладывается.
Во-вторых, потому, что, как теперь стало абсолютно понятно, даже полная расшифровка коннектома человеческого мозга (находящаяся, прямо скажем, под вопросом) вряд ли приблизит нас к заветной цели — переносу человеческого сознания на технический носитель.
Да, сейчас в целом вполне понятно, как нашинковать человеческий мозг на бесчисленное количество микроскопических кусочков, а затем с помощью компьютерных алгоритмов прописать все точки контакта одной нервной клетки с другой.
Однако это не решает как минимум трёх принципиальных вопросов…
Первое — это специфичность разных клеток, работающих в мозге (например, пирамидальных клеток, клеток ретикулярной формации, клеток разной локализации в кортикальных слоях, дофаминовых клеток, клеток глии и т. д. и т. п.), о чём мы с вами говорили.
Это значит, что даже если мы простроим все связи между клетками отдельно взятой нервной системы, мы всё равно не будем знать, в чём заключается специфика этих связей, какой удельный вес им присваивать, что считать синапсом, а что каким-то вспомогательным миелиновым контактом.
Второе — это, конечно, особенности в работе нейромедиаторов и других нейроактивных веществ, участвующих в функционировании нервной системы (ГАМК, глутамат, глицин, аспарагинат, норадреналин, ацетилхолин, дофамин, серотонин, анандамид, таурин, гистамин, VIP, бомбензин, брадикинин, вазопрессин, карнозин, нейротензин, соматостатин, холецистокинин, АТФ, триптамин, эндоканнабиноиды, NAAG, эйкозаноиды, арахидоновая кислота, аденин и т. д.).
Причём не следует обольщаться, глядя на этот внушительный список: пока функции этих нейреактивных веществ изучены, мягко говоря, недостаточно, а то и вовсе непонятны.