Солдаты Третьей мировой
Игровая база. Это же время
Сурок пил крепкий до черноты кофе. Вообще-то, он предпочитал с молоком – никому бы не признался в слабости, но, во-первых, иначе его коробило от вкуса, а во-вторых, потом начинал противно ныть желудок. Но сейчас то и другое казалось вполне заслуженным. Элитный игрок… Щенок! Так обделаться! За этим состоянием интеллигентского самобичевания его и застал Кузнецов.
Пару минут генерал стоял, опершись о косяк, и с интересом рассматривал своего подопечного. На его взгляд, мальчишка был куда перспективнее старших товарищей. Хотя бы потому, что те попали в подразделение уже взрослыми, сформировавшимися личностями, а этот… Павел Сурков еще на том этапе, когда из него можно вылепить что угодно, заменив нехватку природных талантов (а в этом плане мальчишка уступал и Леночке, и Сергею) подготовкой и базой, которые можно закладывать практически с нуля. Без оглядки на прежний опыт и сформировавшееся мировоззрение.
Но сейчас парень сидел и переживал. Первое серьезное поражение за все это время. Для того, кто привык только побеждать, удар ниже пояса. Учитывая возраст, трагедия страшная. И то, что запланировано это было заранее, и личное поражение в данном случае дало тактический выигрыш, ничего не меняет. Он-то не знал, потом объяснили. А потом – это уже поздно…
– Что, малек, устал?
Сурок аж подпрыгнул, так резко сократились от неожиданности большие ягодичные мышцы. Но справился с собой почти мгновенно – вскочил, вытянулся, как на плацу…
– Сядь, – махнул рукой Кузнецов. – И хватит психовать. Лучше налей мне кофе.
Зажужжал кофейный автомат. На запах сунулся было кто-то из вспомогательного персонала, но, наткнувшись на мрачный взгляд генерала, исчез за дверью быстрее ветра. Следующие несколько минут Кузнецов и Сурок пили обжигающий напиток. Неплохой, хотя по сравнению с тем, что генералу приходилось потреблять в некоторых заграничных командировках еще тогда, в молодости, не то. Совсем не то.
– Расстроен? – генерал отставил кофе. – Зря.
– Знаю, – Сурок поморщился. – Умом – знаю. Но так… Всегда говорили, что мы лучшие, а теперь у всех на глазах… Засмеют ведь. И будут правы.
– Боишься показаться смешным? – генерал дождался утвердительного кивка, улыбнулся. – Знаешь, я в твоем возрасте… Хотя нет, я тогда был младше, ну да это неважно. В общем, смотрел я очень старый даже по тем временам фильм. «Иван Никулин – русский матрос». Посмотри, в сети он наверняка есть.
– Зачем?
– Там есть замечательный персонаж – начальник железнодорожной станции. Комичный до невозможности, абсолютно гражданский, нескладный, с вечно больными зубами. Над ним все посмеивались – но притом его уважали. Потому что он, когда это действительно требовалось, без страха шел и в одиночку против толпы немцев, и в разведку, и с гранатой на пулемет. Смех не всегда означает презрение, можешь мне поверить, лейтенант.
– Все равно обидно.
– Х-ха! Открою тебе секрет. Через пару дней туда доставят ваши танки. Те, с которыми ты в Европе геройствовал. Вот тогда и покажешь всем мастер-класс. А сейчас вот что. Парень ты неглупый и язык за зубами держать умеешь. Поэтому даю тебе вечер… Впрочем, ладно, до утра – навести родителей. И девушку свою тоже.
О как оживился. Генерал мысленно похвалил себя. Водка и женщины снимут любой стресс, проверено временем. Что бы там ни говорили мозговеды, лучшего, на самом деле, не придумано. Кстати…
– Кстати, молодой человек. У тебя с той девушкой как, серьезно? Или вы планируете ограничиваться совместными гонками на мотоциклах и прочими пионерскими отношениями?
– А что? – моментально насторожился Сурок.
– Ну, как ваш командир, я обязан заботиться о моральном облике подчиненных, – усмехнулся Кузнецов. – А то женщины – они ведь всякие бывают.
– Например?
– Ты «Алые паруса» читал?
– Конечно, – Сурок, кажется, даже немного оскорбился. – Все читали.
– Ну, по поводу начитанности вашего поколения у меня есть сомнения. Впрочем, не о том разговор. Я просто очень не хотел бы, чтоб тебе попалась такая вот Ассоль.
– Это почему? – сказать, что парень удивился, значит, ничего не сказать.
– Да все просто. Мы живем в реальном мире. Скажи, кто и что получил от красивого финала?
– Счастье.
– Угу. А подробнее? Впрочем, подробнее будет долго – ты совершенно не умеешь формулировать свои мысли. Давай лучше я тебе все по полочкам разложу. Вот смотри. Что получает сама Ассоль, понятно. Из деревенской дурочки – в… не принцессы, конечно, однако же в дворянки, причем богатые. И теперь любая попытка открыть на нее рот закончится тем, что обидчику выбьют зубы. Конец бытовым проблемам, нужде… В общем, красота. А вот с ее мужем все не так однозначно.
– Это почему?
– Начнем с того, что она не подходит ему по воспитанию. Да и по образованию тоже. И, уж извини, по мозгам. Муж и жена должны быть на одном уровне, иначе тот, кто стоит на ступеньку ниже, всегда вынужден будет тянуться за лидером. Не справится – очень быстро станет скучен и неинтересен. Здесь же не ступенька, а целый лестничный пролет. Так что одного этого достаточно, чтобы вскоре друг друга возненавидеть. Дальше. Какая она жена – а вот хрен ее знает. Внешние данные хороши, но характер… Она очень инфантильна. Впрочем, муж чем-то на нее в этом плане похож.
– В смысле?
– Дело в том, что всю жизнь он хотел стать капитаном. И вроде бы добился своего. Но на самом деле он – не капитан.
– Э-э-э…
– Он грамотный судоводитель, но чтобы стать капитаном, одного этого мало. Капитан должен думать немного иначе. И не воротить нос от груза только потому, что ему не нравятся бездушные железки. Корабль его – игрушка возомнившего себя круче обрыва мажора. Тем более если это парусник в эпоху, когда господство на морях переходит к пароходам. Доход Грэя…
– Кого?
– Видишь, – улыбнулся генерал, – фамилию главного героя ты успел позабыть. Стало быть, не особо впечатлила тебя книга. Впрочем, неважно. Так вот, доход его идет от поместья. Исчезнет он – а в те времена подобное могло случиться запросто – и что дальше? И в этой ситуации такая жена, как Ассоль, ему абсолютно не годится.
– Печально, – хмыкнул Сурок, ничуть, впрочем, услышанным не убежденный.
– Тем не менее от этого брака Грэй кое-что все же поимеет. И это, как ни странно, его тесть.
– В смысле?
– В прямом. Достаточно много повидавший на своем веку моряк. Боцманом кто попало не становится, это в те времена статус, и немалый. Осев на берегу, освоил другую профессию. Тянул семью в одиночку – а без жены это не так и просто. Вдобавок смог внушить окружающим уважение. Обрати внимание: местные его не любили – но не тронули, хотя в медвежьем углу топором обидчика приласкать могут запросто. Словом, настоящий мужчина.
– И что?
– Слушай дальше. У Грэя – корабль, на котором ему не перечат. А что? Жалованье платит, команду не мордует, служба не особо напряжная. Убыток? А он для них неважен, свои деньги они в любом случае получат. В такой ситуации человек, знающий морское дело и вдобавок способный выступать на одном уровне с хозяином – а он тесть, родственник, от такого запросто не отмахнешься – может поставить работу так, чтобы она приносила доход. Превратить игрушку в нечто полезное. В этом плане как раз он – приобретение более чем полезное. Я это все к чему? Постарайся, чтобы в отношениях с твоей девчонкой самым ценным не оказалась ее родня. Жить-то тебе с ней, а не с ее папой.
Парень задумался. Кузнецов хлопнул его по плечу:
– Не переживай, надеюсь, у вас все нормально сложится. Главное, помни старую истину: помоги женщине, когда у нее проблемы, и она наверняка вспомнит о тебе, когда у нее снова будут проблемы. Если почувствуешь, что к этому идет – беги от нее и не оглядывайся. Дешевле обойдется.
Вот так. Переключить внимание, перевести мысли на что-то стороннее. Иначе зациклится, погрузится в сомнения и потеряет эффективность как боевая единица. А этого допустить нельзя, и потому надо поддержать ценного кадра. Командир обязан быть психологом.