Ловушка для сентиментальной старушки
— Нам же надо либо подтвердить, либо отбросить взаимосвязь между двумя смертями? Поэтому будем проверять. Следы ног: сравнить с обувью покойника и девушки; установить по возможности, кто куда ходил и в какой последовательности.
— Отчет уже почти готов, Павел Петрович, еще раз все проверю и представлю Вам, — отчитался инспектор Никита Кораблев, массивный брюнет, прямо символ надежности и уверенности в своих силах.
— Отлично! По красавинскому покойнику: просьба к паталогоанатому — вытащить всю возможную информацию, возраст, образ жизни, возможная деятельность, болезни, принимаемые лекарства и обязательно ДНК.
— А это-то зачем? — опять не утерпел Сережа.
— Информации много не бывает, — улыбнулся ПэПэ.
— Похоже, Вы сомневаетесь в том, что покойный — Виталий Сергеевич Пономаренко? — Спросил Кораблев.
— Да, Никита. Очень!
— Несмотря на то, что в его кармане обнаружено удостоверение и что его опознала Анастасия Молохова?
— Именно поэтому! Зачем так старательно препятствовать идентификации трупа, уничтожая подушечки пальцев, и не проверить его карманы? Дальше. Такой же тщательный анализ провести с вещами покойного, постараться вытянуть максимум информации. Особенно попытаться найти хотя бы фрагментарные отпечатки пальцев. Всегда есть предметы, к которым почти наверняка прикасается только их хозяин — пряжка ремня, пуговицы, обувь, нижнее белье. Проверить, нет ли среди найденных у него вещей ключей от квартиры Красавиных.
— Так мы же нашли их под тумбочкой!
— А Вы, Сергей, можете гарантировать, что с них не сделали копию? Следующий блок — сам Виталий Пономаренко. Поскольку он у нас пока подозревается в смерти, надо взять ключи у покойного и поехать по указанному в удостоверении адресу. Впрочем, нет, сначала стоит проверить подлинность удостоверении, не поступало ли от Пономаренко заявлений об его утрате и потом уже ехать. Основных задачи три — поискать свидетельства того, когда Пономаренко последний раз был дома: еда, мусорный бачок, в общем, все возможное. Проверить, нет ли признаков отъезда. Найти что-нибудь, из чего можно извлечь ДНК, и снять отпечатки пальцев со всего, чего касается по преимуществу только хозяин квартиры — это уж вы сами знаете. Опросить соседей, когда они последний раз видели Виталия Сергеевича или слышали какие-то звуки из его квартиры. Показать им фотографию девушки и узнать, не видели ли они ее. Кстати, взять из личного дела и фотографию Пономаренко. Теперь о девушке. Тот же перечень задач, что и для красавинского покойника. Показать ее фотографию сотрудникам школы и Красавиным, а последним еще и предъявить для опознания шапку. И последнее — Красавины. Они сегодня ночуют на даче — слишком устали и нанервничались, чтоб привести в порядок дом к ночи. Они дали согласие на то, чтобы мы в их отсутствие продолжали осмотр места происшествия. Воспользуемся этим и поищем что-нибудь, из чего можно понять, что искали. Участковый должен уже заканчивать опрос соседей, так что скоро мы выясним, не заметил ли кто-нибудь что-то или кого-то подозрительного.
— Прошу прощения, Павел Петрович, но мне кажется, что оглашенный список задач слишком велик для имеющихся в нашей группе… четырех человек, считая Вас. Надо бы попросить у начальства подкрепление… — Никита Кораблев хотел было сказать «трех человек», потому что ПэПэ ни одну из перечисленных задач решать не умел, но постеснялся.
— Вы совершенно правы, я этим сейчас же займусь. Как вы считаете, кого мне лучше попросить?
— Костика Симонова, однозначно! Глазастый, сообразительный, бабульки ему всю подноготную выкладывают, а с базами данных у него просто интимные отношения!
— СТРАННОСТИ
Начальник подразделения прочитал отчеты о двух происшествиях и список задач и с любопытством посмотрел на Корнецкого.
— Слушай, Павел Петрович, а ты не перемудрил? Может, просто пара поганцев выкрала у девчонки ключи, подстерегла момент, когда все семейство отъехало на дачу, вломилась в квартиру, потом добры молодцы что-то не поделили или во мнении не сошлись, и один другого прихлопнул. А история с девушкой из спортзала вообще отдельно. Как тебе такая версия?
— Не катит, Алексей Иванович, — в тон начальнику ответил ПэПэ. — во-первых, это вряд ли поганцы — и покойник, и Пономаренко — люди в возрасте. Во-вторых, уж больно долго они подстерегали — два месяца со дня пропажи ключей. Красавины-то на дачу практически каждую неделю ездят. В-третьих, я не следопыт, но по квартире явно гуляли трое — двое мужчин и одна женщина. В-четвертых, очень меня занимает история с удостоверением в кармане и сожженными пальцами — ну никак она в схему не ложится! Есть и еще загадка: покойник остался практически без лица — как же его так уверенно опознала Анастасия Молохова, которая, по ее словам, физрука видела десяток раз, да и то мельком? И с шапкой Веры, единственной в своем роде, вопрос есть — как она попала к девушке из спортзала? К тому же участковый опросил соседей — одна любопытная тетушка из квартиры наискосок видела, как в полдень в воскресенье Вера вошла в свою квартиру, отперев дверь ключом. И по достоверной информации того же участкового, никто из семьи Красавиных в воскресенье не покидал дачу. В квартире Красавиных что-то искали. Вряд ли деньги — по утверждению хозяек, их в доме вообще не было. Да и живут они скромно, не могли привлечь внимание обычных грабителей. Компьютер, диски, дискеты, флэшки, блокноты Анастасии не тронуты — значит, искали не ее материалы. А интересовали грабителей документы — книги пролистаны, папки, альбомы, ящики с бумагами перевернуты. Хозяйки не помнят никаких ценных предметов в доме. Исчезло ли что-нибудь, сказать пока невозможно, сначала нужно навести хоть какой-то порядок.
— Ну, что ж, может, ты и прав…
Тут зазвонил телефон — это медэксперт искал Корнецкого.
— Алло!.. Вот как?!.. Это точно?.. Да уж, всем сюрпризам сюрприз… Спасибо огромное, я потом к Вам загляну. — ПэПэ отсоединился и изумленно уставился на начальство: — Покойник совершенно точно не Пономаренко, он лет на 8—10 старше, а самое главное — он отнюдь не убит, а умер своей смертью от инфаркта!
— И голову ему разбили и пальцы сожгли уже после смерти?! Крутой поворот! Ладно, бери Костика, но ненадолго, максимум на 10 дней…
— ДАЧА
Дача Красавиных была, по сути, обыкновенным садовым участком с небольшим домиком с чердаком, который все гордо называли вторым этажом. Участок был разбит на грядки, вдоль забора теснились кусты смородины и малины, кое-где торчали старые яблони и сливы, а вдоль дорожки от калитки к дому расцветали крокусы и гиацинты.
Красавиных (хотя и не все они носили эту фамилию, но все звали их по родоначальнице) волновали похожие вопросы. Вера поднялась на второй этаж делать уроки, а мама и бабушка занялись ужином. Прабабушку тоже ввели в курс дела.
— Не могу понять, как ты сумела узнать этого физрука — у него же от лица ничего не осталось! И ты, вроде бы, с ним не была близко знакома… — Ольга Александровна, крепкая и бодрая женщина, которой никак нельзя было дать больше 70 лет, с короткой стрижкой седых волос, совсем не походила на любительницу огородов, да, собственно, и не была ею. Она взглянула на Настю, оторвавшись на секунду от жарки лука.
— По спортивному костюму, он у Виталия Сергеевича заметный такой, — Настя помолчала, продолжая чистить картошку. — А мне вот очень интересно, что у нас искали… Мое, вроде бы, все на месте, мамино — тоже, а у тебя ничего не пропало? — спросила она у бабушки.
— Пока не знаю, у меня коробочек-баночек и вообще всякой мелочи у меня много, так сразу не сообразить…
— А кому могли понадобиться твои баночки-коробочки?.. Что ты в них хранишь такое ценное?..
Ольга Александровна пожала плечами.
— Если «ценное» от слова «цена», то ничего, а если как синоним слова «важное», то это, знаешь ли, дело сугубо субъективное… Для Веры «ценное» — автограф какого-то певца, для тебя, наверное, — последний репортаж Петра…