Наследник Бури (СИ)

— Что мне теперь делать?
— Собирать манатки. Завтра я вышвырну тебя из Академии.
— Но…
— Пошёл вон!!
Угрюмо понурив голову, парень вышел из кабинета, и я плотно запер за ним дверь. Голова всё ещё была ватной, но критическая ситуация подстёгивала, помогала шустро работать мозгами. Драки я не ждал, этот тип привык действовать чужими руками.
— Садись, раз пришёл, — буркнул Михайлов, открыв ящик письменного стола. Достав бутылку с янтарной жидкостью, он поинтересовался: — Будешь?
— Воздержусь.
— А я, вот, накачу. Никаких нервов не хватит с этими идиотами… — выудив стакан, он плеснул на два пальца и залпом его осушил. В воздухе повис терпкий аромат, ещё сильнее меня убаюкивая.
— Хороших кандидатов уже разобрали?
— Ты не понимаешь всей трагедии, Фёдор. Эта паства… Самые толковые из них слишком блаженны для серьёзной работы, а оставшиеся… Ты сам тому свидетель. — Он подался вперёд, заискивающе улыбаясь. — Вот скажи, что пошло не так? Почему этот идиот не привёл тебя куда нужно? Или… — он подозрительно прищурился.
— Нет, твоих ребят я не тронул, — успокоил я. — Иван всю дорогу дрожал как девственник перед свиданием, не сложно догадаться, в чём дело. Остальное дело техники.
— Пытал?
— Задавал вопросы.
Михайлов ждал продолжения, но я не спешил. Постукивая пальцем по стакану, он с надеждой смотрел на меня, и, наконец, не выдержал.
— Тебя должны были просто избить, ничего серьёзного. Оставили бы визитку Семёна Куропатова, у тебя появился бы ещё один повод для мести… Чистая работа.
— По камерам могли увидеть Ивана, выйти на тебя.
— Отключены, — отмахнулся он. — А вот на этом этаже, к сожалению, исправно работают.
— Серьёзная подготовка.
— Я тебя умоляю… Слепленный на коленке план, дырявый, как носки нищего. Это позор, а не подготовка.
— И всё же был шанс, что сработает. Что ж… Надеюсь, хоть предоплату взял?
После недолгой паузы, его лицо осветилось пониманием.
— Ты думаешь, мне за тебя заплатили? Нет, Фёдор, это моя инициатива.
— Но зачем?
— И ты ещё спрашиваешь? После того дерьма, в которое ты сегодня меня макнул? — откинувшись на спинку кресла, он усмехнулся. — Просто поразительно, насколько у юнцов из высшей аристократии раздутое эго. Ты даже не понял, как серьёзно меня переехал?
— Разве я отказался сотрудничать?
— Да мне уже насрать на твоё сотрудничество. Я должен был сделать всё тихо, работа у меня такая. Вспомни нашу беседу. Сколько раз я попросил не распускать язык? — Михайлов стиснул кулак. — Эта сука должна была следить за тобой, и что в результате? Грёбаный Чтец на моём пороге!
Налив ещё, он сделал добротный глоток и грохнул стаканом об стол.
— Не заводись, я его не вызывал.
— Охренительно удачное совпадение.
— Какая удача, Саш? Он пять часов меня допрашивал! — теперь уже я повысил голос.
— Ты сам на это пошёл! Ты и твой… — он осёкся, сделал глубокий вдох. — Граф Аронов не допустил бы допроса без всех этих, — Михайлов раздражённо отмахнулся, — расшаркиваний перед Ассамблеей.
— И тем не менее, это был допрос. Чтец выбил из меня отказ от обвинения ублюдка Куропатова, копался в моей памяти, и ты хочешь сказать, что я сам на это пошёл? — теперь уже мне пришлось выдыхать. Я с трудом разжал кулаки. — Купайся в своей злобе сколько хочешь, но не считай меня идиотом, не способным из двух предложений выбрать более выгодное.
Повисла напряжённая тишина. Я слабо представлял, как с ним поступить. По законам Ассамблеи, Михайлову светит смертная казнь, но меня подкупала его честность. Возможно он сможет выкупить свою жизнь?
— И что будет дальше? Я выложил перед тобой карты, Фёдор, выноси вердикт.
— Налей мне.
Удивлённо вздёрнул брови, Михайлов достал второй стакан и разлил пряный напиток.
— Старцовское, десятилетней выдержки, — зачем-то пояснил он. — Когда-то, я служил на их землях…
Обжигающее пойло теплом разливалось по желудку. Я молча наблюдал, как неловко этот властный чиновник пытается закрутить крышку. Он осознавал, что его ждёт, и всё равно не пытался напасть. Прекрасная демонстрация превосходства одарённых.
 
— Давай начистоту. Мне не нравится ситуация, в которой я оказался. Мои мысли читали пять часов, под высосанным из пальца предлогом. Я уверен, что Куропатов интересовал Чтеца меньше всего, — неспешно размышлял я, катая стакан по столу. — И твоей конторе, и императору от меня что-то нужно, но сам я хочу лишь снять с себя клеймо "потенциального Мессии" и заняться своими делами. Это ясно?
— Допустим.
— Однако, я заперт здесь. Вместе с Куропатовым, который пытался меня прикончить. И теперь мне придётся спустить дело на тормозах, хоть я и сильно сомневаюсь, что Семён остановится.
— Нападёт ещё раз?
— У меня есть повод так думать. Да. И после всего этого дерьма появляешься ты, со своей глупой местью. Этого твоего, — я исказил голос до издевательского, — «ты меня переехал, злой аристократик» мне недостаточно. Будь добр, объясни контекст.
— Я сказал как есть. Ты подвернулся под горячую руку.
— Это огромный риск для обычного человека — нападать на аристократа, — жестко отрезал я.
— Хочешь правды? Завтра меня вышвырнут из Академии, и сегодня был последний шанс отплатить тебе за это. Человеку моих навыков, сидеть без работы всё равно что смерть, — он горько усмехнулся, — разве что в преступный мир окунуться.
— Найти другую работу уже не вариант?
— Даже не спрашивай, — он скривился. — Я возглавлял службу безопасности в клане Старцовских, но… Меня уволили за чрезмерную жестокость, распустили об этом инциденте слухи, и теперь приличный аристократ меня даже пол подметать не пустит.
Он замолчал, наливая очередную порцию, а я размышлял. Таить обиду за эту нелепую попытку отомстить я не собирался. Он всё ещё сотрудник Магистерия, пускай не самого высшего звена, но это ресурс, которым нельзя разбрасываться.
— А что, если я предложу тебе работу?
Михайлов замер, не донеся стакан до лица.
— Работу? Ты?!
— Убери этот пренебрежительный тон.
— Это не скепсис, Фёдор, это шок, — хохотнул он. — Род Ароновых слишком знатен, чтобы допустить к работе человека с моим прошлым.
— Я могу решить этот вопрос, если мы договоримся.
— И это после того, что я для тебя готовил?
— Да. Мне нет дела до не свершившихся событий, я же вижу, что ты руководствовался ложными данными, — размышлял я. — Впереди ещё три недели в этом гадюшнике, и мне нужен здесь свой человек. Когда я покину эти стены, я заберу тебя с собой.
От улыбки не осталось и следа. Откинувшись на спинку кресла, Михайлов внимательно изучал меня взглядом.
— Так ты серьёзен?
— Если, — я вздёрнул палец, — ты будешь полезен.
— Хочешь организовать несчастный случай для Куропатова? — заинтересовался Михайлов.
— Забудь про него. Мне нужна информация и анализ. Объясни, в чём причина такой таинственности вокруг моей персоны?
— У меня есть лишь догадки.
— За пустым столом и корка хлеба — пир.
Поднявшись, Михайлов прошёлся до двери, и лишь убедившись, что коридор пуст, неспешно пошёл обратно, размышляя на ходу.
— Ходят слухи, что представители Императора интересовались тобой ещё до нападения. Как минимум, результаты ежемесячных осмотров утекли в их загребущие руки. Ну а повышенный интерес к действующим студентам… Сам понимаешь.
— Что?
— Магистерий ищет того, сами не зная кого. И если они перестанут усердно искать, всё это, — он обвёл комнату руками, — может показаться императору напрасной тратой денег. Так что я даже не удивился, когда магистры вручили мне отчёт целителя и отправили по твою душу.
— Именно тебя?
— Среди прочих, у меня есть опыт работы с дворянством, и я умею решать вопросы неординарными методами. Действовать быстро и жёстко.
— Но если им нужна лишь видимость, почему не договориться?
— А вот здесь начинается самое смешное. Несмотря ни на что, эти блаженные верят, что могут найти Мессию, и до смерти боятся его упустить. Боятся, что эту мифическую личность украдут прямо из их здания, воспитают за стенами родового имения, или, что ещё хуже, во дворце императора.