Академия Печатей (СИ)

— У нас сегодня свободное от занятий утро, — начала она с факта, закрепив предложением: — Давай потренируемся. Можно попытаться прочесть твои мысли? Пожалуйста!
Я чуть не сказала «да», пока не вспомнила о сне с Каем в главной роли и его пронзительных красных глазах, не сочетающихся с добродушной ухмылкой. Мне не хотелось, чтобы подруга узнала об этом и не так меня поняла. Потому я одарила её многозначительным взглядом, не проронив ни слова. Тогда заговорила сама Крис, да ещё и на повышенных тонах!
— Что ты творишь?! — возмутилась она.
Дыхание замерло. Я решила, что соседка прочла мои мысли, увидев в них не только сон, но и нежелание делиться им с подругой.
— Не мучай их! — вновь воскликнула она, вгоняя меня в ещё большее замешательство.
Девушка резко вскочила на ноги и выхватила у меня из рук банное полотенце, которым я вытирала влажные после душа волосы.
— Эй! — теперь уже возмутилась я.
— Нельзя же так нещадно тереть! Волосы посекутся! — Крис принялась нежно промакивать тёмные сосульки, служившие мне причёской. — Вот так. Просто промакивай, а не три, тогда не повредишь кончики.
— Спасибо, — неуверенно поблагодарила её я. Забрала полотенца и сама продолжила аккуратно промакивать волосы. — Ладно.
— Что ладно?
— Ладно, давай попрактикуемся, — согласилась я, решив, что смогу контролировать свои мысли. — Какое число я загадала?
«Три. Три. Три», — прокручивала у себя в голове на повторе, пока подруга пыжилась и сипела в потугах отгадать.
— Три! — вдруг выпалила она.
— Ого! У тебя получилось! — воскликнула я.
— Не-а, — Кристина вмиг помрачнела. — Я ничего не слышала, просто угадала.
— Зато угадывать у тебя точно талант, — неуклюже попыталась поддержать свою первую в жизни подругу.
— Не представляю, как можно научиться слышать чужие мысли всего за месяц. Я ведь и до этого уже пробовала, во дворе и в столовой, но и тогда ничего не вышло. Там было столько народа, я думала, что хоть кого-то подслушать удастся, но увы, тишина.
— А я вообще ещё не пробовала… — вдруг осознала я, почувствовав себя вдвойне отстающей. — Теперь моя очередь?
— Ты мне больно не сделаешь? — скривилась Крис, словно это уже произошло. — Что-то я побаиваюсь.
— Я не стану делать тебе больно, наоборот приятно.
— И этого я тоже не хочу! Это ж извращение какое-то. Может, лучше на Каталине попрактикуешься? — глаза подруги ехидно сверкнули. — Время завтрака. Она наверняка сейчас в столовой. Идём?
Я задумалась над словами Крис. Идея тренировки на Каталине звучала заманчиво, собственно как и само предложение похода в столовую. Я как раз ощутила лёгкий голод и тягу к сладкому, которое в Академии подавали только на завтрак. В обед же и на ужин хоть и кормили как на убой, но десертами не баловали.
— Насчёт Каталины обещать не могу, а вот перекусить не мешало бы, — объявила я.
Мы под руку вышагали в коридор, хихикая и перешёптываясь о том, как же будет здорово, если мне удастся использовать свой дар на Каталине. Конечно, ни одна из нас всерьёз не верила, что у меня получится с первого раза, но воображать никто нам не запрещал.
В приподнятом настроении мы преодолели длинный коридор, очутившись в холле общежития, где с нас как ледяной водой смыло улыбки. В центре помещения громко рыдала одна из наших одногруппниц. Я не была с ней лично знакома, только знала, что её зовут Эмилия и прибыла она в Академию Печатей из Аргентины.
Со всех сторон девушку обступили студенты, а прямо над ней с каменными лицами нависали мадам Акрот и усач Уру.
— Я не успею никуда поступить! — бубнила Эмилия, шумно глотая воздух после каждого слова. — Вы не можете!
Вчера она единственная из всего потока целых две минуты прижигала себе руку, но звезда так и не отпечаталась на её ладони. Стоит полагать, именно из-за этого девушка сейчас и плачет.
— Я уже не успею никуда подать документы! — продолжала сокурсница, отказываясь принимать протянутый ей мадам Акрот стакан белой жидкости.
Эмилия давила на то, что из-за Академии потеряла возможность поступить в любое другое учебное заведение. Однако я понимала, что это не более чем отговорка в попытках удержаться. Разве могут земные вузы сравниться с этим? Отчисли меня отсюда — мне бы было плевать на обычные университеты, заурядную учёбу и моё дальнейшее незавидное будущее.
 
Сердце сжалось, стоило только представить, ведь всё это ещё может случиться! Впереди экзамен и чёрт знает что ещё. Вдруг меня ждёт та же участь? После подобных мыслей не то, что улыбке не вернуться, так и аппетит напрочь отбило. Однако мадам Акрот потребовала студентов расступиться и немедленно очистить холл общежития, из-за чего нам пришлось продолжить путь до столовой, хоть в её посещении больше не было нужды.
За столом девочек-новобранцев царила тишина, чего нельзя было сказать о соседнем столе мальчишек. Словно их совершенно не заботил тот факт, что одну из их одногруппниц только что отчислили. Ведь подобное могло, а что ещё хуже — до сих пор может случиться с любым из нас.
За тревожными мыслями я совсем забыла, что собиралась опробовать свой дар на язве Каталине. Вспомнила об этом только после того, как мы покинули здание столовой и оказались во внутреннем дворике. Там я и провела следующий час, обсуждая с Кристиной произошедшее в холле и дожидаясь первого занятия по предмету «Раскрытие дара».
— То, что нужно, — заключила подруга.
Я была полностью согласна. После случившегося больше всего хотелось поскорее проявить свои способности и наконец закрепиться в Академии.
Мадам Акрот вновь собрала всех вместе, чтобы отвести поток на занятие по важнейшему для ассистентов предмету. Я искренне намеревалась подготовиться к предстоящему уроку, но учебник чётко дал понять, что для его изучения требуется специальный манекен.
На этот раз нас ввели в светлое помещение на первом этаже одного из замков. И если прошлая аудитория вовсе не имела окон, то в этой они оказались панорамными и тянулись по обе стороны от двери.
«Чем-то напоминает наш школьный спортзал», — усмехнулась с собственного наблюдения, а затем обратно посерьёзнела, вспомнив об Эмилии.
У дальней стены со шкафами стоял невысокий парень с редкими чёрными усиками, и близко не такими роскошными как у школьного представителя. Возможно, он растил их как раз под Уру, но сильно отставал от того в густоте лицевой растительности. Молодого мужчину с обеих сторон заливало утренним солнцем из больших окон, отчего тёмная стена позади него казалась кулисами, а он представал перед нами артистом под множеством прожекторов.
— Добрый день, господа! — поприветствовал он нас так же театрально. — Меня зовут Бастиан Дюваль. Вы можете звать меня мистер Дюваль или просто Бастиан. Я не ношу статуса преподавателя в Академии, но кто как не выпускник факультета ассистентов способен помочь новобранцам раскрыть свой внутренний дар?
Глядя на юное лицо Бастиана, складывалось впечатление, что Академию он окончился совсем недавно. Я не дала бы ему на вид больше двадцати, но возможно дело было в небольшом росте и улыбчивом лице с горящими молодостью глазами.
— Вы наверняка думаете, что использовать дар сложно и требуется долгая подготовка, — учитель двинулся нам навстречу, медленно пересекая длинное помещение. — Будь это так, то на его проявление отводилось бы больше времени, чем один месяц. Способность — часть вас самих, вы уже владеете ею, просто ещё не знаете об этом. Но прежде чем мы приступим к уроку, я бы хотел, чтобы вы усвоили одно правило. Так что садитесь и внимательно меня выслушайте.
Вместе со всем потоком я обвела глазами пустое помещение. По аудитории прокатился тихий смешок: наверное, все подумали об одном, что второй раз на ту же удочку не попадутся. Никто из группы даже с места не двинулся: мы принялись дружно дожидаться, пока в аудитории появится учебная мебель.
— Садитесь, — повторил Бастиан, нахмурив брови.
— Второй раз на тот же трюк мы не купимся, — выкрикнул красавчик Итан, заставляя девчонок смущённо хихикать, хотя ничего смешного он не сказал, лишь выразил общее мнение.