Каста Неприкасаемых (СИ)

Гор замолчал, а у меня еще остался вопрос: «Погоди, вот ты говоришь прорыв, а откуда он взялся то?»
Темный дэв третьего дана пятого уровня способен пробить коридор сквозь Сумрак в мир Света, но по негласной договоренности сам он в мир Света не выходит. Договорились еще с незапамятных времен, они не пересекают границу миров, а воины Света не проникают в мир Тьмы. Темная сторона строго придерживалась договора ровно до тех пор, пока не было потеряно заклинание Прим-Сияние Тьмы. С того дня баланс сил нарушился, и темные дэвы, пусть и крайне редко, но все же выходят в мир Света. И чем больше проходит времени, тем все меньше и меньше у них опасения получить в ответ такой же разрушительный рейд со стороны Прим-Сияние Тьмы. К счастью для вас, людей, темные дэвы слишком ленивы и терпеть не могут солнечный свет, поэтому чаще они выпускают порезвиться своих собратьев классом пониже.
Я еще прислушиваюсь к своему внутреннему голосу, но чувствую, это все, большего от демона на сегодня не добиться. Вздохнув, укладываюсь на соломе поудобней и закрываю глаза. Несмотря на все услышанное, на душе нет никаких панических настроений, а в голове крутится одна, на удивление спокойная мысль: «Ничего, поживем увидим, что там за дэвы!»
  
Глава 24
 
Все восемнадцать послушников, включая и меня, идут построенные в ровную колонну по два. Идем с завтрака на утренние практические занятия. Как я уже выяснил, по-другому здесь не ходят, и всякое самостоятельное передвижение за пределами казармы запрещено.
Раз, два! Раз, два! Считает Салах, пытаясь заставить колонну идти в ногу. Получается не очень, но в целом, ничего, шагаем ровно. Нас троих выпустили сегодня с утра, и получив в общей трапезной завтрак в виде куска ячменного хлеба и кружки воды, мы встали в общий строй. Салаху вернули командование, он тут старший отряда, и мы потопали на плац. Как глубокомысленно изрек Дамир, для получения устойчивого навыка не трусить перед нечистой силой.
– Стой, раз два! Налево! – Командует головной, и мы все дружно поворачиваемся. Я оказываюсь во втором ряду, и широченная спина Дамира закрывает мне весь обзор, а посмотреть есть на что. Плац совсем не похож на тот, что я видел в доме у Дидала Ашшура. Этот больше похож на крепость внутри крепости. Он со всех сторон окружен высокой стеной, причем одна из них – это стена мрачного здания с монументальными воротами, а остальные три усилены башнями не только по углам, но и посередине.
Поглазев поверх торчащих голов, я все-таки не выдерживаю и выглядываю из-за впередистоящей спины. Вижу замершего перед строем магистра Сар аль Бинаи. Как всегда, в широких полотняных штанах и длинной подпоясанной рубахе. Руки заложены за спину, ни дать ни взять, средней руки крестьянин осматривает своих батраков.
Голос демона в моей голове подтверждает мои сомнения.
Глядя на него, ни за что не поверишь, что перед нами второй человек в ордене, если не по рангу, то по влиянию, уж точно. Сам император советуется с ним по вопросам безопасности.
Магистр идет вдоль ряда, и я быстро возвращаюсь на свое место, а тот говорит негромко, но отчетливо, впечатывая каждое слово.
– Все, что вы могли получить за столь краткий курс, я постарался вам дать. Это немного, но надеюсь, поможет вам на нелегком пути борьбы с нечистью и всяким проявлением Тьмы. Сегодня ваш выпускной экзамен. – Глядя на нас, он усмехнулся одними уголками губ. – Тот, кто его не сдаст, тот в самом прямом смысле слова останется в этой школе навсегда. – Он повернулся и показал на небольшое кладбище у самой стены. – Вон там!
Строй затих, и в этой пронизывающей тишине слышны лишь шаги магистра и его голос.
– Я не жесток, и это не моя прихоть. Это суровая правда жизни. Там, в реальных условиях, тот кто испугается, промедлит, тот подставит своих товарищей и командиров. Из-за него может погибнуть вся группа, а задача не будет выполнена. Этого я допустить не могу, и пусть уж слабое звено порвется здесь и сегодня, чем в реальном деле погубит всю миссию.
 
Магистр замолкает, а трое послушников командуют.
– Разбиться по отделениям и приготовиться!
Все засуетились и бросились к отдельно стоящим деревянным навесам с развешенным там оружием и доспехами. Куда бежать мне, непонятно. Верчу головой, пытаясь сориентироваться. Навесов всего три, как я понимаю, по количеству отделений. У крайнего машет рукой тот парень, что первым встретил меня в казарме.
– Иди сюда, чего встал?! Ты в моем отделении.
«Хорошо было бы сообщить об этом как-нибудь заранее, – ворчу на ходу, а Тули, затягивая ремни панциря, вяло оправдывается.
– Ты как снег на голову. В последний день, можно сказать! Да еще сразу в карцер. В общем, на тебя снаряги нет, бери вот копье, а там посмотрим.
«Нет, нормально, – возмущаюсь про себя, – все в броне, а я так. Сначала пугают, потом не дают доспехов! С кем будем сражаться не говорят! Да что за бардак в этой школе».
Пока я ругался, отделения уже построились. Первым командует Салах, вторым Дамир, а тем, в котором последним стою я, Тули. Все кроме меня в бронзовых шлемах и кожаных нагрудниках. В руках только копья, ни мечей, ни какой другой справы ни у кого нет. У меня, так же как и у всех, зажато в ладонях древко двухметрового копья из крепкой высушенной древесины.
Все три отделения вытянулись в одну линию, и магистр Бинаи вновь пошел вдоль строя, придирчиво оглядывая своих подопечных.
– Все, что вам надо знать сегодня, заключается в одной простой фразе. Будьте готовы ко всему! – Он остановился и, взяв у кого-то из бойцов копье, поднял его над головой. – Сегодня все по-боевому. Копья с настоящими, с заряженными магией наконечниками. Они способны поразить нечисть, какую бы магическую защиту та не использовала, главное, чтобы ваша рука не дрогнула.
Стоящий рядом со мной мужик тяжело вздохнул, и я расслышал его шепот.
– Раз не поскупились на заряженные копья, то хана нам, братцы!
Чувствую его животный страх, но сам пока ничего подобного не ощущаю. Возможно, я просто не понимаю с кем придется иметь дело, но скорее всего, у меня уже выковалась стойкая уверенность как в своих силах, так и в поддержке заклинания.
Первым выходит отделение Салаха. Шестерка бойцов растягивается в линию напротив крепких кованых ворот в стене. Где-то наверху в одной из башен гремит гонг, и створки ворот начинают расходиться. Поднимаю взгляд и вижу, как на башнях у бойниц занимают позиции арбалетчики.
«В кого они собираются стрелять?» – Успеваю задать себе этот вопрос, но тут же становится ясно, против кого все предосторожности.
Из темного зева распахнутых ворот раздается жуткий рев, и оттуда выходит настоящее чудовище. В два человеческих роста со столбообразными руками и ногами и огромным носом на свирепой морде. Оно пускает слюну и злобно скалится, показывая острые, словно заточенные зубы и два здоровенных клыка.
– Тролль! – Еле слышно выдавил стоящий рядом мужик. – Ох и не завидую я парням!
Шеренга Салаха, ощетинившись копьями, шагнула вперед, а Тролль, уставясь на людей, издал еще один жуткий вопль.
Чувствуется, что отделение обучено действиям против одиночного противника. Бойцы постепенно расходятся, стараясь взять чудовище в полукольцо, а тот стоит и лишь бросает исподлобья злобные взгляды. Эта заторможенность позволила людям надеяться на легкую победу и сыграла с ними злую шутку. Внезапно тролль бросился вперед с потрясающей скоростью, покрыв почти десять шагов в один прыжок. Мохнатая лапа смела человека как букашку, и тот, отлетев в сторону, упал на землю под отвратительный звук ломающихся костей. И тут же, развернувшись, чудовище отбило нацеленное в него копье, а ударом ноги отбросило назад его владельца.
В один миг стройное отделение превратилось в разрезанную пополам перепуганную четверку. Взревев, тролль бросился на ближайшую пару. Выставленные вперед копья вошли в несущееся на них тело, но не остановили чудовище. Замах огромного кулака уже полетел в голову отшатнувшегося бойца, когда подскочивший Салах вонзил в спину тролля свое копье. Зажав двумя руками, он вогнал оружие в волосатую спину почти до трети древка.