Украсть маршала (СИ)
Переведя дыхание, Колдун кивнул на Айрона:
- Его мать нарушила закон тоже ради Айриса. Будучи членом Сената, она пошла на преступление против Великой матери. Вы представляете, чего ей это стоило?
Белый маршал вдруг хмыкнул:
- И не только она…
- Что? - нахмурился Иен.
Маршал покачал головой, всем своим видом показывая, что не собирается пояснять свои действия.
- Пожалуйста! - взмолился Колдун, - Хотя бы скажите, где наш сын. Мы должны знать, все ли с ним в порядке. Мы уже почти два года живем в страхе за Айриса…
Маршал с минуту помолчал, а потом задумчиво произнес:
- Вы оставили семью в гостинице?
- Да, с нашими младшим детьми сидят родители.
- Хорошо, двое - это не так много. Выйдите в коридор, там вас ждут, - маршал указал на дверь, и по его лицу стало понятно, что им здесь больше не рады.
Айрон и Иен в волнении покинули кабинет Белого. На четвертом этаже их ждала пара человек - темноглазая девушка с длинной черной косой, одетая в бежевое летнее платье, и крепкий мужчина в болотной толстовке с капюшоном, закрывающем почти все его лицо, кроме рта и подбородка.
- Памела, - улыбнулась девушка.
- Джейк, - представился мужчина, и его будто бы неровные губы дернулись в кривой ухмылке.
Иен и Айрон пожали людям руки, и те отвели их на парковку.
- Мы доставим вас к сыну, - мягко проговорила девушка и усадила их на заднее сидение высокого черного внедорожника.
У Иена закружилась голова. Неужели после стольких бессонных ночей он увидит сына?
Джейк и Памела отвезли их к пятиэтажному унылому кирпичному дому с высоким забором.
Что это было за здание? Иен надеялся, что не тюрьма.
Подъезд тоже не поражал воображение. Пока они поднимались на третий этаж, двери квартир (это были квартиры?) приоткрывались, и жильцы с любопытством смотрели им вслед.
Да и само помещение, куда их привели, наводило тоску. Иен решил, что это не жилой дом, а гостиница. Тем более, в коридоре той квартиры, куда их доставили, толпились люди - женщина с короткими рыжими волосами и мускулистый мужчина с русыми.
Женщина посмотрела на Иена и Айрона так, словно они прятали под одеждой тонны оружия. Было видно, что она всем своим существом хочет выставить их вон.
Но Джейк с предупреждением произнес:
- Ксана, - и женщина с явной неохотой приоткрыла дверь одной из комнат.
У Иена замерло сердце. Посередине комнаты стояла кровать, а на ней восседал Айрис, обложившийся подушками и одеялами. Рядом с ним стоял стол, заваленный фруктами, конфетами, цветами и игрушками.
У Иена похолодели руки - его сын болел?
Но Айрис не дал ему додумать мысль - он приподнялся и потянул к ним руки.
Больше не рассуждая, Иен поспешно обнял его, чуть сдвигаясь, чтобы к сыну мог прикоснуться и Айрон. Но вскоре Колдун ошарашено отпрянул от Айриса, потому что у его сына…
У его сына, машинально откинувшего одеяло, был живот. И этот живот явно вырос не из-за жирной или обильной пищи. По мнению Иена, Айрис находился примерно на девятом месяце беременности.
Рядом судорожно задыхался Айрон.
- Кто это сделал? - выдавил из себя его муж, сжимая кулаки.
Иен закатил глаза. У них было трое детей, но бедный Айрон так до сих пор и не понял, что если Колдун не захочет, никаких детей не будет.
Айрис посмотрел на родителей с упрямством и опаской, а потом вдруг улыбнулся:
- Ну вообще-то муж мой… - его сын помахал правой рукой перед глазами шокированного отца.
Иен улыбнулся Айрису в ответ. Он помнил свою первую беременность, помнил, как сильно они ругались в то время с Айроном и помнил, какие мешки у него были под глазами, как посерела его кожа, а плечи опустились….
Айрис точно не страдал - он лучился довольством и счастьем. На его смуглых щеках красовался румянец, а глаза сияли, словно голубые теплые звезды.
Внезапно очи его сына вспыхнули еще ярче, освещая почти всю комнату. Взгляд Айриса переместился куда-то за спину Иену.
Колдун обернулся. В дверях, облокотившись о косяк, стоял мужчина в болотной толстовке - Джейк, который довез их до пятиэтажного дома. Только теперь он скинул капюшон.
Рядом снова начал задыхаться Айрон.
Иену потребовалось несколько секунд, чтобы узнать мужчину. Черный китель делал его лицо более суровым. Или это присутствие Айриса смягчало влиятельного маршала…
Иену всегда было плевать, кем будет избранник его сына. Хоть Президентом, хоть мусорщиком…
Его волновало другое.
- Ты любишь моего сына? - обратился он к Джейку.
- Люблю, - просто сказал маршал, внимательно посмотрев в глаза Иену, а потом улыбнулся Айрису, - Люблю больше, чем Бугарию.
И по светящемуся от счастья сыну, бросившемуся в объятия Джейка, Иен понял, что не существовало ответа правильнее.
Через месяц Иен и Айрон Атамане-Мэхон официально стали дедушками, а Джейкоб Анхель Лоуренс впервые взял на руки своего старшего сына.
Он не плакал, нет. Такие мужчины, как он, никогда не плачут. Просто ему все время что-то попадало в глаза…
Когда все, кого, как тебе казалось, ты знал,
Бросят тебя в бою, я с тобой буду.
Ты противостоишь тому, что в тёмном коридоре.
Я возьму с собой свой свет и с тобой пойду.
Останься со мной, нет, тебе не нужно убегать.
Останься со мной, моя кровь, тебе не нужно убегать.
Останься со мной, нет, тебе не нужно убегать.
Останься со мной, моя кровь, тебе не нужно убегать.
Twenty one pilots - My Blood