Ученик (СИ)

— Ну… девушка мне понравилась. Признаюсь честно. И отец уже все нервы вымотал, что жениться мне пора. Чем ближе двадцатипятилетний возраст, тем меньше шансов завести наследника. Так что мне дали время до весны. И, если сам не найду достойную кандидатуру, в дело вступит дед… — Арсен озадаченно почесал затылок, — а он выберет выгодную партию для рода, что, сам понимаешь, вряд ли будет интересно мне!
— Ох ты ж, бедненький ты мой! Последние свободные денёчки догуливаешь? — Я хлопнул его по плечу.
— Ничего, ничего, — злорадно усмехнулся Арсен, — посмотрим, как ты запоёшь через пару лет!
Мы ещё немного поболтали с Арсеном, затем он отправился к своим друзьям. Оказывается, за месяц, который прошёл с открытия арт-пространства, это место стало весьма модным, тем более, по субботам здесь устраивались танцевальные вечеринки, на которые собиралась молодёжь, причём не только с окрестных городов, но и из столицы княжества не гнушались заглянуть.
Вызвонив Ефросинью, я отправился с нею в оздоровительный центр.
Нас встретил Пантелей Семёнович и, поприветствовав, позвал к себе в кабинет.
— Виталий, тут интересный факт открылся, — начал он разговор, усевшись в кресло, — я занялся учётом рабочего времени сотрудников и обнаружил странную вещь. Каждые два дня проходит уборка в одном доме. При этом этот дом как бы не входит в территорию центра и нигде не учтён.
— Это как? — удивился я.
— Вот и я задался подобным вопросом. Пришлось порыться в документах и в кабинете твоего деда, да, у него здесь был собственный кабинет, извини, что открыл его, — он посмотрел на меня.
— Да ничего, вряд ли там хранилось что-то важное, — пожал я плечами. Зная паранойю своего деда, уверен — всё действительно важное он хранил только в родовом особняке. И вообще, любил полный порядок в бумагах.
— Хорошо, просто я и сам не знал, что это кабинет твоего деда. Думал, ещё одна комната, в которой убираются, но её никто не занимает. Так вот, там, в столе, оказались любопытные бумаги, — он взял со стола папку и протянул её мне.
Бумаги и правда оказались интересными. По всему получалось, что на вершине горы располагалось небольшое здание, указанное в бумагах, как «Берлога». При этом она размещалась на родовых землях Шуваловых, которые передаются по наследству только по мужской линии! Любопытно и непонятно.
— Что это значит? — Я удивлённо уставился на Цыпко.
— Мне пришлось порыться в архивах, но я разобрался, — с гордостью продолжил тот, — твой прадед получил за заслуги в управление Хадыженск и вдобавок два участка под родовые земли. На одном теперь расположен ваш особняк. А вот второй на вершине этой горы, — он кивнул за окно, — там он выстроил небольшой домик и назвал его «Берлогой». Прожил прадед там лет пять, пока строился ваш особняк. Затем твой прадед решил построить оздоровительный центр. Взял в аренду земли и открыл его. При этом родовые земли под «Берлогой» передаются только по мужской линии. По закону они теперь твои. Ни дед, ни твой отец, правда, на них не оформили прав, хотя и знали о «Берлоге», но это не важно. Ты тоже можешь официально не вступать во владение. Просто плати небольшой налог — и всё. Хотя налог и так платится центром, автоматически.
— Интересно, вы там были?
— Конечно! Идём, всё покажу. Думаю, тебе стоит остаться там на ночь. Место тихое, уединённое и красивое.
Мы отправились с Ефросиньей следом за Пантелеем. Дороги нормальной не было. Пришлось минут двадцать подниматься по узкой, едва заметной в темноте тропе. Хорошо ещё луна вышла из-за облаков и ярко освещала нам дорогу.
— Ого! — удивлённо произнесла Ефросинья. — Отсюда такой красивый вид!
Мы стояли на террасе бревенчатого дома. Он и вправду оказался небольшим. Всего три комнаты. Гостиная и две спальни. Зато расположился на самой вершине горы, в уединённом месте, скрытом деревьями. Вид с террасы открывался на обратную стороны горы, у подножия которой расположились деревушки, угадывающиеся в темноте только по свету фонарей вдоль дорог. С обратной стороны дома, из гостиной, открывался вид на Хадыженск.
 
Подошли мы к дому сзади, по тропинке, сразу попав во двор. Центральное крыльцо выходило к небольшому забору, за котором проглядывалось полотно дороги.
— Это дорога? — решил уточнить я. — Сюда можно попасть на машине?
— Да, там дальше небольшой посёлок. Отсюда до Екатеринодара значительно ближе ехать. Правда, этим ответвлением дороги давно не пользовались, но мы приведём её в порядок. Ещё тут есть небольшая пещера, — управляющий повёл меня дальше по малозаметной тропе. Мы прошли буквально тридцать шагов и остановились у железной двери в выступе скалы. Потянув за ручку, Пантелей Семёнович открыл дверь, — здесь есть электричество, — он щёлкнул выключателем, и я увидел пещеру, посреди которой расположилось небольшое озеро.
— Это что? — Я подошёл поближе и опустил руку в слегка бурлящую воду. Она была горячей.
— Термальный источник. Хорошее место. Здесь не зазорно принимать гостей. В общем, я понимаю твоего прадеда — настоящая мужская берлога для усталых мужей! — улыбнулся Цыпко.
Я прошёлся вокруг источника. Озером, конечно, это назвать нельзя. Просто огромная овальная ванна с водой, утопленная в камне. Шагов двадцать с одной стороны и столько же с другой. Вдоль стены расположились лежаки. В углу стояли холодильник и массажный стол. В шкафу лежали полотенца.
— Смотрю, тут тоже убираются, и полотенца свежие, — сделал я заключение.
— Да. Вот так вот управляешь оздоровительным центром и даже не знаешь, что здесь спрятался такой брильянт. Думаю, прошлые директора и не подозревали об этом месте!
— Похоже на то! — усмехнулся я и, снова окунув руку в воду, прислушался к своим ощущениям. Стихия воды здесь ощущалась очень ярко.
— Пожалуй, вы правы. Останусь на ночь в этом доме. Сейчас, если вы не против, осмотрю Ефросинью.
— Конечно, конечно, — разом засуетился Пантелей Сергеевич. Видно было, что он любит свою дочку и сильно волнуется.
Мы прошли в дом, переоделись и, накинув халаты, вернулись в пещеру с источником. Ефросинья погрузилась в воду и расслабилась. Медленно опустившись рядом с ней, я взял девушку за руку и начал осматривать её магическим зрением.
В принципе, всё было хорошо. Магия циркулировала по кругу, слегка задерживаясь в тех местах, где раньше были запруды. Я попробовал повлиять своей магией, но, как и ожидалось, ничего не получилось. Теперь я хотя бы знал причину: моя магия — это просто магия, а вот у целителей она чем-то отличается. Ещё бы понять — чем?
Призвал стихию воды, аккуратно и совсем немного. Получилось достаточно быстро, всё-таки в этом месте она была особенно отзывчивой. Направил полученную от стихии энергию внутрь Ефросиньи — она отлично работала. Ускорил ток магии внутри тела девушки и смыл последние остатки плотины. Ещё раз осмотрел её. В принципе, всё, что мог, я сделал. На большее точно замахиваться не стоит. Слишком мало у меня знаний в области целительства.
— Всё, можешь идти, а я тут ещё побуду, отдохну, — отпустив руку девушки, произнёс я.
— Со мной всё в порядке?
— Да, я ещё немного улучшил твоё состояние. Думаю, моя помощь больше не потребуется. Выздоровление идёт полным ходом. Твой организм с ним справляется. Прогоняй только магию по телу, не давай ей застаиваться, — выдал я свои рекомендации.
— Спасибо! — Ефросинья выскочила из воды. — Я попрошу тебе свежий ужин принести, правда, идти сюда далеко и не слишком удобно, так что только через час накроют.
— Не переживай, я пока расслаблюсь. Пусть не спешат.
Она вышла из пещеры, закрыв за собой дверь. Я бы даже сказал — выбежала. Наверняка сейчас обрадует отца. Приятно сделать хорошее дело. Прикрыв глаза, я полностью расслабился.
Горячая вода омывала моё тело. Я обратился к стихии, а она как будто только этого и ждала. Наполнила меня теплом, я чувствовал её аккуратное касание, как будто мать гладит по голове ребёнка. Не знаю, сколько так пролежал, восприятие времени напрочь исчезло. Возможно, это состояние можно назвать медитативным. То, что мне обычно никак не давалось.