То, о чём Лана не знала (СИ)

Я лежала в кровати не в состоянии пошевелиться. Вчера Кармел вместе с Агатой наготовили так много всего к праздничному ужину, что теперь я в полной мере испытывала расплату за грех чревоугодия.
Агата и Кармел целый день посвятили готовке, а я – уборке дома. Я никогда не любила готовить и делала это крайне редко – только в те моменты, когда меня накрывало вдохновение на это дело. “Вот поэтому-то Вы и не замужем”, – полушутя любила повторять мне Кармел.
Нет, моя дорогая Кармел, совершенно не поэтому.
В моей жизни был человек, ради которого я могла бы готовить первое, второе, десерт и компот три раза в день, – только для того, чтобы он был счастлив.
Но рецепт счастья чуть сложнее, чем рецепт шарлотки.
***
То, о чём Лана не знала
Сентябрь 2013 года
Мерный стук электрички вводил в состояние полудрёмы. Народу в вагоне было немного: парочка пубертатных подростков, парень в наушниках и человек в черной парке, сидевший ко мне спиной, чей пол я не смог распознать. Хотя возникло ощущение, что я его где-то уже видел. Покачиваясь, я периодически проваливался в сон. Настроение было ни к чёрту. Моя командировка в Гатчину провалилась с треском. Политик, у которого я должен был взять интервью, неожиданно улетел на море, не поставив меня в известность. Машина сломалась, и пришлось оставить её в ремонте и ехать на электричке. Конечно, я мог бы отправить в командировку кого-то из своих подчинённых, как я обычно и делаю.
Но эта командировка была в Гатчину.
И я не мог не поехать.
Я по-прежнему с каким-то детским трепетом надеялся встретить там Лану. Конечно, она наверняка тут уже давно не появлялась. После смерти тёти Нади Лана продала квартиру и перебралась в Питер. По крайней мере, так рассказала мне Нина. После окончания моей командировки в Африке, я приезжал к сестре в Англию. Получив заветный диплом, Нина на следующий же день улетела в Лондон, заявив родителям, что теперь она – свободный художник. Сестра уверяла меня, что у неё нет нового адреса Ланы. Они лишь переписываются или перезваниваются. Хотя, возможно, она просто не хотела мне его давать. Ей было чрезвычайно важно сохранить доверие лучшей подруги.
– Зачем ты её ищешь?
Нина задала мне логичный и вполне закономерный вопрос, на который я не знал ответа. Я искал её везде, раз за разом вбивая в поисковике “Светлана Антонова”, но все мои попытки были тщетны. Разумеется, я не хранил целибат. У меня были девушки и связи и в командировке и после неё. Но я с удивлением и каким-то внутренним беспокойством обнаружил, что всё это время не переставал думать о ней. Почему? Не знаю. Эта девочка с голубыми глазами и чистым невинным взглядом не выходила из моей головы. Когда я вернулся в Россию, мне позвонила Ирма. Мы встретились. Она предложила возобновить отношения, уверяя, что ждала меня всё это время. Но, спустя три года, я поймал себя на мысли, что не чувствую к ней абсолютно ничего. Словно пью дистиллированную воду без вкуса и запаха. Не было ни злости, ни обиды, ни прежних чувств.
Чего нельзя было сказать про Лану. Я испытывал какой-то невероятный трепет, просто вспоминая её.
И я совершенно не мог подобрать названия своим ощущениям.
– Эй, сиги есть?
Я открыл глаза. Передо мной стояли три абсолютно пьяных мужика и пытались сфокусировать на мне свой взгляд. От них чертовски воняло перегаром, так, что я даже поморщился и отрицательно покачал головой.
– А чё “запрещено цензурой” такой недовольный, а? Чё-то не нравится? – и в этот момент в моё лицо прилетел огромный кулак.
В полиции, разумеется, никто не стал разбираться, кто был виновником драки. Нас просто растолкали по разным камерам. Но уже спустя полчаса сержант пришёл за мной.
– Карецкий, на выход.
Я поплёлся за ним, представляя, что меня ждёт ещё и бессонная ночь. Мы прошли в его кабинет. Сержант, зевая, сунул мне под нос протокол и ткнул ручкой внизу:
– Дата, подпись, и можешь валить.
Я с недоумением посмотрел на него. Сержант, вяло борясь со сном, произнёс:
 
– Ну что смотришь? Скажи спасибо девчонке, что с тобой в вагоне ехала, – она показания дала, что эти утырки пьяные тебя первые ударили. Она только что ушла, может даже догонишь ещё.
Расписываясь, я бросил взгляд на подпись свидетеля. Рядом стояла расшифровка “Ридель Лана Александровна”.
“Я где-то видел этого человека в чёрной парке”.
Видимо, когда Бог раздавал мозги, я даже в очереди не стал стоять.
Швырнув протокол на стол, я пулей вылетел из отделения полиции.
  
Глава 9.
 
Январь 2044 года
Агата постоянно была чем-то занята. Я вообще не видела её, сидящей без дела. Или она писала книгу, или помогала Кармел по дому, или шла на рынок за продуктами, или была со мной. В этой девушке было столько жизненной энергии и трудолюбия, что, казалось, хватит на десятерых.
Вот и сейчас, находясь в саду, Агата заботливо ухаживала за цветами. Обрезая сухие листья и цветочки, она поливала и удобряла растения.
– Агата, мне неудобно, – я подошла к девушке. – В нашем контракте не было пункта “работа по дому и саду”.
Агата рассмеялась.
– Ну, что Вы, Лана, мне же не сложно, – она поправила перчатки и поднялась с корточек. – Тем более, лучший отдых – это смена деятельности.
– Ну да. Давай тогда я тебе помогу, а параллельно продолжу своё повествование. А то Новый год завершился на очень печальной ноте.
Агата потёрла руки друг о друга и печально кивнула.
***
Сентябрь 2013 года
Войдя в вагон электрички, я устало плюхнулась на первое же сиденье. Весь день я провела на могиле тёти Нади, приводя её в порядок. Я не была там уже давно, и работы было много: подкрасить оградку, срезать траву, прибраться. Я даже не заметила, как наступил вечер, и еле успела на последнюю электричку.
Прислонив голову к стеклу, я пыталась разглядеть в темноте за стеклом очертания домов и деревьев. Уже подъезжая к Питеру, сзади я услышала крики и нецензурную брань. Обернувшись, я увидела, как группа пьяных мужчин напала на какого-то парня. Недолго думая, я нажала кнопку вызова полиции и сообщила номер вагона. Полицейские отреагировали быстро. Ворвавшись в вагон, они скрутили всю компанию и повели в участок. Когда они шли мимо меня, я уловила тонкий запах мужского дезодоранта с лавандой и непроизвольно бросила взгляд на пострадавшего парня.
Не может быть.
Таких совпадений просто не бывает.
Человек, которого сейчас вели в участок, три года назад забрал моё сердце.
И оно по-прежнему оставалось у него.
Хотя с того момента утекло так много воды! После смерти тёти Нади я погрузилась в тяжёлую депрессию. Нина, как могла, старалась меня приободрить и посоветовала полностью всё поменять. Благодаря подруге, я переехала из Гатчины в Питер. И поменяла паспорт. Нина уверяла, что имя – это судьба, а имя “Света” не приносит мне ничего хорошего. Поэтому я взяла себе имя “Лана”, к которому мне уже не пришлось привыкать, и фамилию “Ридель” – девичью фамилию моей матери. Нина рассказала мне, что Антон после возвращения из командировки искал меня, но подруга решила остановить всяческие попытки нашего сближения. Она считала, что я сама решу, как мне будет лучше, и пообещала не говорить ему ни мой адрес, ни моё новое имя.
Но от судьбы, видимо, не уйдёшь…
Последним из вагона выходил сержант.
– Товарищ сержант! – я подбежала к нему. – Парень не виноват. Эти пьяные мужики первые ударили его. Я могу дать показания.
Полицейский бросил на меня ленивый взгляд.
– Хорошо, поехали.
В отделении, составив протокол, сержант сказал, что я могу быть свободна.
– А что с парнем? Вы его отпустите? – моё сердце выпрыгивало из груди. Ко мне снова вернулись все волнения из-за Антона.
Сержант пожал плечами.
– Естественно. Хотите познакомиться?
– Нет! – выкрикнула я резко и выбежала из отделения.