Ученик (СИ)

Добравшись до дома, увидел накрытый стол и понял, насколько я проголодался. На часах уже была полночь. Получается, в источнике я провёл часа три-четыре. Поужинав, завалился спать.
Утром меня разбудила Ефросинья.
— Привет! — Она, не стесняясь, вломилась в дом. — Я завтрак принесла.
Девушка пригляделась ко мне:
— Что-то ты плохо выглядишь.
— Зато ты слишком бодрая, — проворчал я в ответ и посмотрел на часы, — сейчас же только восемь утра!
— Ага, — радостно кивнула она, — пора завтракать!
Выгнав Ефросинью из комнаты, я отправился в душ, а затем, завернувшись в халат, вышел к завтраку.
Стол был накрыт на двоих, а Ефросинья разливала кофе по чашкам.
— Поем с тобой? — поинтересовалась она.
— Конечно, — согласился я.
После еды самочувствие улучшилось. Всё-таки большая разница — смотреть на мир голодным или сытым взглядом.
— Вот, держи, — Ефросинья достала из своей сумки толстый конверт, — это отчёт лаборатории по крему, который производит твоя фабрика. Ты как-то спрашивал насчёт исследований, отец мне подсказал, куда можно отправить образцы. Извини, долго делали.
— Нормально, — я начал распечатывать конверт, — честно говоря, забил я на этот заводик. Работает и работает, — и безразлично пожал плечами.
Устроившись поудобнее в кресле, начал листать бумаги. Какие-то формулы, описания воздействий, температурные характеристики, вязкость… Честно говоря, мало что было понятно, пока не дошёл до заключения на последнем листе. Оно, конечно, тоже, на мой взгляд, было кривым.
Образец один относится к элитным кремам. Далее следовала характеристика с описанием вязкости, запаха, впитываемости и прочего. Магическое насыщение высокое. Свойства омолаживания кожи лица под воздействием крема подтверждены. Сравнение с образцами из аналогичного сегмента — далее перечислялись пять образцов. Выявлено пересечение в девяносто процентов с кремом «Живица». Представленный в лабораторию образец имеет более насыщенный магический фон. Аллергий не выявлено. Лаборатория готова рекомендовать данный крем к производству и продаже в категории элитных кремов после трёхмесячных испытаний.
Выдан сертификат на представленный образец по качеству повышенной категории крема.
— Уф… — оторвался я от чтения, — тут мозг можно сломать, но на последней странице самое интересное, — я протянул лист Ефросинье, а сам сходил за планшетом. Интересно было посмотреть, что за крем такой «Живица», который на девяносто процентов соответствовал крему производства моего завода. Есть вариант, что они используют наш крем в качестве донора, слегка разбавляют и продают уже по элитной цене. Это, конечно, стоило ещё проверить, но я сразу заподозрил, что с заводом не всё чисто.
Поискав в сети крем «Живица», я достаточно быстро нашёл его в сетевых магазинах. Маленькая баночка стоила от восьми до десяти рублей! А у нас бочка стоит пятьдесят! Правда, это директор называете их «бочками», по мне — скорее, бочонок ёмкостью в десять литров. Это выходит, отпускная цена за сто миллилитров на нашем заводе — пятьдесят копеек. Поделился информацией с Ефросиньей.
— Получается, ты был прав. Даже если добавить к цене упаковку, маркетинг, доставку и прочие расходы, то, как ни крути, на твоём заводе кто-то здорово наживается! — Она посмотрела на меня с таким видом, будто готова сразу сорваться в бой, стоит мне отдать подобную команду.
— Не будем пороть горячку, — задумавшись, произнёс я, — а кто наживается, тут есть информация, — Я снова взял в руки планшет.
— Фабрика, которая производит крем «Живица», называется «Платов-крем», город Новочеркасск. Принадлежит роду Платовых. Посмотри завтра в бумагах у Прокопьева — они напрямую у нас закупают? Может, я зря на них думаю, и имеется какой-то хитрый посредник, который берёт наш крем и перепродаёт другим фабрикам.
— Здравая идея, — девушка с уважением посмотрела на меня, — посмотрю.
— Если это так, давай, я сейчас напишу распоряжение поднять отпускные цены до двухсот рублей за десятилитровый бочонок. Заодно посмотрим, как среагирует Сергей Сергеевич.
 
— Это рискованно, а вдруг перестанут покупать? — Ефросинья удивлено посмотрела на меня. — Ты готов рискнуть? Как зарплату платить, если совсем не будет выручки?
— Готов! — Я решительно поднялся. — Идём в офис центра, там все бумаги подготовим.
Подписав нужные распоряжения, я сел в машину и поехал домой. В пути было время подумать. Не слишком ли я рискую, повышая цены на крем? Скорее всего, нет. Насколько я помню, последние пять лет цена вообще не поднималась.
К тому же, заключение лаборатории говорит о том, что я хоть сейчас могу продавать нашу продукцию в средней ценовой категории. Что-то типа от двух до пяти рублей за маленькую баночку. В крайнем случае, у нас работает расфасовка в баночки объёмом шестьсот миллилитров. Будем фасовать, а Ефросинью озадачу поиском оптовых покупателей. Были бы время и деньги, стоило бы запустить линию фасовки в маленькие баночки. Линия куплена и установлена ещё моей матерью.
Наверное, мне стоит поискать грамотного директора завода, и его озадачить всеми этими вопросами. За свою жизнь я вывел главный принцип бизнеса — делом должен заниматься человек, который в нём хорошо разбирается. Где я, а где завод? Не моё это точно, но и смотреть, как мои деньги уходят в чужой карман, тоже не слишком приятно! По-хорошему, стоит серьёзно заняться делами «Хадыж-Крема», но на это нужно время, которого мне катастрофически не хватает.
Мысли свернули в сторону колледжа, и настроение сразу упало. Боюсь, Богдан так просто не отстанет. Как я уже понял, целительница — достойный приз, за который многие готовы биться. А я невольно встал у них на пути. Кроме Богдана, есть ещё Елецкий, который последнюю неделю не слишком заметен, но тут, скорее всего, надо сказать спасибо нашему расписанию — мы почти не пересекались.
Получается, главный вопрос: как мне противостоять Богдану, не используя атакующую магию? Печально, но директор колледжа очень убедительно расписал все возможные последствия. Так что же делать? Драться я не умею, так, могу кулаками помахать, но против опытного Богдана мне не выстоять. Это с Семёном я могу справиться, он сам не силен в этом деле. Но Богдан…
Что у меня есть? Я могу использовать больший объём источника, чем мои сокурсники. Но пока это не сильно помогает. Каменная кожа у меня держится максимум пять секунд. А если честно, то вообще три. Значит, в моём распоряжении только защитная магия. Я могу долго держать щит. Но одним щитом драку не выиграть.
Значит, буду тренироваться. Чтобы попробовать разные варианты, нужен партнёр. Придя к таким выводам, я набрал Арсена. Тот только недавно встал, но согласился ко мне приехать через пару часов.
Когда Арсен добрался до меня, я обрисовал ему свою проблему.
— Ты умеешь пулять магические шары, да ещё и разрывные? — Он удивлённо уставился на меня.
— Да, блин! При чём тут это? Я не могу пулять их в колледже, — раздражённо выдохнул я. Мне нужен нормальный совет, а Арсен, как всегда, зацепился за ничего не значащую деталь.
— Ты крут! Я только учу огненный шар. Ты знаешь, что там куча сложностей, — он восторженно начал рассказывать про боевую магию. Не ожидал, что Арсен такой фанат.
— Если хочешь шар запустить на дальнее расстояние, надо добавлять руну аэродинамики и самонаведения, можно и без последней, но это не круто. Если вблизи, можно добавить руну защиты. То есть шар взорвётся, а в твою сторону ничего не полетит. Там куча хитростей. Можно замедление на взрыв поставить, шар врежется во врага, а потом взорвётся!
— Стой, стой! — прервал его я. — Боевая магия — это, конечно, здорово, но мне надо решить более важный вопрос: как побить соперника, который умеет драться лучше меня, при этом не используя боевую магию?
— Давай пробовать, — он просто пожал плечами и поднялся, — я сначала буду не сильно бить, а ты просто ставь щит. Ты говорил, что у тебя сильный источник. Так вот, даже в простой драке усиленными кулаками присутствует элемент битвы источников. Я же насыщаю свои кулаки магией и держу свой щит. Расход — будь здоров!