Аккорды сердца (СИ)

Через полчаса, когда я почти расслабляюсь под мурлыканье кота, в дверь звонят, и на пороге я обнаруживаю Леонида, протягивающего мои вещи.
─ Михаэль Робертович просил передать, ─ отчитывается он, а я только и могу, что кивнуть.
Нет, я не буду думать о сталкере.
Это решение даётся непросто, особенно когда дурацкая лохмато-зубастая игрушка постоянно попадается мне на глаза, а мысли то и дело возвращаются к образу этого мракобеса.
Отвлечься никак не получается, зато в кои-то веки нервное напряжение позволяет мне уснуть, и я даже не слышу, как ночью возвращается мама.
А вот утро начинается с интересного.
Телефон, видимо, разрядился, оттого я и не проснулась, когда пришло сообщение от Таи, но едва я нахожу его за завтраком, сон как рукой снимает от странного предчувствия.
«Что ты с ним сотворила?»
Следом идёт ряд подозрительных видео, где в главной роли, конечно же, Эль. Он поёт Джонни Кэша, сам играя на гитаре, одолженной у одного и наших музыкантов, и те ему охотно подыгрывают.
─ I hurt myself today to see if I still feel… ─ звучит так проникновенно, что мои мурашки обзаводятся потомством.
Смотрю, как его пальцы перебирают струны, а у самой отчего-то внутри разливается неясное, тянущее чувство тоски. Моя она или его, не знаю, только смотреть на такого сталкера как-то совсем невесело.
Но это ненадолго.
Другое видео полностью отличается от предыдущего настроением, потому как на нём его герой уже лихо отплясывает на барной стойке с нашими байкерами под Металлику при поддержке других подвыпивших посетителей. «Whiskey in the jar» отлично подходит этому дикарю, уже где-то потерявшему рубашку. Будто он был рождён на пиратском корабле…
Однако песня заканчивается, и Эль призывает всех к тишине.
─ Господа, ─ звучит очень многозначительно, ─ этот абсурд меня доконал!
Он спрыгивает на пол, очень сильно шатаясь, шагает к окну и выходит в него — хорошо, что там всего лишь первый этаж и снег, но вашу же мать…
Что это вообще такое было?!
─ Господь милосердный, ─ заглядывает через плечо мама. ─ Я знала, что ты у меня роковая женщина, но что б настолько довести человека.
─ Мам…
Подмигивает собираясь на работу, и я делаю то же.
Что странно, когда за мной заезжает Тайка, она совсем ни о чём не спрашивает, да и в баре все хранят подозрительное молчание, словно ничего здесь и не произошло. Это заставляет задуматься о причинах, но никто не колется, поэтому приходится смириться.
В общем и целом, больше никаких странностей не наблюдается, кроме того, что сталкер перестаёт мозолить глаза. Вообще. Несколько дней от него никаких сообщений, и рядом он не появляется, из-за чего я сама себя не узнаю. Одолевает беспокойство.
Не знаю, что с ним происходит, но на третьи сутки меня начинает неистово волновать его молчание, и, немного поборовшись с собственным упрямством, я звоню Виктору, с которым мы успели обменятся номерами.
─ Знаешь, я хотел первым тебе звонить, ─ бьёт по нервам вместо приветствия, и это всё не к добру.
─ Что случилось?
─ Тебе лучше самой это увидеть, потому что на меня он совсем не реагирует.
Интересно, с чего он взял, что я помогу?
─ Скинь адрес, ─ прошу с тревогой на сердце и несусь прочь из дома — благо, Леонид уже ждёт, словно прекрасно всё знает, только я так взвинчена, что даже не могу его ни о чём спросить.
Спустя несколько потерянных нервных клеток и пары любопытных песен из девяностых, приезжаем в самый центр, где выросло несколько высоток с элитным жильём, а меня уже ждут.
─ Наконец-то, ─ нервничает мужчина в шубе, мигом хватая меня под локоток и ведя ко входу.
Из его сумки выглядывает Веня, и мне его тут же передают вместе с ключами.
─ Скидываешь на меня ребёнка? ─ ещё пытаюсь шутить, но попытка провальная.
─ Он выгулян, сыт и доволен, ─ сообщает. ─ Насчёт его хозяина — не спрашивай. Просто иди и приведи его в чувства, ибо я не справлюсь.
Не успеваю толком опомниться, как меня вталкивают внутрь. Консьерж, как выясняется, уже предупреждён на мой счёт, и мне остаётся только подняться на нужный этаж, гадая, насколько же всё плохо.
 
Неведение убивает, но не так сильно, как запах жутчайшего перегара, встретивший, как только я подошла к двери. Открывать уже пропадает всякое желание, правда, тревога не даёт развернуться обратно, и вскоре я вхожу в обитель зла.
В квартире стоит такой алкогольный смрад, что мы с Веней должны были умереть ещё на подступах, только поворачивать поздно. Бутылки, стоящие почти ровной батареей у стены, наталкивают на новые размышления, однако тишина по-прежнему вызывает нехорошие чувства.
─ Эй, есть кто живой?
─ М-м-м… ─ доносится откуда-то из недр этого пентхауса.
Эль возлежит на диване посреди гостиной, в одних домашних штанах. Одна нога упирается в пол — видно, для равновесия. Мышцы слегка волосатого пресса привлекают внимание против воли, но так я хотя бы вижу, что он ещё дышит, и подхожу ближе.
─ Вот нахрена, скажи мне, ты ушёл в запой? Думаешь пить — идеальное решение всех проблем?
─ Я не пил, это порча, ─ хрипло отзывается гад. ─ Меня сглазили
В этот момент в глубинах необъятных апартаментов раздаётся глухой стук, будто что-то упало, и меня начинают терзать смутные догадки.
─ А там ещё кто?
Клянусь, если там девка, я его просто добью.
─ Валера, ─ неопределённо машет рукой в сторону шума, так и не открыв глаз.
─ Прекрасно.
Кладу пса на пол и иду в сторону кажется, ванной, обнаруживая источник.
Валера тем временем не стесняется. Он стирает. Еноты вообще это дело любят, вот и новый жилец пентхауса и конкретно этой необъятной ванной старательно замачивает всё, что попадётся в лапы, в тазик. Бутылки с шампунем, мыло, жёлтую резиновую уточку…
Но я подозреваю, что он просто смывает следы какого-то преступления, а оно точно имеет место быть, судя по тому, как моя пятая точка просто чует неприятности.
─ Продолжай, ─ любезно разрешаю зверьку делать своё дело, надёжнее запираю дверь и возвращаюсь к страждущему, пытаясь сохранять спокойствие, хотя я точно уже на пределе.
Хочется задать много вопросов по поводу происходящего, но тут сталкер видно ложится на пульт, и телевизор врубается на новостном канале, где в правом углу я вижу очень интересные кадры похищения. Не верю, но менее правдивыми они не становятся.
─ … Этот мужчина в костюме Деда Мороза проник в торговый центр и, дождавшись закрытия, украл енота. Почему именно енота, и кто он, полиция так и не смогла выяснить, но для кого-то Новый год теперь точно станет символом свободы. ─ Даже ведущая едва сдерживает смех, но я не знаю, как реагировать на замаскированного и явно подвыпившего деда, который спокойно ворует живность, отсалютовав камере.
─ Как это вообще случилось?
─ Ты хотела енота.
─ И ты его сп…ёр?
Пожимает плечами, будто это вообще пустяк.
─ Он просил освободить его. Даже у политических преступников условия лучше, чем у этих животных…
─ Что ты такое, а? ─ стону, едва сдерживаясь, чтобы не прибить его, но тут лохматый чёрт открывает глаза и долго смотрит на меня из своего положения.
─ Зачем ты здесь, птичка? Неужели мистер десять лямов тебя не впечатлил? ─ ему жутко плохо, и это видно невооружённым глазом. ─ Пришла нас сравнить?
Нет, я его точно убью…
─ О тебе друг беспокоится, ты, идиотина! ─ ударяю его кулаком в плечо, а у самой слёзы накатывают. ─ Если себя не жаль, так пожалей тех, кто о тебе переживает!
Сразу вспоминаю, как едва вытащили одного придурка, которого мы едва не потеряли из-за его глупой уверенности, что алкоголь решит все проблемы. И это воспоминание добивает окончательно, прорывая ту плотину, которая надёжно сдерживала все мои эмоции за барьером.
Теряю бдительность, и меня опрокидывают на диван, а потом так стремительно подминают под себя, что я только диву даюсь, откуда вдруг эта перемена.