Барин (СИ)

По дороге, пока бричка тряслась на грунтовой дороге вдоль раздольных полей, я предавался размышлениям. Если подумать, русский помещик и есть полноправный властитель российских земель. Он правит, холит и карает, будто скандинавский ярл. Это настоящая глыба, рожденная из самых недр земли русской и взращенная вековым самодержавием. И радость крепостному мужику, когда помещик разумный и с понятием, справедливый и добросердечный, но когда барин самодур — то горе и поместью, и всякому крепостному от мала до велика…
Гаринское село Песчанка раскинулось вдоль реки всего одной улицей. Каменный особняк помещика стоял на возвышенности, окруженный вековыми дубами-колдунами. Дом добротный, с железной крышей и большим балконом. Я заметил, что подъехать к воротам усадьбы можно только по насыпной плотине. Но дорогу к преграждал шлагбаум из бревна, рядом скучал рыжебородый мужик в картузе с длинной рогатиной. Шлагбаум невозможно никак объехать, внизу канавы с водой, еще не сошедшей после весеннего половодья.
Герасим остановил бричку у шлагбаума. Мужик в картузе подошел и виновато сказал:
— Извиняйте, барин. Наш помещик приказал сегодня никого не пускать, особенно вас.
— Тогда передай Гарину: если кого увижу возле ерика — казню.
— Хорошо, так и передам.
— Тебя как зовут, рыжий?
— Тимофей Плотников.
— Вот что, Тимофей, ваш барин водкой мужиков угощал?
— Третьего дня выкатил бочонок, попотчевал, слава Богу, мы даже и не знаем, что за праздник…
— Праздник этот я устроил, выиграл денег у вашего помещика и наказал угостить мужиков.
— За это спасибочки превеликое. Молва о вас идет, барин, что вы человек светлый и незлобный…
— Да, прямо ангел без крылышек…– рассмеялся я.
Оказывается, можно стать популярным и без всяких социальных сетей.
Тимофей вздохнул:
— Сказать по совести — наш помещик злой как абрек, и барчонок его такой же. Но и ослушаться барина мы не можем. Половина мужиков с радостью к вам бы пошли, если бы перекупили, но Гарин открепную точно не даст…
— Тимофей, я не хочу с вами войны. Ваш Гарин — своевольный придурок. Знаю, что его родственник при высоком полицейском чине, но это совершенно ничего не решает. На каждую хитрую задницу всегда найдется болт с винтом…
Мужик крепко задумался над последней фразой.
— Ладно, проезжайте, барин. Если что — скажу вы опять пистолетом угрожали, как у ерика.
Мужик пропустил бричку и мы подъехали к воротам. Я заглянул во двор. Гарин вальяжно сидел в мягком кресле, рядом с небольшим прудом, в котором плавали два белоснежных лебедя. На круглом столике недопитая бутылка вина и пустой стакан.
Из дома выскочил неуклюжий лохматый детина в штанах, на ходу набрасывая рубаху. Он сжал кулаки и направился к железной калитке с толстыми прутьями. Физически парень был развит, но красотой совершенно обделен. Плосковатое лицо с широким носом, узкие глазки-щелочки и большой жабий рот, однако сходство между детиной и помещиком все же имелось.
Гарин уже заметил меня и окликнул:
— Гриша, пусть войдет!
Детина открыл калитку и пустил меня во двор, презрительно окинув взглядом. Когда я вошел, он тут же закрыл калитку на запор. Я внимательно осмотрелся — собак вроде нет. От помещика Гарина сейчас можно ожидать любой подлости.
За особняком тянулся большой фруктовый сад. Пожилая женщина старательно красила стволы деревьев. Детина грозно посмотрел на меня и вернулся в особняк. Я неторопливо подошел к помещику.
— Завтра к становому приставу поеду,– глухо сказал Гарин.– По какому праву вы, Никитин, самоуправствуете? Земли, на которых течет ерик — мои. А значит что хочу, то там и делаю.
— Гарин, да у вас просто дерьмо внутри кипит. Хотите чтобы мое займище не заливало, луга высохли, меньше было травы… это же не по совести…
— Не по совести… Да если пожелаю — я вас в грязь втопчу. Вы даже не представляете, кто за мной стоит…
— Хотите войны, Владимир Иванович? Вам что, скучно живется?
Помещик налил вино в стакан и залпом выпил.
— Я же на ней жениться хотел… обхаживал как девочку. А вы только приехали — и сразу схватили, как басурманин…
 
Я сразу догадался, почему Гарин на меня в обиде.
— Так вы про генеральшу Попову?
— Да, про Наталью Петровну. Только появились — и уже схватили в зубы, будто хищник…
— Оставьте, Владимир Иванович, не было между нами ничего, просто танцевали на балу…
— Вы в Петровскую Слободку после бала поехали. Знаю я, для чего там гостиница… — Гарин побагровел.– Лучше не связывайтесь со мной, Никитин… я страшен в гневе!
— Говорю начистоту — ничего не было. И я совершенно не имею видов на генеральшу Попову… Может, хватит ссориться? Соседи должны жить в мире. Я отказал вам в продаже земли, это мое право… ну потанцевал на балу с вашей избранницей, я же просто ничего не знал. Что же вы теперь желчью изошли? Гнев и злость вредят печени, так же как и алкоголь. А вы ведь наверняка хотите прожить долгую и счастливую жизнь…
— Я не совсем понимаю. Вы что, Никитин, мне сейчас угрожаете?
— Наоборот хочу помириться.
— Помириться-то можно…– задумался Гарин.– Видели моего сына Гришку? Двадцать лет остолопу. Пора ему тоже девку найти…
— А я тут при чем?
— Очень уж приглянулась Гришке ваша дворовая Аглая. Видел он ее в Березках. Хоть и простолюдинка, а в башку втемяшилось и все тут… Ох и красивая девка, я это тоже приметил.
— Да вы что… дворянин и крепостная?
Помещик рассмеялся:
— Да что вы несете! Конечно до женитьбы не дойдет, сам не позволю. Есть у меня на примете дочь знакомого статского советника, которая выйдет за Гришаньку. А с девкой пусть пока позабавится… Продайте ее, господин Никитин. Вот честное слово — четыре сотни дам, не пожалею для сына. И тогда точно мировая. Тем более, если вы и вправду не имеете притязаний на Наталью Петровну…
— Аглая жениха ждет. Осенью вернется — хотят свадьбу сыграть.
— Не смешите, Никитин. Какое нам дело, о чем чернь думает? Да и пускай женятся, а до свадьбы Гришка ею малость попользуется, за девкой не убудет, может еще научится как мужа ублажать…
Я представил красивую изящную Аглаю в постели с уродом Гришей и содрогнулся, но больше всего меня взбесили умозаключения помещика Гарина. «Попользуется как игрушкой…»
— Во-первых, Аглаю я вам не продам. Во-вторых, полезете к ерику или придумаете еще какую подлость — накажу жестко. Я совсем не шучу.
— Значит, не хотите сыночка моего порадовать?
— Пусть его Дуня Кулакова радует…
— Это еще кто?
Я свернул кулак дудочкой и поводил, сделав характерный жест. Гарин сразу побагровел.
— Ах ты мерзавец!
— Прощайте, Гарин.
Я направился к калитке и тут неожиданно помещик выкрикнул:
— Прошка! Лексей!
Из веранды дома вышли два крепких широкоплечих молодца лет двадцати пяти. Оба недобро ухмылялись и разминали большие кулаки. Первый повыше, с удивительно белыми, как снег, волосами. Второй рыжий, низкий и кряжистый, будто толстое неотесанное бревно.
— А ну, ребятишки, намните бока этому выскочке!– крикнул Гарин.
Я выставил ладони вперед:
— Ребята, одумайтесь, я же дворянин!
Но парни уже подходили ближе. Рыжий злобно ухмыльнулся. На крыльцо вышел Гриша, усмехнулся и потер ладони, предвкушая необычное зрелище.
Герасим на бричке охнул, подбежал к калитке и начал дергать за пруты, но калитка на запоре, к тому же довольно мощная.
Когда парни приблизились, я встал в боевую стойку. Левый кулак к груди, правый занес для удара. Ну, кто первый? Блондин от неожиданности застыл, но рыжий оказался бесстрашен, он набычился и сразу бросился в атаку. Я ушел левее и встретил его мощным ударом локтя по затылку, рыжий заревел как зверь и тут же развернулся. Похоже, он совершенно не чувствовал боли. Блондин мгновенно оказался рядом и выбросил кулак, успев вскользь достать мне по щеке. Я поставил блок и подсечкой сбил блондина с ног, в этот момент рыжий опрокинул меня на землю, сразу оказавшись сверху. Я пытался обхватить толстую шею противника, но он оказался силен как бык, к тому же профессионально зажал мне руки, сделав беспомощным.