Парочка (СИ)
В течении всего месяца просто начал меня осаждать. Каждый раз интересуется «как у меня дела», «не хочу ли я чего», а может «хочу с ним пообедать» и всё в таком духе.
Я же сама невозмутимость. На все его вопросы я конечно отвечала, не игнорировала, но почему-то от моих ответов мужчина всё больше злился. Ну конечно, я ведь была безэмоциональна, абсолютно без какого-либо интереса в его сторону.
А ещё заметила интересную закономерность, чем холоднее я, тем сильнее начинает проявляться Антон Павлович. От своих же умозаключений хотелось то смеяться, то плакать, вспоминая сколько эмоциональных качелей мне пришлось пережить осенью. А тут оказывается, вот как надо было…
Так в очередной раз Антон нагнал меня практически около моего кабинета. Я даже пикнуть не успела, как меня подхватили сильные руки.
— Давай поговорим! — хрипло бросил Антон, и посмотрев по сторонам, да на нас начали уже кидать красноречивые взгляды, затащил в мой кабинет.
О Боже! Что я слышу! Когда я готова была кричать, он меня не то, что слышать, даже порой видеть не хотел. А сейчас? Что же изменилось, что он с таким нетерпением вдруг решил «поговорить»? Да я уже давно поняла, что абсолютно любые разговоры это не про него вовсе. Он же их избегает всеми возможными и невозможными способами.
«Почему же ты вдруг так рьяно решил за меня взяться?» — вертелось на языке.
Пока я вела диалоги сама с собой, Антон уже затащил нас в кабинет и прижал меня к двери. Мужчина слегка наклонился вперёд и тяжело дышал мне в районе ключицы, словно пробежал только что стометровку или даже больше.
Я стояла и не шевелилась. Давала возможность мужчине восстановить дыхание, и наконец заговорить. Это же ему приспичило. Приспичило! Мозг тут же подбросил мысль, что на самом деле ему приспичило. Я едва ли удержалась от смешка. Ну конечно! Всё до банального просто. Антону Павловичу просто приспичило снять напряжение, вот он и кружит подле меня словно голодный коршун. А стоит ему получить желаемое, так его и след простынет.
— Рита, — прошелестел голос Антона и его язык прошёлся по месту, где билась венка.
Я сглотнула от табуна мурашек, которые тут же побежали от моей шеи и разбежались во всех направлениях.
Тут же на смену горячего языка пришёл сладкий поцелуй. Хорошо, что я подпирала дверь собой, иначе ноги бы меня точно не удержали в следующий момент, потому что, недолго думая Антон натурально меня укусил прямо за выпирающую косточку ключицы!
— Совсем уже сбрендил что ли? — я всё-таки пришла в себя.
— Похоже на то, — самодовольно произнёс Антон, но не отстранился от меня ни на миллиметр.
Я даже не успела удивиться «такому» Антону, как он стал зацеловывать и место укуса и рядом с ним. Он порхал у меня на шее, распаляя меня сильней и сильней. Я начала уже рвано дышать, губы вмиг пересохли. И всё-таки я поддалась. Нет не так… Я позволила! Я позволила сделать мне приятно.
Как только мужчина понял, что я сдалась его натиску, то он тут же перешёл ко мне и захватил мои губы в плен. Мы целовались так, словно это было жизненно необходимо. А может так и было. Несмотря ни на что, но сердце моё всё равно сжимается рядом с ним. Это выше меня, это сильней меня. И нет, я не откажусь ни от одного из своих решений. Просто сейчас я постараюсь всё отключить, чтобы не придавать нашей страсти большее значение чем есть на самом деле.
Антон вжимал меня в дверь словно одержимый. Я же прикусывала его за шею, стремясь хоть как-то подавить стоны наслаждения только от одних предварительных ласк. Вот как бывает. Я готова взлететь на вершину блаженства только от одного его поцелуя. Даа, и как бы я себя не уверяла, не уговаривала, но это поистине мой мужчина, вряд ли я когда-нибудь встречу лучше. По крайней мере, такое притяжение я вряд ли с кем-либо смогу испытать.
Когда Антон уже перешёл к более серьёзным ласкам, я его слегка осадила.
— Только с презервативом, — твёрдо сказала я. И почему-то только сейчас подумала, что ведь он никогда его не надевал.
— Что? — не понял от бушевавшей страсти мужчина. Он был уже не способен о чём-либо говорить, а думать и подавно.
— Презерватив! — повторила я с нажимом.
— Да брось! — отмахнулся от меня Антон и снова приник к моим грудям.
Но заметив мой абсолютно серьёзный настрой снова отстранился, чтобы заглянуть мне в лицо. На лице он явно не увидел и тени шутки поэтому нахмурился.
— Ты хочешь, чтобы я надел скафандр? — удивился и даже можно сказать возмутился Антон.
Странное сравнение, но…
— Да! — воскликнула я, — Либо с ним, либо тебе пора, — я даже слегка отстранилась от двери, в которую всё это время была прижата.
— Рита, — мужчина отступил от меня на шаг и запустил пятерню в волосы растормошив уложенную причёску, — Какая же ты стала трудной, — выдохнул наконец он.
Тоже мне… Лёгкий нашёлся…
— Повторяешься, — вернула ему я.
— Ну зачем нам защита? Я здоровый, ты тоже, — не унимался Антон.
Говорить почему я была в этом вопросе столь непреклонна, просто не могла, потому что это было бы тоже самое, что открывать свой секрет. А снова проходить через те боль и страдания… Нет, не хочу. Я и так сейчас еле сдерживаюсь, чтоб эмоции не дай Бог, не взяли надо мной верх. Ведь я так долго училась их контролировать.
— Да мало ли… — начала я, — Я же не знаю с кем ты там проводил или быть может до сих пор проводишь своё свободное время, — вырвалось у меня быстрее, чем я успела подумать.
— Да что вы говорите, Маргарита Степановна! — вернулся холодный тон Антона Павловича, — Неужели хочешь сказать, что не развлекалась в своём США? — выплюнул зло Антон.
Я ничего не ответила. Да и зачем? Этот мужчина всё равно не поверит, даже если скажу, что у меня ни с кем ничего не было. Он из тех, кто слышит то, что хочет слышать сам, а правда говорящего ему просто безразлична.
Но с этой его фразой я поняла две вещи. Во-первых, он всё-таки с кем-то спит помимо меня, а во-вторых, он меня ревнует. Вот так новость! Странно, но на душе стало отчего-то лучше.
— Вот и иди к своим шлюхам, — выпалила я и стала поправлять блузу.
Даже тот факт, что этот человек меня может ревновать к кому-то не изменяет тот факт, сколько всего он мне сделал. А точнее, наоборот, ни хрена он не сделал!
— Ты выйдешь? Или это сделать мне? — спросила я совсем холодно.
Меня словно кое-кто покусал, раз я уже даже говорить начала как он. Хотя, что это я? А он ведь и покусал! Уже думала съехидничать по этому поводу, как меня опередил Антон.
— Неужели… — мужчина схватил меня за место повыше локтя, — Ты себе кого-то нашла? — неверяще и даже с примесью издёвки спросил мужчина.
Я выхватила свою руку из захвата, на что Антон лишь ухмыльнулся своей фирменной, думая, что задел меня.
— Даже не искала! — огрызнулась я, и услышала выдох, облегчения? — Зачем мне кого-либо искать? — вздёрнула я подбородок.
Антон весь как-то поднапрягся, но меня было уже не остановить. Мне хотелось «жалить» ещё и ещё. Чтоб он испытал на себе хоть каплю того, что терпела я когда-то.
— Такую как я, мужчины сами ищут, — я поиграла слегка бровями, но договаривать не стала. Пусть сам понимает как хочет. Он же в этом мастер.
Я оставила сильно задумчивого мужчину одного. И пусть это мой кабинет. Мне надо освежиться. Не успела я выйти на улицу, как меня нагнал секретарь Антона Павловича. К ни го ед . нет
— Ой, Аркаша, я как раз хотела тебе кое-что сказать, — тут же начала я.
— Да? — удивился парень.
— Да, хотела поблагодарить тебя, что заботился о моих цветах пока меня не было, — улыбнулась я. Я не так давно чисто случайно узнала от Ягужинского, что Аркаша и есть мой спаситель, который не позволили умереть моим «деткам» в кабинете.
Аркадий как-то весь зарделся и мне показалось, что даже покраснел. Пару раз посмотрел по сторонам, чтоб убедиться, что нас никто не подслушивает и только потом мне прошептал:
— Вообще, мне строго настрого запретили об этом говорить, под страхом увольнения, — прошептал взволновано Аркаша.