Не покидай меня
Поднявшись с кровати, Тори застонала. У нее ныл каждый мускул, тело горело от поцелуев Рэнда, а воображение заполняли ночные сцены.
Наскоро приняв душ и причесавшись, она натянула на себя свободно сидящие шаровары: тело должно было хоть немного отдохнуть. Надев сверху легкую спортивную рубашку, она вышла в коридор и направилась к кабинету Рэнда. Проходя мимо гостиной, Тори услышала оживленные голоса. Вспомнила, что сейчас время завтрака, и открыла дверь.
За столом сидели Дороти, Минди и Джералдайн.
– С добрым утром! – улыбнулась Тори всем сразу. – Вот и я.
Тори молила Бога, чтобы никто не догадался, почему она проспала и опоздала к завтраку. Но все поздоровались как ни в чем не бывало, и у нее сразу отлегло от сердца.
– Я поставлю вам прибор, – засуетилась Джералдайн.
– Ради всех святых, не волнуйтесь! – усадила ее на место Тори.
– Вы чуть не пропустили завтрак, – сказала Минди, укоризненно покачивая головой.
Тори поцеловала девочку в макушку и села рядом.
– Знаю, – виновато ответила она. – И уже наказана!
– А как?
– Очень проголодалась.
– Вы проспали, потому что сильно поволновались вчера? – продолжала свой допрос Минди.
– Поволновалась? Почему? – Голос Тори дрогнул.
– Разве вы забыли наше неудачное путешествие за клубничным мороженым?
У Тори гора свалилась с плеч, и она весело рассмеялась.
– Да уж! Подобные изнурительные приключения не по мне.
Дверь в гостиную отворилась. Обернувшись, Тори встретилась глазами с Рэндом. Лицо ее вспыхнуло: муж, вероятно, слышал последнюю фразу и мог истолковать ее по-своему. Чтобы как-то выйти из пикантного положения, она громко спросила у Минди:
– Ты ведь рассказала Джералдайн эту историю?
– Я выслушала ее раз двести, если не больше, – ответила вместо нее Джералдайн. – Да и не я одна! Думаю, на ранчо ее знают все!
– Мы уже договорились с Джералдайн, – добавила Дороти, – что впредь у нас в доме всегда будет клубничное мороженое.
Тори усмехнулась и подмигнула Минди. Взгляд ее, оторвавшись от лица дочери, остановился на Рэнде. Он отвесил общий поклон и сказал, глядя на Дороти:
– Я собираюсь проехаться верхом до северного пастбища. Никто не желает составить мне компанию?
Эти слова могли относиться только к Тори. Сердце у нее бешено заколотилось. Предложение показалось ей заманчивым: во время прогулки можно было выяснить, не жалеет ли Рэнд о прошедшей ночи? Но Тори смущало мрачное выражение на лице мужа. Кроме того, она сомневалась в своем умении ездить верхом. Да и Дороти может понадобиться ее помощь.
Только тут Тори заметила, что Рэнд смотрит на нее. Она ответила ему вопросительным взглядом. Он понял ее и, направляясь к выходу, отрезал:
– Не беспокойся об этом.
Тори остановила его вопросом:
– Рэнд, Кастард еще на ферме?
Имя Кастард принадлежало симпатичной кобылке смирного нрава, которую Рэнд специально купил когда-то для Тори. Он задержался в дверях и после паузы сказал:
– Кастард здесь. Керт ухаживает за ней.
– О, это такая чудесная лошадка! – воскликнула Минди. – Даже мне разрешают на ней кататься. Папа, можно я поеду с тобой? На Кастард?
– Минди, – вмешалась Дороти, – разве ты забыла, что мы должны сегодня купить тебе летнее платье?
Девочка нахмурилась и с сожалением ответила:
– Ах, да! Мы ведь едем в магазин.
Тори поняла, что главное препятствие для ее поездки с Рэндом отпало, и решилась:
– Рэнд, я могла бы поехать с тобой, если ты подождешь минут десять, пока я позавтракаю и переоденусь.
– Хорошо. Жду тебя через десять минут у конюшни.
Тори облегченно вздохнула и выразительно посмотрела на Дороти.
– Я захвачу бутерброд с собой, – сказала она Джералдайн. – Доем и одновременно переоденусь. Ведь Рэнд не любит ждать!
Джералдайн, рассмеявшись, кивнула головой.
Наскоро покончив с едой, Тори натянула на себя легкий свитер и надела сапоги для верховой езды. Зачесав назад волосы, перехватила их на затылке голубой лентой и водрузила на голову соломенную шляпку с узкими полями.
Солнце встретило ее теплыми мягкими лучами. В лицо дул легкий ветерок, полный аромата молодой листвы и свежескошенной травы. Тори сладко потянулась и невольно рассмеялась: до чего же хорошо!
Рэнд ждал ее у конюшни, держа за узду Кастард. Его жеребец стоял рядом и нетерпеливо бил копытом о землю. Тори сунула ногу в стремя и неожиданно легко вспрыгнула в седло. Рэнд внимательно следил за ней. Тори заметила это и, смутившись, покраснела. Сердце ее забилось сильнее.
– Готова? – спросил Рэнд. – Едем!
Он вскочил на жеребца, тронул поводья, но тут же остановился, ожидая Тори. Когда она подъехала, он неожиданно обнял ее за талию. Тори посмотрела на него с удивлением и испугом.
– Мне показалось, что ты на меня очень обижена.
– С чего ты взял? Просто я неважно себя чувствую.
– И только поэтому ты долго решала, поехать ли со мной?
– По-моему, я уложилась в отведенные тобой десять минут.
– Целиком потратив их на обдумывания моего предложения?
– Вовсе нет. Я переодевалась. Ты удовлетворен?
Рэнд промолчал, хотя было заметно, что ему стало легче на душе. Еще крепче прижав к себе Тори, он тихо сказал:
– Извини, я поторопился с выводами.
Тори вздрогнула, внимательно посмотрела ему в глаза и, протянув руку, потрепала Рэнда по подбородку.
– Ты всегда торопишься, когда дело касается меня.
Он удивленно поднял брови.
– Неужели?
– Ну конечно! И последний тому пример – вчерашний вечер. Стоило мне отправиться с Минди в город, чтобы накормить ее мороженым, как ты устроил из этого настоящую трагедию и обвинил меня во всех смертных грехах – вплоть до того, что я хотела выкрасть собственную дочь!
– Ты поступила опрометчиво.
– Согласна! И жалею об этом. Но я не ожидала, что это вызовет у тебя истерику.
Рэнд исподлобья взглянул на Тори. Та тяжело вздохнула:
– Ты все равно не веришь. И не доверяешь. Ведь так?
У Рэнда не было никакого желания продолжать этот разговор. Единственное, чего он хотел в этот момент, так это долгого, страстного, доводящего до обморочного состояния поцелуя. Близость совершенного зовущего женского тела заставляла его забыть обо всем. Рэнд крепче обнимал Тори за талию.
– Ты сама подорвала во мне доверие к тебе, – прошептал он, наклоняясь к ней. Тори почувствовала прикосновение его губ. Поцелуй был, может быть, и не очень страстным, но многообещающим. Отстранившись от Рэнда, Тори тихо ответила:
– Я знаю, что во многом виновата. Но когда два человека вступают в брак, они делят не только постель, но и ответственность. А ты не мог этого понять!
Рэнд знал, что Тори права. Он не смог стать для нее ни хорошим мужем, ни страстным любовником, ни верным другом. И только прошлой ночью понял, что такое настоящая близость с женщиной. До этого Рэнд не знал, что возможно такое полное слияние и взаимное угадывание любого желания.
Рука мужчины вновь обхватила талию спутницы. Тори почувствовала, как совсем рядом гулко бьется его сердце.
– Рэнд, – прошептала она, тяжело дыша.
Он хотел ее! Значит, напрасны были опасения, что Рэнд, опомнившись после сумасшедшей ночи, вновь станет холодным и неприступным!
Он обнял ее обеими руками и прошептал:
– Извини. Может быть, я покажусь тебе грубым и даже циничным, но мое изголодавшееся за месяцы воздержания тело опять требует удовлетворения!
– Воздержания? Не хочешь ли ты сказать, что все это время у тебя никого не было?
Тори смотрела на Рэнда широко открытыми глазами. Сама мысль о том, что ее муж целый год прожил без женщины, казалась ей невероятной. Она не могла в это поверить.
Рэнд отчужденно сказал:
– Твоя реакция заставляет задуматься. За кого ты в конце концов меня принимаешь? – Тори опустила глаза и промолчала. Рэнд заговорил вновь: – У меня, как ни странно, есть моральные принципы. Я женатый человек, как и ты – замужняя женщина. И если ты была верна мне все это время, то почему я должен был вести себя иначе?