Принадлежащая (ЛП)

— Перестань сопротивляться, — шипит он. — Я помогаю тебе.
Он отпускает меня, и я потираю больное место на руке. — Помогаешь мне? — Недоверчиво спрашиваю я. — Что ты можешь сделать, чтобы помочь мне?
Его глаза сужаются. — Это, — говорит он, стоя надо мной и держа шприц. — Это подавляющее военного класса. Это отсрочит твою течку и сделает ее гораздо менее сильной.
Мои щеки пылают, когда я представляю, как у меня наступит Течка перед этим мужчиной.
Я смотрю на него в ужасе, по моим щекам текут слезы. Он делает шаг вперед и опускается на колени, его лицо оказывается на одном уровне с моим.
Он настолько привлекателен, что это причиняет боль. Вблизи его губы полные и плюшевые, глаза яркие, как небо.
Он выглядит как падший ангел.
— Позволь мне кое-что прояснить для тебя, — мягко говорит он. — Теперь ты моя. Ты ешь, когда я говорю, ты спишь, когда я говорю, ты, блядь, дышишь, когда я говорю. Ты понимаешь?
Я хочу убежать от этого кошмара. Но я киваю, заставляя себя сохранять спокойствие.
— Зачем вам это делать? — Шепчу я. — У меня есть пара. Там меня кое-кто ждет…
Я пытаюсь воззвать к той человечности, которая у него еще осталась, но это бесполезно.
— Эта жизнь закончена. — Он встает и отходит. — У тебя нет чипа. Никто тебя не найдет.
Я прикусываю губу, чтобы не закричать.
Он отнял у меня свободу. У меня был шанс на будущее, далекое от страха и жестокого обращения. В ту минуту, когда меня чипировали и подобрали мою пару, меня бы ждала новая жизнь.
Я могла бы начать все сначала, с кем-то, кому суждено полюбить меня.
Вместо этого этот ублюдок потащил меня в Ад.
— Вставай, — рявкает он, и я подчиняюсь, оцепенев от горя. — Я покажу тебе твою комнату.
Я заставляю свои ноги двигаться.
ГЛАВА 4
СТЕФАН
Я оставил ее себе. Я должен был.
Видя ущерб, который она причинила Карру и Алеку, я знал, что она не протянет и дня в их присутствии нетронутой.
Она боец, а Спасители не любят бойцов.
Они скорее усыпят ее, чем будут мириться с ее выходками.
Из-за моих правил они знают, что лучше не причинять вреда Омегам.
Но если это то, что случилось с ней во время поездки на машине…
Я чувствую запах ее страха, но превыше всего — ее пламенный гнев, ярость от того, что я сделал.
Она не понимает, что альтернатива была бы намного хуже.
— Ты должна знать, — небрежно говорю я, когда она следует за мной, ее сладкий аромат витает в коридоре, — тебе было бы намного хуже, если бы я не вмешался. Ты слишком темпераментна для них, учитывая следы укусов, которые ты оставила на моих сотрудниках. Ты бы плохо справилась с их заботой.
Она фыркает у меня за спиной, и я борюсь с ухмылкой.
— Твои сотрудники? Ты кто, босс мафии?
Мы почти дошли до конца зала, и я заливисто смеюсь. Впервые за несколько месяцев я улыбнулся, пусть и ненадолго. — Конечно. Если это то, во что ты хочешь верить, Омега.
Я поворачиваюсь к ней лицом, когда мы подходим к двери. Ее темные волосы спутаны, светло-карие глаза сияют.
Она красива, и это приводит в бешенство.
— У меня есть имя, — шепчет она.
Миа.
— Ты Омега, — просто говорю я. — И ты будешь откликаться на любое мое обращение.
Слова жестоки даже для меня, но это неспроста.
Цель, которую она не поймет.
Она смотрит на меня с недоверием, но я игнорирую ее, открывая дверь. Я не планировал никого приглашать сюда, но свободная спальня меблирована, и пока сойдет.
— Внутри есть ванная, где ты можешь помыться, а под раковиной — аптечка первой помощи.
Она стоит в дверях, оглядываясь на меня, потом на кровать, дрожа.
По крайней мере, я могу заверить ее в этой части.
— Я не собираюсь навязываться тебе, если это то, о чем ты беспокоишься. — Огрызаюсь я. Она бледнеет от моих слов, но не выглядит такой напряженной, как раньше. — Ты сама переживешь свою Течку.
Она качает головой. — Зачем ты это делаешь? — Она шепчет. — У тебя нет своей пары? Разве это не ранит тебя так же сильно, как меня?
 
Я старательно сохраняю непроницаемое выражение лица, игнорируя острую боль в груди.
Она не ошибается. Находиться рядом с Омегой во время Течки крайне некомфортно, но подавляющие средства сделают это терпимым.
— Помойся. Утром я принесу тебе еще подавляющих средств.
Она по-прежнему не двигается.
— Мне нужно заставлять тебя? — Я огрызаюсь.
— Ты Коллекционер, — выдыхает она вместо этого.
Я ошарашенно смотрю на нее. — Что?
— Верно? Вот что это такое. — Она дико жестикулирует вокруг. — Ты забрал меня. И Коллекционеры…
Она не могла ошибаться сильнее.
— Я не гребаный Коллекционер, — рычу я, и она подпрыгивает, ее глаза расширяются. — Я Спаситель, Миа. Теперь иди мойся.
Она вбегает в комнату, и я захлопываю дверь, запирая ее внутри.
Я стараюсь не думать о том, как я назвал ее Миа, пока несусь по коридору, готовясь к Омега-защите своего дома.
ГЛАВА 5
МИА
Я падаю на кровать, когда шок проходит.
Я глубоко дышу, выдыхая как можно медленнее, делая все возможное, чтобы оставаться в настоящем и оценивать ситуацию.
Мое тело находится в режиме борьбы или бегства, но я стараюсь максимально расслабить мышцы.
Спланировать побег нелегко, когда ты в панике.
И кто, черт возьми, такой Спаситель?
Я едва знаю, кто такие Коллекционеры. О них ходят только слухи.
Предполагается, что они охотники за головами, линчеватели, которые работают вне закона, чтобы иметь дело с Омегами.
Спасители хуже?
Я сосредотачиваюсь на своем дыхании и пытаюсь составить план.
Он запер дверь, как я и подозревала. Единственное окно в комнате слишком маленькое, чтобы протиснуться.
И боль в моей утробе усиливается с каждой минутой.
По моему лицу стекают капли пота, смешиваясь со слезами и засохшей кровью.
Я грязная. Моя одежда испорчена, заляпана кровью, потом и скользкая.
Я ковыляю в ванную, радуясь, что на двери есть замок. Я мельком вижу себя в зеркале и ахаю при виде человека, который смотрит на меня в ответ.
Мои темные волосы спутались в кудрявый беспорядок, а кожа покрыта красными и синими пятнами от ударов.
— Черт, — бормочу я. Это не первый раз, когда меня бьют, но, клянусь, это будет последний.
Если этот монстр, Нокс, или как там его зовут, поднимет на меня руку…
Я буду сражаться до смерти.
* * *
Несмотря на мрачность ситуации, в душе я чувствую себя невероятно. Тепло очищает мое тело и освежает разум, а также снимает спазмы.
У меня Течка — насущная проблема, которая, несмотря на подавляющие средства, быстро нарастает.
Говорят, что первая Течка самая сильная.
И каким-то образом мне приходится терпеть это, находясь в этом месте.
Конечно, комната, которую он мне предоставил, хорошо обставлена, с такой большой и мягкой кроватью, какой у меня никогда в жизни не было, но наслаждаться этим невозможно.
Это тюрьма, хотя и комфортабельная.
Я снова надеваю свою испорченную одежду, затем ищу аптечку первой помощи, о которой он упоминал.
Почему его вообще должно волновать, что я была ранена?
К счастью, я нахожу набор. Я промываю рану на щеке перекисью, протирая ее ватным тампоном.
После этого ничего не остается, как ждать.
Я снова легла на кровать, накрывшись одеялом.
Ощущения от них невероятные. Они мягче всего, что было у меня в квартире моей матери, богатое количество нитей успокаивает мою кожу.
Это почти… слишком удобно.
Меня поражает ужасное осознание.