Кержак (СИ)
– Контакты там не работают, приходится на правой готовить. А она слабее.
– Если разрешишь, я могу посмотреть.
– Доломаешь – заплатишь.
– Само собой.
Отключив питание, мужчина аккуратно мультитулом поддел керамический круг, затем посмотрел на путаницу проводов. Вытащил один, другой. После чего спросил у сидевшего рядом мальчика:
– Мы вчера панель до ума доводили. Обрывки проводов остались?
– Вот, я прибрал.
– Дай синий, который потолще.
Через пять минут узкогубцами аккуратно прижав все хвосты, Иван собрал конструкцию обратно и вернул круг на место. Повернул пошарпанный тумблер – поверхность начала равномерно нагреваться.
– Работает, хозяйка. И я там вместо перегоревшего предохранителя еще перемычку сделал, поэтому на полную мощность тоже можно использовать.
Убедившись, что многострадальная конфорка функционирует как надо, пожилая женщина достала из кармана два тоненьких чека с картинками, подумала, добавила еще два и протянула Ивану:
– Спасибо… Слушай, если ты в этом понимаешь, то может еще что глянешь? У нас у многих по домам собрано всякого из мусора. А чтобы до ума довести – баз не хватает.
– Посмотреть могу. Соседям надо помогать, на одной станции живем… Но мне сначала надо будет инструменты поднакопить и деталей на замену… Давай так – ты сегодня с народом потолкуй, я завтра с малыми подойду и гляну, у кого какие проблемы. Потом на разборке пошукаем, что полезного можно набрать. Ну и уже от этого и спляшем.
– Хорошо. Тогда к завтраку вас жду.
– Бабка Фарли – хорошая, – задумчиво высказался Блоха, как обычно вместе с сестрой топая впереди Осокина. – Она нас иногда отходами подкармливала, если что-то оставалось. И соседи ее уважают, у нее самое лучшее варево из гидропоники получается. Поэтому ее послушают, утром толпа будет желающих забесплатно отремонтироваться.
– Забесплатно – это разок. Я человек широкой души, но не дурак. Кто хочет, чтобы я к нему со всем уважением – пусть меня за идиота не держит. Глядишь – на несколько дней пропитанием себя обеспечим. Пока же надо с Чахлым переговорить. Есть у меня идейка.
– Чахлый – он тот еще жук. Его сколько не пытались подвинуть – не могут. И “черви” у него самые бесстрашные. В такие дыры забираются, куда редко ко рискнет голову сунуть.
– Но слово он держит?
– Держит. Или давно бы прирезали. Тут все просто – или ты сильный и охрана тебя защищает. Или не кидаешь на пустом месте.
Идея Чахлому понравилась. Он даже не поленился, выбрался наружу, полюбовался горами нового мусора и сказал:
– Значит, база у тебя по ремонту прошита. Это хорошо, Кержак. Это очень хорошо. У нас здесь в основном доходяги, кто даже понять зачастую не может, что за железку выдрал. Блестит, выглядит новой – вот и тащит на продажу. Если ты сможешь до ума что-то довести, то за это реальную цену можно на барахолке попросить. Заодно и у меня в подсобке поройся, вдруг что найдешь… Пополам делим заработанное, так?
– Не жирно будет? – возмутился Блоха, крутившийся рядом. – Мастер наш, а ты половину под себя грести хочешь?
– Мастер – с вашей семьи. А железо – мое. Я обычно треть с найденного отдаю – а тут, на половине сойдемся. Или – пусть выкупает за цену, что установлю.
– Тихо, тихо, – примирительно поднял ладони Иван. – Давайте не будем на пустом месте склоку устраивать. На первое время – половина устроит. Твои запасы посмотрим, что-то из нового найдем. У тебя наверняка свои люди на барахолке есть, через них и продашь. Я же пока хочу попросить пару “таблеток”, которые на разных устройствах стоят. И лучше, чтобы были заряжены. Показать кое-что хочу.
Покосившись на насупившегося парня, Чахлый усмехнулся и залез к себе в хижину. Гремел там железками, потом выбрался и положил на слепленный из кусков жести столик коробку. Открыл крышку, ткнул пальцем:
– Вот, все, что найти получилось. Три малых, одна средняя, одна большая.
“Таблетками” называли круглые аккумуляторы, которые использовали в различных переносных устройствах. На мусорке обычно находили разряженные или испорченные. Но зарядные устройства у старших “червей” были, поэтому в случае необходимости добычу проверяли на работоспособность и потом или продавали, или использовали сами.
– Залиты?
– Обижаешь, на продажу держу.
– Отлично… Так, проводочек у меня есть, а вот изолента… Не поделишься?
– Подарите корочку хлеба, а то я так замерз, что переночевать негде, – вздохнул Чахлый и снова исчез в хижине.
Одно время Ивана клинило от фразочек и привычных слов по старой жизни слов, которые уж точно вряд ли местные должны были знать. Потом он сообразил, что это явно выверты подсознания. Мозг подменял чужие конструкции на те, к которым привык на Земле. Мало того, и сам мог что-нибудь эдакое оттранслировать в понятные местным варианты. Поэтому мужчина дождался, когда калека вернется назад с куском ленты и начал священнодействовать.
– Смотри, вот сюда, на бок “люмки” мы приделываем проводок. И не прямым, а змейкой изгибаем. Вот, сюда, тут как-будто потеки. Это место, куда контактную площадку впаивали. Потом большую плиту обрезали, под формат настрогали, а кусочки с боков в отбросы пошли. Большие на переработку, мелочь на выброс. Если правильно проводок приделать, потом сюда переключатель вот этот… Кстати, спасибо за него, Чахлый… И теперь лентой все поверх, на один слой. Все. Это ручка. Это выключатель. Это “люмка”. Вот здесь маленькая “таблетка”. Теперь главное – кнопочку нажали, получили переносную лампу. Еще раз нажали – выключили. Сгибать ничего не надо – тогда внутри светоносный слой разрушается и люминофора хватит часа на четыре-пять. А с аккумулятором – почти вечный светильник.
– Ну-ка, покажи еще раз, – оживился Чахлый. Взяв самоделку, внимательно ее оглядел, чуть ли не обнюхал, затем поигрался выключателем и с явным сожалением отдал обратно: – Вещь, согласен. Жаль, идею сопрут быстро. Хотя светит как настоящий фонарь, ярко.
– Если мы придумаем, как корпус делать, то сможем сами наклепать и продать часть. Кто-то будет мучаться, ковыряться. Кто-то готовое возьмет. Главное – “таблетку” подзарядить всегда можно. Подставку снизу прикрутить, на любую кучу пристроил и копайся себе в удовольствие.
– Может быть. Но это надо народу показать, как нормальный вариант будет… Что тебе для этого надо?
– Инструменты простейшие нужны. Ножницы по жести, отвертки, молоток, плоскогубцы. Короче – чтобы не голыми руками те же корпуса гнуть.
– Инструменты… Знаешь, мне Сарри должен. И видел я у него один ящичек хороший. Он всю неделю вокруг него плясал, открыть никак не может. Ломать жалко, там замок шикарный. Если получится его расковырять, можно внутри кучу ценного держать. А днище – на болтах. Привинтил или приварил у себя в хибаре – и живешь как белый человек. Ни одна зараза ночью уволочь не сможет, если охрана воришек прошляпит.
– Думаешь, в ящичке что-то полезное есть?
– Есть… Я до того, как в Отстойник слетел, в порту работал. База учетчика стояла, грузы гонял, накладные проверял. Конечно, большую часть уже не вспомню, сняли чип с меня при увольнении. Но кое-что в памяти болтается. И точно скажу, что монтеры-пустотники в таких ящиках барахло свое на ботах таскали. Не знаю, кто столь ценную вещь не глядя к нам вышвырнул, но когда Сарри добычу тряс, внутри точно что-то гремело… Наверное – доки у Чистых потрошить стали, даже нам что-то из старья перепадает.
* * *Сарри сидел намного ближе к входу. Судя по сваленным рядом с его сараем разномастным панелям, кускам утеплителя и прочему однотипному скарбу, его “черви” специализировались на барахле, которое можно использовать для ремонта или строительства в деревнях.
– Жаба прожорливая, как не зайду, ты все жуешь, – сунул голову внутрь Чахлый, жестом указав сопровождавшей его троице притормозить в стороне. Чтобы охранник не напрягался, не иначе. А то пройдут добрые люди – и половину честно откопанного не досчитаешься.