О, мой бомж (СИ)

Дед никуда не ушел. Он стоял и, прищурившись, наблюдал за мной.
Вроде бы с ним почти и не разговаривали. С чего он так взъелся?
- Жуткий тип, - картинно вздрогнул Лютаев, как только мы вошли в лифт. – Тот самый человек для нагнетания саспенса в ужастике.
- Не говори, - согласился я. – Катин родственник, - я нарисовал в воздухе кавычки.
- Как это?
- Как я понял, он бывший бродяга.
Лютаев промолчал, но красноречиво посмотрел на меня.
Катька долго не открывала, но скреблась и сопела за дверью. Наверное, ее смутил Лютаев, маячивший за моей спиной.
Наконец она решилась открыть нам.
- Добрый вечер, - сдержанно поздоровалась она и с опаской поглядела на Лютаева. – Виктор, ты принес свидетельство? – она протянула руку.
- Принес, и не только его, - ответил я. – Катя, нам нужно поговорить. И не на лестничной клетке. Разговор долгий и серьезный.
Она побледнела и, сложив руки на груди, ответила:
- Полагаю, разговор касается Дани. Не думаю, что сейчас стоит вести какие-то дискуссии. Отдай мне свидетельство, а все вопросы будем решать через моего адвоката.
- В этом нет никакой необходимости, - с улыбкой сказал Лютаев, - все документы уже готовы. Вам нужно только с ними ознакомиться и решить, что делать дальше.
Катя пошатнулась и ухватилась за косяк двери, чтобы не упасть.
- Викасепаныч! – из глубины квартиры раздался радостный крик, а через мгновение из-за Катиной спины появилась голова сына. – Наконец-то ты пишел! Я так ждал тебя! – тут он увидел Лютаева и округлил глазенки: - Ой!
- Ладно, проходите, - Катя посторонилась, пропуская нас в квартиру.
Пока мы раздевались, мелкий ужом вился вокруг нас и пересказывал мне свои садиковские новости. Я кивал и задавал вопросы, терпеливо слушал сбивчивые ответы. Лютаев в наш мужской разговор не лез.
Вздохнув, Катя обреченно проводила нас в гостиную.
Лютаев сел на диван, положил на колени пухлую кожаную папку с документами, вжикнул замком, открывая ее. Первым лежало свидетельство в прозрачном файле. Он протянул его Кате.
Катя вцепилась в свидетельство так, будто Лютаев мог отобрать у нее документ, и стала внимательно вчитываться в текст.
- Я все проверил, ошибок нет.
- Почему ты соврал мне? – с горечью в голосе спросила Катя. – Чтобы провернуть свои грязные делишки?
Я собирался ей ответить, но Данька, настойчиво дергая меня за штанину, стал звать играть. Пришлось включить игру на телефоне и протянуть ему, бегло объясняя суть. Катя смотрела на это без энтузиазма, но ничего не сказала. Видимо, сама не придумала иного способа отвлечь ребенка.
После того как Данька уселся в кресло, увлеченно тыкая в экран смартфона, я все же ответил на ее вопрос.
- Мне действительно нужно было свидетельство, но я подозревал, что по доброй воле ты его мне не дашь.
- Естественно, - дикой кошкой зашипела Катя.
Даня оторвался от телефона и внимательно посмотрел на нее.
- Если ты собираешься разговаривать в таком тоне, лучше будет, если мы выйдем, хотя бы на кухню, - я мягко осадил ее. – Денис, я пока справлюсь. Подключишься позже.
Денис кивнул и передал мне папку.
- Ладно, - процедила сквозь зубы Катя.
На кухне я уселся за стол и положил папку перед собой, а Катя встала возле кухонных шкафчиков, вжимаясь в них спиной. Будто ей было неприятно находиться со мной в одной комнате, и она старалась всеми силами увеличить пространство между нами.
- Чай, кофе предлагать не буду, - сказала она, гневно сверкая глазами.
- Катя, мне пришлось действовать без твоего ведома, потому что я уверен – ты восприняла бы в штыки любое мое действие. Да, я соврал тебе. Но это было в интересах нашего ребенка. Я не хочу, чтобы мой сын ютился с тобой в одной комнате. Ребенок растет, и у него должно быть свое личное пространство. А здесь не те условия, в которых должен расти мой сын.
Катя судорожно выдохнула и прикрыла рот рукой.
Я достал из папки выписку из реестра недвижимости и дал ее Кате.
Она с недоумением уставилась на нее.
- Что это?
Явно она ожидала увидеть не это. И теперь на ее лице отображалось облегчение и недоумение.
 
- Выписка.
- Я умею читать. Но какое отношение она имеет к нам? Здесь речь о квартире.
- Именно. Переверни страницу. Это квартира Дани.
Катя ошарашенно уставилась на меня.
- Но зачем? – растерянно пробормотала она.
- Я хочу, чтобы мой сын рос в благоприятных условиях.
- Нам ничего от тебя не нужно, - она положила выписку на стол и ударила по ней ладонью.
- Вам или тебе? Тебе, может, и не нужно. Но так и квартира куплена не на твое имя. Разве ты не хочешь, чтобы у Дани было свое жилье? Качественное и современное. Или ради принципов ты готова сидеть в конуре? Что бы ты сейчас ни ответила, твой отказ и возмущения роли не играют. Сделка совершена. Вот договор купли-продажи, - я положил на стол все документы на квартиру и ключи. – Учти, квартира в предчистовой отделке. Взял так специально, чтобы вы могли сделать ремонт на свой вкус. Как только определитесь с дизайн-проектом, - я ткнул пальцем в объемный скоросшиватель, - моя бригада займется ремонтом. Можешь выбрать любой готовый вариант. Можешь созвониться с дизайнером и внести коррективы.
- Виктор, - она мотнула головой, - я понимаю, что тебе денег девать некуда. Но это перебор. Ты сейчас покупаешь нас? – она нахмурилась.
Вот и как реагировать на ее заявления? В каждом моем действии она видит что-то плохое. Мне стоило большого труда сдержаться, чтобы не ответить резко.
- Ну, раз от тебя адекватных мыслей не дождешься, придется говорить с собственником. Данька!
Даня прибежал не сразу, видимо, игра увлекла.
- А мы с дядей Денисом иглали в птичек, - сообщил он, залезая коленками на стул и тыча мне в лицо смартфон с включенной игрой.
- Супер! - отозвался я. – А теперь, Дань, мне нужна твоя помощь. Я вот тут собрался ремонт делать. Мама твоя мне ничего подсказывать не хочет. А я хочу сделать так, чтобы понравилось тебе. Представь, что это твоя квартира и ты можешь делать в ней все, что пожелаешь.
Я разложил перед ним фотографии, сделанные дизайнером в специальной программе.
- Это прихожая, - пояснил я.
- Боша-а-ая, - протянул Данька.
- Нравится?
- Неа. Она не ялкая. Надо стены желтым, как солнышко, а потолок голубым и облака на нем.
- Прекрасно, я считаю. Это гостиная.
- Тоже не ялкая, - забраковал Даня. – А можно на стену человека-паука?
- Все что угодно.
- Тогда вот здесь человек-паук, тут Молния Маккуин, - продолжил Даня, тыкая пальчиком. – Тут тли кота. Ты запоминаешь? – он строго посмотрел на меня.
Я кивнул.
- А в твоей комнате, что будет?
- Смешалики! На каждой стене. А на потолке планеты.
- А какие планеты?
- Все, что есть!
- Здорово.
- А в ванной пол прозрачный и чтоб лыбки золотые плавали.
- А про мамину комнату ты забыл?
- Ой! А маме лозовую комнату, полностью лозовую. Девочки любят лозовый. А на стене Балби или Нюшу. Мам, кто тебе боше нлавится?
Катя смотрела так, будто готова разорвать меня на месте.
- А мы и то, и то сделаем. У нас же четыре стены. И Барби, и Нюша поместятся. Ты с мамой потом обсуди. Может, и ей идеи в голову придут?
- А ты потом покажешь мне лемонт?
-Обязательно!
- А ты точно все запомнил? Может, запишешь? Я листочек плинесу!
- У меня память отличная. Кстати, Дань, там машинка во дворе стоит. Она там для того, чтобы тебя возить в садик и вообще куда захочешь. Там дядя Вова сидит. Это мой хороший знакомый. Я его попросил катать вас по городу. И он очень расстраивается, что вы не хотите ездить с ним.
- Манипулятор, - прошипела Катя.
- И я очень расстраиваюсь. Я ж для тебя как для друга стараюсь. У тебя же, наверное, ножки мерзнут.
- И щечки, и носик, - поддакивает Даня.
- Ну все тогда, договорились. Расскажешь потом, понравилось ли на машинке кататься. А сейчас беги, играй.