Ночь золотой саламандры (СИ)

– Я бы согласился не раздумывая! – выпалил Димар, и Сальма расхохоталась. С ней никогда не случалось таких просчетов. Уж если считала, что неинтересна мужчине, то действительно была неинтересна.
– Хорошо, что я вам не предложила… – подытожила чародейка, когда смех отпустил. – Давайте закончим этот бесполезный разговор. У взрослых людей обычно есть прошлое, с этим надо просто смириться.
– Не всякое прошлое может создать сложности в настоящем. Например, препятствовать заключению брака или помешать совместным детям унаследовать власть… В таких случаях от бастардов проще избавиться.
Сальма посмотрела на собеседника. Он смеет ей угрожать? Намекать, что ее мальчик кому-то мешает? Высвободила руку и сжала кулаки. Этого белобрысого наглеца следует утопить в водах ближайшей бухты.
Вдохнула глубже, стараясь унять закипающую кровь: может, Димар имеет в виду вовсе не ее сына, а она лишь воображает себе глупости? Выдавила улыбку и ускорила шаг.
– Кому могут помешать дети? – попыталась промурлыкать как можно беззаботнее: – Все сложности решаются правильно составленным брачным договором.
Снова взяла мужчину под руку и даже изобразила что-то похожее на поглаживание.
– Вы сгущаете краски, господин Димар.
– Вряд ли, – отмахнулся он, но Сальма даже через одежду почувствовала, как напряглось его предплечье. – Неужели вы легко примете мысль, что после вашей смерти остров возглавит не ваш сын, а сын Колины? Если господин Олафар станет вашим супругом, такой вариант не исключен.
– Исключен! Островом может управлять только тот, кто сладит с местной магией. Все остальные ничего не получат ни от жителей, ни от земли. Это со стороны кажется, что у нас все так же, как у людей, на самом деле впечатление обманчиво.
– Вижу, вам неприятна эта мысль, – Димар накрыл ладонь Сальмы свободной рукой. – Как думаете, а господину Олафару понравится, что у вас уже есть наследник? Сын, который владеет местной магией? Захочет ли Олафар жениться на вас? Или предпочтет обойтись опекунством?
Чародейка ухмыльнулась. Значит, все-таки не показалось. Димар, похоже, решил раскрыть карты. Вот только зачем? Или он собрался ухватить себе привилегий, или уже сообщил все королю и план действий изменился. Знать бы наверняка!
– Сын не выживет без меня, – сообщила едва слышно, – ограничившись опекунством, вы лишитесь всего, что может дать остров.
Тяжело проглотила застрявший в горле ком и подняла взгляд на собеседника. Он склонил голову набок, будто рассматривая редкую зверюшку, а заодно давая понять, что не верит ни единому ее слову. Сальме захотелось ударить его. Наотмашь, так, чтобы под кулаком захрустели кости.
– Я не советую вам даже дышать в сторону моего мальчика.
– Не волнуйтесь, госпожа Сальмарис, – Димар деланно улыбнулся и снова начал напоминать змею, – вашего мальчика оставят в живых…
Сальму кинуло в жар, а по спине пробежала противная дрожь. Ярость захватила разум. Хотелось окунуть белобрысую голову собеседника под воду и удерживать, пока не затихнут неугомонные пузырьки. Хватила ртом воздух и прошептала три слова. Призвала магическую сеть. Не выйдет так не выйдет, а выйдет – надолго собьет с Димара спесь.
Ладонь знакомо прижгло силой, и мужчина отдернул руку. Сальма ухмыльнулась. Отступила на шаг и повторила нужные слова. Развела ладони, натягивая воображаемую сеть, и бросила. Димар охнул, пытаясь пошевелиться, но сразу застыл изваянием. Чародейка еле сдержала смешок. Неясно, насколько ее хватит, но собеседнику с лихвой перепадет острых ощущений на всю оставшуюся жизнь!
Сеть применяли для пыток. Парализованная жертва могла только говорить правду, больше ничего. Для вранья просто не хватало сил. Даже вздохнуть можно было лишь после сигнала мага. Сальма частенько использовала сеть, когда училась обращаться с силой, но применять против живых людей ее не приходилось. Наставники рассказывали, что после жертву мучают жуткие видения, и Сальма остерегалась пробовать заклинание без необходимости.
Глаза Димара из насмешливых стали холодными, почти пустыми. Сальма разжала кулак, позволяя мужчине сделать вдох. Пусть поймет, что это в ее власти.
 
– Вы собрались убить меня? Это приказ короля? Отвечай! И, может быть, останешься жив.
Димар нахмурился и застыл. Сальма скривилась и сжала кулак. Тянет время? Пусть так, она тоже подождет. Интересно, как долго кавалер сможет не дышать?
Руки опять прижгло заклинанием. Сальма прикрыла глаза. Вдох – другой. Еще. И еще. И снова. Посмотрела на Димара. Мужчина, кажется, стал бледнее своей шевелюры.
– Говори! – приказала и разжала кулак. Для затравки уже было достаточно.
Димар жадно хватил ртом воздух. Сальма наклонила голову и вопросительно приподняла бровь. Подернула носом. Показалось, вокруг сладковато запахло липким страхом.
– Нет, – тяжело выдавил Димар. – Не убить, просто напугать.
– Король знает?
– Понятия не имею. Корабли с большой земли не причаливают давно. Свое послание я отправил точно перед бурей. Не знаю, дошло ли.
– Откуда известно о сыне?
– Тадир.
– Врешь! – выпалила Сальма и тут же сообразила, что это невозможно. Руки по-прежнему жгло заклинанием, и вряд ли Димар смог его одолеть. Но зачем Тадиру предавать ее? Он ничего не выигрывает от смены власти… Придется серьезно поговорить с помощником.
– Нет. Его внук продал нам кристаллы. Те, которые указывают путь к острову, и Тадир боялся, что об этом узнают.
Сальма сжала кулаки. Хотелось выть. Она искала предателя где угодно, но не в ближайшем окружении. Всегда верила этим людям! А они предали ее… Димар застонал. Чародейка встрепенулась и разжала руку с сетью, гробить блондина было рано.
– Что вы задумали насчет сына? – прорычала она. Поморщилась, пытаясь удержать ускользающее заклинание. Камень далеко, и контролировать силы получалось через раз.
– Ничего особенного, – отозвался Димар, но Сальма почти его не услышала. Мир вокруг закружился в танце, в глазах потемнело, и чародейка будто погрузилась в теплые морские воды. Звуки стали глуше, а вокруг повисла непроницаемая тьма.
Сальма еще успела подумать, что расплата за боевое заклинание пришла слишком рано, а после сознание кануло в черноту вслед за зрением.
Очнулась от странной возни и раздраженного шипения. С трудом открыла глаза. Тело походило на набравшую воды губку: руки, ноги и голова были такими тяжелыми, что даже просто пошевелить ими оказалось невозможно. Нависший над телом Димар, неуклюже дергаясь, пытался подхватить под плечи, чтобы взять на руки. Сальма хотела возразить, но из горла не выдавилось ни звука. Вдохнула поглубже и мысленно призвала на помощь морского бога. Все равно больше ждать подмоги неоткуда.
Димар опять дернул рукой и выругался. Сальма снова уловила сбоку какую-то возню и насторожилась. Что происходит, в конце концов? Вряд ли у Димара развился тик после заклинания, скорее всего, кто-то пытается ей помочь. Кто-то маленький и не очень сильный. Сердце замерло шершавым ледяным комком. Ладир! Больше некому. Несносный мальчишка влез во взрослые игры!
Снова попыталась что-то сказать, но не получилось произнести ни звука. Тело не подчинилось, только сердце перепуганным предателем забегало из стороны в сторону.
– Да отстань ты! – проворчал Димар и пихнул кого-то невидимого глазу чародейки.
Сальма зажмурилась. Если есть на свете этот трепанный морской бог, то он должен заявить о себе именно сейчас! Потом может стать поздно.
– Это ты отойди от мамы, чужак! – непривычно звонко приказали голосом Ладира, и Сальме захотелось выть. Только не сейчас, когда она совсем ничего не может сделать!
 
Димар замер на мгновение, а потом отвернулся и отступил на шаг. Сальма мысленно прокляла морского бога. Если он не хочет защищать ее мальчика, когда тому нужна помощь, то к чему все годы служения? Глупые танцы, ритуальные жертвы? Бесполезная магия…
– Пожалуй, прихвачу лучше тебя, – прорычал мужчина и ринулся в атаку.