Наследник Бури (СИ)

Выйдя в ночной двор, я машинально вызвал особое, отстранённое зрение. Видя всю подготовку, «минные» поля с эфиром, высокую стену, я представлял проблемы, которые мне устроит отец. У меня не будет возможности сделать лишний шаг, я стану ещё одним бойцом в его дружине.
Нужно не просто уехать отсюда, нужно держаться как можно дальше от отца. Если он выступит открыто, меня убьют просто за компанию, даже если я буду находится в другом конце империи, но сейчас ещё есть время. Катастрофически мало, но есть. Я должен добраться до Вихря, должен развить свои способности настолько, чтобы ничьи имперские амбиции не помешали мне получить обещанное бессмертие.
Я плохо представлял, как этого добьюсь. Надо мной всё ещё висит угроза стать рабом Магистерия, я не забывал и о смерти брата возле Вихря. Группа доверенных людей малочисленна, средства ничтожны, но конечная цель прожигала меня изнутри. Я добьюсь желаемого, чтобы мир мне не противопоставил.
До самого утра я не сомкнул глаз. Когда отец с матерью отбыли из имения, я приступил к делу: методично исследовал владения и собирал необходимое. Пару комплектов одежды, старый смартфон Фёдора и немного наличных, сохранённых в ящике письменного стола. Не испытывая ни капли стыда, я разыскал документы на дом, неподалёку от Вихря, и ключи от него же.
Затем, я разбудил своих ребят.
Им выделили комнаты в гостевом крыле, на первом этаже. Лера к моему приказу отнеслась с энтузиазмом, Анна, спросонья, даже не поняла, чего я от неё хочу, а вот Михайлов остался недоволен.
— Господин граф этого не одобрит, — нахмурился он, натягивая штаны. — Ты хорошо подумал?
— Ты служишь мне, Саш, а не ему, — напомнил я. — И у меня есть веские причины поступить именно так.
Собирались мы в суматохе, и с рассветом уже загрузились в черный седан, припаркованный на территории, благо что ключи висели в замке. Посадив за руль Михайлова, я сомневался относительно стражи на воротах, но отец либо не захотел, либо забыл дать им приказ относительно наследника.
Нас никто не останавливал. На каждом блокпосте я приветливо улыбался бойцам, и мы уезжали всё дальше и дальше. Проследить за автомобилем не составит проблем, отец быстро найдёт меня, но это не важно. Я продолжу с ним диалог, но на нейтральной территории, на равных условиях.
Интерлюдия
Аркадий Куропатов стоял на крыше башни Фатума. Холодный ветер будто подталкивал его к краю, а тяжёлый гул устрашающего вихря, занимавшего весь горизонт, с непривычки давил на уши.
Так близко к непокорной стихии. Аркадий протянул руку, будто пытаясь коснуться его, позволил Дару течь по руке, вливаться в ладонь, но связь так и не установилась. Здесь, на вытянутом с вершины башни мостике, уже начиналась жёлтая зона, первый процент погружения.
— Что ты делаешь? — окликнул его Виктор.
Новая, ещё не огранённая марионетка, занявшая место Грибоедова. Куропатов проигнорировал вопрос, повернулся к магистру, сложив руки за спиной.
— Когда испытательный полигон будет готов?
— В ближайшие дни, но я бы заложил ещё месяц на тесты, ведь…
— Забудь об этом. Будет всего один тест, со мной в главной роли.
— Но зачем? Концентрация эфира такого уровня… — магистр невольно оглянулся к гигантской сфере, скрытой в укреплённом павильоне. — Гипервсплеск Вихря будет смертелен для всех, кто окажется рядом, что уж говорить про эпицентр…
— У меня нет времени на тесты. Щенок Ароновых… Этот ублюдок заставляет меня торопиться!
С ненавистью стиснув кулаки, Аркадий вспомнил разговор с цесаревичем. Даже не разговор, крик взбешённого юнца, возомнившего себя главным. Выскользнувший из рук шанс добраться до секретов Ароновых довёл цесаревича до истерики. Он угрожал положить конец эксперименту, уничтожить всё, что Аркадий создавал долгие годы.
Если его экспансия провалится, если старый император приструнит своего отпрыска… Любой вариант сулил проблемы. Нет у него месяца.
 
— Как только завершатся работы, мы приступим к делу, — холодно процедил Куропатов, снова повернувшись к вихрю. — Я возьму эту силу, любой ценой.
— Безумец… — тихо прошептал магистр.
Умирающий безумец. Терять Аркадию нечего, что станет с империей в случае неудачи его не волновало. Жадность привела его сюда. Отчаянные попытки стать сильнее, смелые эксперименты… У него нет пути назад.