Сердце камня (ЛП)

Справедливости ради следует заметить, что вчера вечером она была в парадной форме, и все мы знаем, чем это закончилось. Возможно, у неё есть все основания носить доспехи.
Я вспоминаю, как вели себя с ней перед ужином Зендер и Тил. Иногда доспехи в переносном смысле также полезны, как настоящие. И это только всё усложняет. Вообще всё.
— Куда мы идём? — интересуется Петра. Последние пять минут я шла молча, погрузившись в собственные мысли. А она просто следовала за мной, преданная, как всегда.
Надо быть осторожнее и не злоупотреблять этим. Я должна давать ей возможность отказаться. Не то чтобы она когда-нибудь этим воспользуется. Но всё же. С моей стороны нужно хотя бы пытаться.
— В мастерскую Кона, — отвечаю ей.
— Он узнал что-то о том мехе? Откуда он взялся? Почему он не похож на остальных?
— Кон много чего выяснил. И сам всё объяснит, — не хочу, чтобы сказанное мной услышали посторонние уши. Слишком многое стоит на кону.
— Не сомневаюсь. Бел, ты… Как ты себя чувствуешь? — она возвышается надо мной, как обычно. Но нет никого, с кем бы я чувствовала себя в большей безопасности, чем с ней. Никого из живых.
— Нормально.
— Это не ответ, принцесса.
— Я беспокоюсь за Зендера, — это ложь. Ну, не совсем. Я всегда волнуюсь о нём. Но сейчас сильнее, чем когда я думала, что он просто собирается прилететь на свадьбу.
— Зендер, — повторяет она немного глухо. Так же, как в тот раз, когда я попросила её присмотреть за ним. Возможно, мне не стоило этого делать. Но мне нужно было участие Петры во всём этом.
Я ускоряю шаг. Она подстраивается: с её длинными ногами это несложно. Моя подруга прекрасно понимает, что я избегаю разговора. Но она умеет подчиняться приказам. Моим, по крайней мере.
Интересно, простил ли её уже Зендер. Или даже не собирается?
Он спас её вчера. То есть, Том и капрал говорят, что она уже справилась по большей части сама, но именно мой брат нанёс последний решающий удар.
— Прежде чем мы встретимся с остальными, я бы хотела тебя кое о чём попросить… — мой голос предаёт меня. Я не уверена, правильно ли поступаю. Это не входит в план.
— То есть приказать, да?
От неё ничего не утаишь. Она слишком хорошо меня знает.
— Тил заинтересовался тобой. И я подумала…
Она разворачивается ко мне в ужасе.
— Бел, нет!
— Я не говорю, что ты должна заставить себя делать то, что не хочется. Просто… ты могла бы поощрить его немного.
Её взгляд без эмоций скрывает всё, но я нутром чувствую, что моя идея её не вдохновила.
— Поощрить его?
— Он же мужчина. Отвлеки его.
— Я не настолько привлекательная.
— Уверена, тебе это по силам.
По ней не скажешь, что она поверила моим словам, но весь остаток пути она молчит. Наверно, задаётся вопросом, почему я прошу об этом наедине.
Когда мы доходим до мастерской Кона, я слышу какой-то грохот и лязг. Бедный Кон ходит за моим братом по пятам, пытаясь помешать Зендеру трогать всё, что тому попадается на глаза.
— А это что за штука?
— Новый вид коробки передач. Понимаешь, она…
— А это?
— Экспериментальный бластер с несколькими новыми функциями. Он ещё немного нестабилен. Пожалуйста, не…
Заходя в мастерскую, я вижу, как Кон забирает бластер обратно себе и торопливо его выключает. Но Зендера это не останавливает. Его ничто не может остановить.
— Мило, — он берёт небольшие соты из крошечных отполированных кристаллов, разложенных на панели из стекла и бронзы.
— Батарейка. Солнечная. Это для…
— Прямо-таки ювелирная работа.
— Да, точно, это…
— Если сломаешь, тебе придётся заплатить, Зендер, — предупреждаю его. Петра закрывает за нами дверь, осторожно наблюдая за ним. Бек занимает пост снаружи. Кон улыбается, и я подхожу к нему, обнимая на мгновение. Не могу удержаться. Иногда мне просто нужно быть рядом с ним. Как сейчас, например. — А где Том?
— Они с Джондаром уже идут сюда.
— Хорошо, — я замечаю, как Зендер и Петра прожигают друг друга взглядами, и вздыхаю. Кто бы мог подумать, что вчерашнее нападение только усилит неловкость между ними? Или это из-за того, о чём я попросила её несколько минут назад? Чёрт, где Том и Джондар? Они идут слишком медленно… — Положи туда, где взял, Зендер.
 
— У тебя даже интонация как у нашей мамы, ты в курсе?
Его подколки стали какими-то жалкими. Наверное, давно не практиковался.
Он берёт один из кристаллов и, крутя его над собой, пытается поймать им свет.
— Я могу его забрать? В качестве сувенира?
Оглядываюсь на Кона, который просто пожимает плечами. Это всего лишь кристалл. Почему бы и нет. Зендер ухмыляется Петре, старательно его игнорирующей, пока он кладёт находку себе в карман. Он как сорока — любит всё блестящее.
Мы ждём, болтая о пустяках и стараясь избегать в разговорах нависшей тени Велентина Тила с Императрицей и, что ещё важней, причины, по которой мы все здесь собрались. Неправильно будет начать разговор без Тома, а повторяться я не хочу.
Но Джондар никогда не подводит. Я попросила его помочь всего полчаса назад, и вот он уже притаскивает своего мужа. Том выглядит раздражённым, и я понимаю, что его выдернули с утренней тренировки новобранцев. Но ребятам придётся подождать.
Я киваю Кону, который закрывает дверь и щёлкает по ряду переключателей. Все выходы блокируются, глушилки гудят, активируясь. Теперь мы отрезаны от всего остального мира.
— Сколько таинственности, Бел, — отмечает мой брат.
— Я получила сообщение от нашего отца, — отвечаю ему. — Отношения между Вейрианом и Империей ухудшаются. Торговые лобби оказывают давление, а совет союзных миров отказывается вмешиваться. Отец велел мне получить полный и исчерпывающий отчёт от тебя. Допуск альфа-Иоланда.
Имя нашей матери — это кодовое слово, по сути команда «Выкладывай всё». Неважно что. Это всё началось как игра, когда мы были детьми: кодовые слова и уровни доступа. Мы даже не осознавали, что отец с ранних лет готовит нас к чему-то. Но к чему именно, я не знаю до сих пор. Никто не ожидал, что он станет королём. Возможно, это была привычка в его семье, близкой к правящему роду, его так растили.
— Нам нужно действовать осторожно, — продолжаю я. — Что произошло на Куоре? Ты провёл там несколько месяцев и внезапно покинул планету, а теперь за тобой следом прилетает Тил…
— И ты тревожишься обо мне, — его взгляд становится серьёзным. Всё же он мой старший брат, хоть и ведёт себя порой как придурок. — Как и отец. Я уже говорил с ним. Он всё знает.
— Как на самом деле обстояли дела на Куоре, Зендер? — спрашивает Кон. До него доходили те же слухи, что и до меня, он видел отчёты. О пьянках, драках и ряде происшествий в клубах, борделях и на вечеринках, которые легко могли бы растоптать репутацию любого другого аристократа. — Нам важно знать.
Мой брат вздыхает и выдвигает один из стульев, чтобы сесть. Он скрещивает лодыжки внизу, устраиваясь поудобнее. И внезапно выглядит измождённым. Уязвимым. Я начинаю волноваться сильнее. Зендер ещё никогда не выглядел слабым при мне.
— Да много чего, — начинает он. — И ничего хорошего. Мой отъезд откладывали бесчисленное множество раз, предъявляли новые требования и условия для разрешения. Всё в вежливой форме, разумеется. Постоянно твердили о безопасности. Что бы я ни делал, каким бы возмутительным ни было моё поведение, она не позволяла мне уйти. И серьёзно, я устал. Меня должны были изгнать раз двадцать за всё то, что я творил. Я испробовал всё, выходку за выходкой, договаривался с прессой, чтобы они это освещали. В конце концов у меня получилось — чисто повезло, иначе не скажешь. Когда я доложил отцу на Вейриане, он сослал меня сюда. За пределы союзных миров, чтобы она не могла до меня дотянуться.
 
— Но почему, Зендер? — спрашивает Петра. — Почему она так одержима идеей удержать тебя? Почему они так настойчиво пытаются тебя вернуть?
— Императрице нужен консорт.