После потрясений (ЛП)

Кэшрем падает, тяжело дыша, в то время как Эревен поддерживает Мэйлак и подводит ее к Руху. Мне вручают второй комплект, и Хэйден берет Мэйкэша.
— Мы разобьем лагерь сегодня вечером, мой вождь? — спрашивает Эша своим сладким, тоненьким голоском. Она хватает одну из моих косичек, чтобы удержать, и устраивается на сгибе моей руки.
Мы с Хэйденом обмениваемся взглядами. Он не хуже меня знает, что забираться в Пещеру старейшин небезопасно, даже если бы мы смогли добраться до входа. Не тогда, когда он примостился у входа в глубокую расщелину.
— Да, — говорю я через мгновение, мое сердце разрывается от боли. — Сегодня вечером мы снова разобьем лагерь.
Она одаривает меня лучезарной улыбкой, довольная таким ответом.
— Мне нравится ходить в походы!
Хэйден фыркает и закатывает глаза, но на его губах появляется намек на улыбку.
— По крайней мере, одному из нас все это нравится.
Эша просто сияет от удовольствия, глядя на меня.
Я смотрю туда, где Мэйлак подходит к Руху. Она опускается на колени рядом с ним, и я вижу, как он напрягается в ответ. Я застываю, беспокоясь, что мне придется помочь Эревену оттащить его от нее, но мгновение спустя Рух расслабляется, а затем Мэйлак оказывается рядом с ним, ее руки касаются лица Хар-лоу. На лице Руха выражение ужаса и надежды, и мне больно за него. Я знаю, каково это — бояться потерять свою вторую половинку.
Я думаю о Пашове. Мой друг. Хороший охотник и всегда общительный. Я думаю о его паре, которая была вне себя от беспокойства и страха. Кэшрем подходит ко мне, на его лице напряжение, он пристально смотрит на свою пару. Он беспокоится, что она зайдет слишком далеко.
Прямо сейчас есть о чем беспокоиться.
— Тебе нравится ходить в походы, мой вождь? — спрашивает меня Эша, дергая за мою косу.
Я бы все отдал, чтобы наша пещера снова была целой и невредимой. Я думаю об Эклане, который заботился обо мне как отец, и чувствую укол горя. Я не смог обеспечить его безопасность. Как вождь, я подвел его. Я смотрю на Руха, Хар-лоу и Мэйлак и надолго задумываюсь, прежде чем ответить.
— Мне нравится, что мое племя окружает меня, — наконец говорю я Эше. — Мне все равно, где мы находимся, главное, чтобы мы были вместе.
Хэйден одобрительно хмыкает, и мы оба замолкаем, наблюдая за работой целителя.
***
Когда прибывает остальная часть племени, вопросов не задают. Моя Джорджи бросает один взгляд на Пещеру старейшин, а затем начинает указывать остальным разбивать лагерь. Есть сотня вещей, которые необходимо сделать — собрать еду, защитить припасы от непогоды, разбить палатки, позаботиться о раненых — и все обращаются ко мне за ответами. На все не хватает времени, но я справляюсь, как могу. Я не хочу никого отталкивать или заставлять чувствовать, что у меня нет на них времени. Это мой народ, и им нужен свой вождь, поэтому я должен вести их.
Моя Джорджи не перестает удивлять меня своей отвагой. Она тоже немедленно приступает к работе. Пока я помогаю устанавливать палатки и раздавать шкуры, она берет на себя управление лагерем. Она и несколько человеческих самок разводят большой костер в центре, и когда охотники приносят мясо, она заставляет других работать. Когда Клэр начинает плакать, Джорджи протягивает ей Тали и сажает поближе к огню. Когда Ариана впадает в панику, Джорджи поручает ей позаботиться о маленьком Пейси, сыне Стей-си. Кто-то готовит рагу. Другая женщина начинает шить теплую одежду для Мар-лен, которая выбралась из своей пещеры с немногим большим, чем ее комплект и ее пара, и у которой ничего нет. К тому времени, когда солнце садится и становится темно, большинство палаток уже разбито, еда готовится, и все собираются у костра. У моей пары все под контролем, и она руководит своими самками и работает столько, сколько может, пока я работаю с остальными.
Я проверяю Мэйлак; целительница снова упала в обморок, ее перенесли, чтобы дать отдохнуть. Хар-лоу идет на поправку, мирно спит. Даже Рух выглядит спокойнее, и я подозреваю, что целительница приложила свои руки и к нему. Он спит рядом со своей парой, а Рухар гуляет с Кемли, чтобы его родители могли поспать. Мэйлак и Кэшрем, свернувшись калачиком друг вокруг друга, тоже спят. Я должен помнить, что мы должны приберечь им еду на тот случай, когда они проснутся.
 
Я перехожу к следующей палатке, где отдыхает Пашов. Чтобы ему было удобно в маленькой палатке, было устроено гнездо из мехов, но он выглядит так же, как всегда — его глаза закрыты, лицо в синяках и опухло, а один рог отломан. Они отрастут снова, но при виде их я вздрагиваю. Стей-си сидит рядом с ним, ее волосы в беспорядке, а лицо бледнее обычного. Она крепко держит его за руку.
— Как он? — спрашиваю.
— Он не проснулся, — отвечает Стей-си мягким голосом. — Он спит и дышит нормально, но он просто не просыпается.
— Он проснется, — говорю я ей твердым голосом и касаюсь ее плеча. — Тебе что-нибудь нужно?
— Мне нужно, чтобы моя пара проснулась, — говорит она дрожащим голосом. — Это то, что мне нужно.
— Как и нам всем. Он и мой друг тоже. Мне бы ничего так не хотелось, как чтобы он проснулся и посмеялся вместе с нами.
Она шмыгает носом и вытирает щеки.
— Правильно. — Она кивает, не отрывая взгляда от своего партнера. — Я в порядке, но спасибо, что спросил.
— Не хочешь ли немного подойти к огню и поесть?
— Нет, думаю, что останусь здесь. Я не хочу, чтобы он проснулся и остался один, — ее голос снова дрожит. — Пейси все еще с Джорджи? Ей нужно вернуть его мне?
— О нем позаботятся. Присматривай за своей парой. Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится.
— Я так и сделаю. Спасибо. — Она подносит большую руку Пашова к своим губам и целует костяшки его пальцев. — Ты ведь видел подобные вещи раньше, верно? Где Мэйлак кого-то исцелила? Он ведь будет жить, не так ли?
Я не хочу лгать, но… Я не знаю, что сказать Стей-си. Я видел, как многие выживали, и я видел, как другие умирали от меньшего.
— Если его можно вылечить, она вылечит его, — говорю я ей. — Пока мы должны подождать.
— Это ужасный ответ, — шепчет она. — Но спасибо тебе за то, что не солгал мне.
Я оставляю маленькую палатку позади, тоскуя по своему другу и его паре. У огня Фарли плетет шнуры вместе с Ме-ган, ее маленьким питомцем двисти, сидящим у нее на коленях. Джорджи смотрит на меня и слегка кивает. Все под контролем.
На сегодня.
Глава 3
ВЭКТАЛ
Здесь не хватает палаток, чтобы их обойти. Несмотря на то, что ша-кхаи используют все части животных, на которых мы охотимся, мы потеряли многое из того, чем владели. Палатка, которую Джорджи назвала нашей, маленькая и едва ли достаточно большая, чтобы мы вдвоем могли втиснуться в нее. Добавим, что сегодня с нами будет спать Пейси, а также Эша? Она очень… переполнена.
Джорджи прикладывает палец к губам, когда я открываю палатку и присоединяюсь к ней. Уже поздно, и огонь угасает. Один из охотников будет бодрствовать всю ночь, чтобы присматривать за лагерем и следить за тем, чтобы костры продолжали гореть, чтобы отпугнуть любых любопытных мэтлаксов. Все остальные идут спать и пытаются забыться на несколько часов.
Я и сам хотел бы забыться. И я не могу придумать лучшего места для этого, чем в объятиях моей пары. Она свернулась калачиком в мехах — соблазнительное зрелище. Я снимаю кожаную накидку и стаскиваю ботинки, что нелегко, учитывая, что я не могу стоять прямо. Моя пара проверяет комплекты — все трое сложены вместе сбоку от наших мехов, — а затем протягивает мне руку.
Я присоединяюсь к ней, погружаясь в ее объятия. Она теплая и мягкая, пахнет дымом, ветром и молоком. Мне нравится этот аромат, и я глубоко вдыхаю, прижимаясь носом к ее соскам. Часть стресса, который я ношу в себе, спадает.
— Как ты держишься? — Ее голос — всего лишь шепот. Она гладит мою гриву, ее маленькие пальчики перебирают спутанные волосы.