Сводный брат. Опекун для бунтарки... (СИ)

— Да что ты заладила… Джозеф, Джозеф… Ты бы хоть попыталась узнать меня… — психанул Брок.
— А зачем? — обескуражила она его этим вопросом. — Зачем мне узнавать и привыкать к кому-то, если я люблю другого?
— Затем, что я тоже тебя люблю… — выпалил он.
— Ты? Любишь? Давно ли? — засмеялась она.
— Может и не давно, но зато искренне… — парировал он.
— А Джозеф значит нет? — не унималась она.
— Мы сейчас не о нем говорим а о нас. — занервничал Брок и взял ее за руку. Она попыталась выдернуть пальцы из его захвата, но ничего не получилось. — Я лишь хочу сказать, что как и он не смерюсь с твоим отказом. Согласна ты или нет, я заберу тебя с собой. А там, по месту, уже и будем решать полюбишь ты меня или нет. Но даже если и не полюбишь, то мне хватит того, что ты просто будешь рядом…
— Ты вообще себя слышишь? Заберу, будем решать… Тебе никто не даст этого совершить! — она пыталась донести до него свою точку зрения, но он и слушать ничего не хотел. — Мне вот еще что интересно… Вчера ты был такой «Альфа самец», а сегодня уже влюбленный юноша… С чего вдруг такие перемены? Или ты только для своего придурошного Генри такой?
— Ты права, я не всегда такой как сейчас… Когда я с тобой, наедине, то мне хочется быть просто любимым… Тобой… Я хочу заботиться о тебе, оберегать и защищать ото всех и вся! — он все еще держал ее за руку и как мог пытался донести до нее свои чувства. Раньше он не испытывал ничего подобного и теперь ему было крайне сложно подбирать слова.
— Это все конечно безумно трогательно, но все же хочу еще раз напомнить тебе, что мое сердце и мое тело уже принадлежит Джозефу. — он хотел возразить ей, но она его опередила. — А сейчас я хочу кушать. Ты мне сюда принесешь или позволишь спуститься вниз?
— Но ты же понимаешь, что там, внизу уже не будет того милого меня, что сейчас держит тебя за руку… — она просто кивнула в ответ. Ей проще было ненавидеть его за грубость, чем жалеть за безответную любовь к ней. — Ну что ж, тогда пойдем…
— Только я с утра не нашла свою одежду, остался лишь этот халат… — сказала она пожав плечами.
— Генри забрал ее вчера, чтобы ты не сбежала… — пояснил он и встав с постели, окинул одеяло. — Идем? — она молча встала с постели и жестом показала ему, что она совсем босая. — Не будет ни туфель, ни тапочек…
— А как же мне ходить позволь тебя спросить? — удивилась она такому заявлению.
— А вот как… — произнес он и подхватил ее на руки. — Я буду твоими ногами… — и понес ее прочь из комнаты.
Так они спустились в низ и прошли на кухню, где вовсю хлопотал Генри. Он уже приготовил для них завтрак. И поджидая их, смотрел телевизор попивая кофе. Брок усадил ее за барную стойку и сел рядом.
— Приятного аппетита… — произнес Генри с улыбкой.
— Благодарю… — сухо ответила она. Завтрак оказался весьма вкусным и выглядел презентабельно.
Брок же ел молча, он уже надел свою «повседневную маску» и начинал потихоньку входить в роль. Быстро доев свой завтрак, он сразу начал свою публичную, ролевую игру. Соскочив со своего места, он встал позади нее и навис над ней словно коршун над своей добычей. Убрав в строну ее волосы, он полез целовать ее в шею.
— Ты не видишь, что я ем? — возмутилась она и отстранилась от него.
Но он резко схватил ее за горло и прислонил к себе, запустив вторую руку в запах халата. Она пыталась разжать его удушливый захват, а он тем временем мял и стискивал ее грудь. Она хрипела и пыталась дышать, а он улыбался. Генри, глядя на все это, восхищался своим кумиром.
— Я же уже сказал тебе, что отныне ты принадлежишь мне и я буду делать с тобой то, что пожелаю! И не смей мне перечить! — он играл на публику, но только так он и мог к ней прикоснуться. Наедине, она бы не позволила ему. Наконец, он отпустил ее горло и она закашлялась.
— Ты придурок! — закричала она. — Ты меня чуть не задушил… — зная, что он не сделает ей ничего сверх того, что только что было, она могла позволить себе общаться с ним в таком тоне. — Ты чем думаешь вообще?
Услышав такое, он оторопел. Он не ожидал такой реакции, любая другая на ее месте плакала бы и умоляла, но не она. И именно это стало для него тем ее качеством, за которое он полюбил ее. Теперь это было не просто вожделение к красивой девушке, а любовь. Он растерянно смотрел на нее и не знал даже что ей ответить на это.
 
Генри растерялся не меньше его. Никто не смел повышать голос на его боса, а тут девчонка… Да еще и в столь опасных для жизни условиях. Он завидовал ее храбрости.
Брок уже хотел было извиниться за произошедшее, но вспомнив про Генри, резко одернулся.
— Ты… Это… Тоже, думай на кого голос повышаешь… — ответил наконец Брок запинаясь. — Ты тут не в гости пришла…
— Да я бы в жизни, в такие гости не пошла… Два недоумка… Один, хлеще другого… — она взяла со стола булочку и свой кофе, и направилась прочь из кухни.
— Ты куда это собралась? Я тебя не отпускал… — заявил Брок, прекрасно понимая ее состояние. Но он должен был держать лицо перед подчиненным и потому, все еще пытался строжиться.
— А мне твое позволение и не нужно… Вон, мальчику своему указывай, а я с вами не хочу находится в одном помещении! Я лучше в комнате одна посижу. — договорив, она повернулась и зашагала прочь, оставив Брока и Генри, в полной растерянности. И плевать ей было на то, что она была сейчас босиком. Ее настолько возмутило поведение Брока, что она не обращала внимание на такие мелочи, как отсутствие тапочек.
— Что это сейчас было черт возьми? — удивленно произнес Брок, глядя на Генри.
— Признаться честно, я и сам в шоке… Раньше такого себе никто не позволял в отношении вас… — пожал плечами Генри.
— Пойду разберусь с ней… — сказал Брок и последовал за Никой. Он догнал ее когда, она уже закрывала за собой дверь комнаты. — Постой… — поторопился он не дать ей закрыть дверь. Он вошел следом за ней и все же закрыл дверь, во избежание того, что их могут подслушать. — Прости пожалуйста за то, что произошло в низу. Сам не знаю, что на меня нашло.
— Тебе пора перестать ориентироваться на чужое мнение… — она поставила на столик чашку с кофе и положила булочку. — Хватит строить из себя альфа-самца… Будь просто собой. Генри, это не тот человек, на которого тебе нужно ориентироваться.
— Мне это нужно для моего имиджа… — оправдывался он.
— Имидж? И какой же у тебя имидж? — удивилась она. — Быть самовлюбленным придурком? Зачем?
— Ты видишь все совсем иначе… Ты выросла в другой стране… Здесь же это почти норма. Я такой с детства. Я не хотел быть как Генри. Все самое лучшее всегда было у таких, как я сейчас. И мне нужно все самое лучшее… В том числе ТЫ. -он подошел к ней вплотную и взял за руки.
— Но как же ты не поймешь, я не буду твоей, НИКОГДА! Я другого люблю! — пыталась она донести до него свои чувства. Но он будто и не слышал ее.
— Ты просто не даешь мне возможность проявить себя. — убеждал он.
— То есть, твоя выходка на кухне, являлась проявлением твоих чувств и эмоций? — она совсем перестала понимать его. — Ты сам то слышишь, что ты говоришь?
— Нет… То, что было на кухне, это опять же часть моего имиджа. Сейчас я настоящий… — объяснял он.
— Так и оставайся таким, к чему этот спектакль?
— Это уже моя жизнь. Я автоматически становлюсь таким, на людях. Ничего не могу с собой поделать. — пожал он плечами.
— Я не стану тебя переубеждать и уговаривать начать новую жизнь. Ты уже большой мальчик. Поступай как знаешь. Но я в этом участвовать не хочу! Пожалуйста, оставь меня одну. Я сама спущусь, когда мне что-нибудь понадобиться… — она отвернулась от него и просто смотрела в окно. Ему больше ничего и не оставалось кроме как покинуть ее комнату.
 
Он спустился в низ и уселся перед телевизором. Включив новости, он тут же наткнулся на сюжет, в котором говорилось про похищение невесты звезды боев без правил. Только теперь он осознал масштаб произошедшего. Но отступать было уже поздно. Она уже была здесь и все, что ему оставалось, это спрятать ее ото всех. И самое главное от Джозефа.