Лабиринт (СИ)
День выпуска стал переломным. Все кто выжил после подготовки, экзаменов, тестов и практики в поле стояли в тускло освещенной комнате с зеркальными экранами на стенах. За ними стояли сотрудники учебного центра оценивающие нас. Несмотря на то, что группа за годы уменьшилась на порядок, никто не хотел допускать ошибок. Шесть. Ровно столько нас осталось. Я ждал увидеть среди них и ее, но знакомого лица не было в комнате. Внутри заворочался липкий страх, постепенно укутывающий в свою цепкую хватку. Неужели ее больше нет? Несмотря на кипящие внутри эмоции лицо оставалось безучастным все с тем же безжизненным взглядом.
Дверь беззвучно отошла в сторону и в комнату вошла процессия. Двое амбалов вели под руки фигуру в желтой робе, закованную в наручники. На голове черный холщовый мешок скрывающий внешность. Рядом шел Чарли. Мужчина с лишним весом едва помещался в белый халат научного сотрудника. У него не было фамилии и он позволял называть себя только по имени. Немного фамильярно хоть и не лишено смысла. Жирдяй пытался втереться в доверие и показать что он друг для нас.
— Третий, сегодня ты пройдешь через последнее испытание. — сказал подошедший Чарли. Вытянувшись по стойке смирно я смотрел строго вперед, но все равно увидел крошки от печенья на брюках толстяка и пятно от кетчупа на белой ткани. — Возьми.
Чарли протягивал пистолет ручкой вперед. Не думая я взялся за оружие и вышел из строя. Заключенного поставили на колени перед шеренгой. Это была казнь. Бессмысленная и беспощадная. Я не знал, кто это и почему он оказался здесь. Может это преступник или простая домохозяйка. Но сомневаться в стенах этого заведения не принято и может расцениваться как проявление слабости, а значит, ты не годишься для этой работы. Пистолет поднялся на уровень головы, щелкнул предохранитель и палец лег на спуск.
В этот момент мешок скрывавший личность сдернули вверх. Это была она. Оливия. Те же голубые глаза переливающиеся светом, мягкие розовые губы, столь знакомые черты лица, светлые волосы и детская теплая улыбка. Она не боялась смерти и смотрела на меня с радостью, а я мог только холодно взирать на ту единственную, что дарила тепло в моем существовании. Девушка не винила меня и едва заметно кивнула. Она просила, чтобы это сделал именно я. Ведь в ином случае на полу будут лежать уже два трупа.
В голове мельтешили мысли пытаясь найти выход, но его не было. Охрана держала руки на кобурах готовые к неповиновению. В магазине наверняка только один патрон. Они все предусмотрели. Сейчас решается, умрем мы вместе или только один из нас. Но если я сгину, то кто отомстит за все это? За смерти, страдания и лишение нормальной жизни? Но для мести мне придется убить ту, что так дорога? Несправедливо, но все имеет свою цену. И чем выше цель, тем больше потребует вселенная взамен. Для меня ведь была лишь она и все другие. Никто не значил столько как Оливия.
Сложная загадка, решение, которой отражалось в голубых глазах. Она все понимала и была готова на такую жертву. За долю секунды до выстрела что-то внутри оборвалось. Но вышколенные рефлексы не дали сорваться. Пуля прошла через лоб и опрокинула труп девушки назад. Ее волосы раскидало по полу, а на губах застыла та самая улыбка, за которую я ее полюбил. Взгляд застыл глядя в пустоту. Выброшенная гильза еще скакала по плитке, перезвоном нарушая тишину, когда я протянул обратно опустевший пистолет. Рама затвора застыла в заднем положении, подтверждая мою правоту. Никто не стал рисковать и давать полностью заряженный ствол. С каменным лицом я повернулся и вернулся в линию из курсантов. В этот момент умерла не только Оливия, но и часть меня.
Много позже стала ясна причина, почему ее убили. Девушка пыталась узнать имена своих настоящих родителей и готовила побег. В ее тайнике я нашел новые документы и два билета для нас. Она хотела уехать вместе со мной, но судьба повернулась иначе. Чарли, охранники и все до кого я смог дотянуться, умерли. С каждой смертью причастных вершилось правосудие, но легче не становилось. В душе все также висел камень сжимающий сердце и не дающий вздохнуть полной грудью. Месть не приносила избавления, но остановится, я уже не мог. Ведь тогда это будет значить, что Оливия умерла напрасно, а я всего лишь убийца и трус, разменявший ее жизнь на свою…
Оливии не существует. И никогда не существовало в этом мире. Выверт сознания сводил с ума. Но припоминая прошедшие дни, я понял, что это был лишь мираж. Никто никогда не говорил со служанкой кроме меня. Мы всегда были наедине вовремя наших разговоров. Все это время я говорил с призраком, мучаясь от невозможности вспомнить кого, она мне напоминает. Единственное что не вписывалось так это талисман, который помог найти аристократку. Анастасия помогла с разгадкой. Она дала его на всякий случай мне, а вовсе не служанке. Это стало последней каплей для понимания, что это был лишь плен иллюзий. Как-то Барнаби сказал, что близость безумия будет ощутимой и кажется, он был прав. Край бездны уже совсем рядом.
Я очнулся на сырой земле в неплохом самочувствии. Болели кости и жутко ныла голова, но это было вполне терпимо. Оклематься мне не дали и Анастасия погнала в обратный путь. Мы даже, словом не обмолвились, что произошло между нами. Благородная была явно не в духе, а я решил не нагнетать и просто забыть о странном поведении барышни, приведшем к моему обмороку.
Благо Вард был настоящим. Здоровяк уже мог передвигаться пусть и с трудом. Крепкий сукин сын. Бросив все лишнее, погрузив поклажу на повозку, наш поредевший конвой вырулил снова на дорогу. Что интересно аристократка не только не высказывала своего недовольства по поводу недостойного ее статуса способа передвижения, но и приказала забрать Эрика с собой. Я бы его бросил как ненужный груз, но она настояла. Правда, после я понял для чего ей француз.
Время от времени Анастасия прикладывалась к его губам, отчего парень тронувшийся умом только невнятно мычал. Увидав, что мне интересен сеанс такого лечения, девушка бросила оскорбленный взгляд и тщательно вытерла свои уста, будто боясь подхватить заразу. Ей это явно не нравилось, но она продолжала повторять это раз за разом. Думаю это некий способ подзарядки за чужой счет. Ну, хоть какая-то польза от Эрика. Все лучше, чем самому валяться в отключке после сладострастного поцелуя вампира сбивающего с ног без сил. Пусть даже и такого привлекательного.
Городок Бладствик лежал в низине меж покрытых травой холмов. Встретило селение скособоченными домиками с пристроенными загонами для скота. Под колесами булькала жидкая грязь и лошади едва переставляли копыта на бездорожье. Дым от печных труб, затягивал округу смогом, от которого першило в горле. Хмурые и чумазые крестьяне злобно смотрели на нашу телегу. Иногда встречные местные смачно плевали вслед, выказывая гостеприимство.
— Не скажешь, зачем мы сюда заехали? — спросил я у Анастасии.
— До столицы еще далеко и нам нужны припасы. — отговорилась девушка.
Покружив по узким улочкам, мы добрались до центра Бладствика. Ратуша, возвышавшаяся над остальной деревней башней со шпилем, стояла в окружении торговых ларьков. Бросив телегу на попечение Варда, я пошел за Анастасией, которая протискиваясь через толпу, бегала взглядом по товарам на рынке. Хотелось посетовать на женскую натуру, но девушка шла не за покупками. Она целенаправленно что-то искала. И это точно были не овощи или крупа.
Поговорив с одним из торговцев, нанимательница двинулась чуть в сторону от рядов с продуктами. То, что ее интересовало, находилось за неприметной дверью под вывеской «Товары со всего света». Темный полуподвал был завален самыми разными предметами. От крепкого дубового стола до рыцарских доспехов покрытых ржавчиной. Тут было оружие, инструменты, склянки с разноцветными снадобьями, ношенная одежда и прочий хлам. Большинство ассортимента просилось на свалку.
— Чем могу вам помочь? — невысокий мужичок едва виднелся из-за прилавка и подскочил, увидев клиентов в своей лавке старьевщика.