Парочка (СИ)

— Не-а! — как всегда беззаботно улыбнулся друг и подхватив меня под руку повёл прекрасно ему уже известным маршрутом, — У меня ещё каникулы, поэтому я абсолютно свободен!
Я поражаюсь просто! Мало того, что все кому не лень могут ошиваться на территории учебного корпуса, так ещё и Марка спокойно пропускают прямо на занятия. Когда он в первый раз увязался за мной, то я была уверена, что дальше сада его точно не пропустят. Но какое же было моё удивление, когда даже преподаватели лишь с улыбкой смотрели на этого солнечного парня и практически без вопросов пропускали на занятия. Чуть позже Марк даже стал нашим «испытуемым» и на нём проводили некоторые психологические тренинги. А он только был этому рад. Ведь ему «всё равно, главное, что рядом со мной…».
— И что мне с тобой делать, — наиграно вздохнула я, но прогонять парня всё равно не собиралась.
— Любить, — серьёзно ответил Марк.
Я слегка запнулась и это на ровно-то дорожке.
- Что же ещё, — добавил уже улыбчиво парень, понимая, что получился довольно неловкий момент.
— А я тебя и люблю, — совершено искренне ответила я, — Ты очень важный для меня человечек.
— И я тебя, — выдохнул Марк мне в макушку.
Погода сегодня радовала солнышком. Хоть и было ещё ощутимо прохладно, солнечные лучи уже дарили своё тепло. Несмотря на прекрасную погоду, настроения всё равно не было. Была какая-то тяжесть, усталость и что-то ещё. И только болтовня с Марком позволяла отвлекаться от собственного самочувствия.
— Какая-то ты вялая, — заметил друг, когда мы уже присаживались за парту в аудитории.
Выбрали, как и всегда самую последнюю. Я не очень уютно себя чувствую, когда сзади кто-то сидит, поэтому «галёрка» накрепко закрепилась за нами. Все знали, что это наши с Марком места.
— Голова что-то кружится… — не соврала я. Ко всей тяжести приступила и ноющая головная боль.
— Может к врачу? — нахмурился Марк, погладив меня по щеке.
— Ой, да пройдёт, — отмахнулась я. А сама с новым приступом ноющей боли упала на стул.
Все лекции Марк не сводил с меня своего тревожного взгляда. На перерывал таскал мне то чай, то кофе, то сладкое, то обезболивающее. Аппетита у меня абсолютно не было, что ещё больше беспокоило уже не на шутку взволнованного парня.
Голова начала кружиться и ко всему прочему появились ещё и приступы тошноты. Может отравилась? Но вместе с очередной порцией боли безбожно сильно потянуло низ живота. Я едва успела сжать зубы, чтобы не охнуть. Иначе Марк бы от меня точно не отстал.
Конечно, я тут же поняла причину моего состояния. Женское недомогание, которое не посещало меня в прошлом месяце, видимо решило отыграться на мне по полной сейчас.
Кое-как я отсидела больше половины дня. И вроде понимаю, что моя усидчивость в данном случае никому нафиг не нужна и лучше для меня просто отправиться домой. К тому же я спокойно могу это сделать и мне никто и слова не скажет, но почему-то я упрямо высиживала лекции. А может просто голова уже ничего не понимала, так как боль затмевала абсолютно всё.
— Я не могу больше на тебя смотреть! Давай я тебя отвезу домой! — восклицал Марк, когда я просто распласталась на парте, дыша через рот.
— Да я досижу. Осталось-то… — я глянула на часы, — Всего каки-то полтора часа.
— Маргаритушка, ну пожалуйста, давай я тебя отвезу, — начал меня уговаривать друг, — Да ты же бела как мел.
Марк нешуточно беспокоился за меня и я его, пожалуй, даже понимала. Я и сама заметила, что как-бы там ни было, но боли, которые я сейчас переживаю намного сильнее обычного. И даже если взять в расчёт смену климата, возможные нервы или даже гормональный сбой, всё это не объясняет такого состояния. Да я уже готова выть в голос. Я столько уже выпила болеутоляющих и не одна спасательная пилюля так и не помогла.
В общем, я всё-таки досидела до конца, но из аудитории выходила в больше степени опираясь на Марка. Тот же лишь бурчал себе под нос, что-то про русское упрямство, ненужную гордость и ещё что-то.
Я слегка улыбалась. Бухтение Марка меня немного отвлекало. Но видимо ненадолго. Не успели мы спуститься буквально на одну ступень, как на меня волной накатила сильнейшая боль-спазм, я вся сжалась и свернулась в несколько погибель.
 
— Ах, — только и вырвалось у меня.
— Маргарита! — ужаснулся Марк.
Больше я терпеть просто не могла. Меня прошибала адская боль, пошёл ещё и озноб, но одновременно с этим мне было безумно душно. В какой-то момент сознание решило меня покинуть, и я как была, так и стала заваливаться.
— Держу, — выдохнул Марк мне на ушко и подхватил на руки, — Всё! Нахрабрилась, а теперь едем в больницу!
Надо же, я впервые увидела Марка таким. Парень сейчас показал себя совершено с другой стороны. Куда-то пропал вечный весельчак, а на смену ему пришёл рассудительный мужчина, на которого как оказалось можно положиться в самые худшие для меня времена.
Но не время было удивляться таким метаморфозам друга, потому что я всё сильней сгибалась от новых приступов боли. Такое ощущение, что боль была везде, словно всё тело мне выговаривало свои обиды. А я только не могла понять, за что…
Дорогу в такси я даже не заметила, борясь сама с собой и уговаривая свой же организм надо мной сжалится.
«Куда мы ехали?»
Надеюсь, что домой. Мне так хотелось просто лечь, и свернуться калачиком, чтоб ни звуков, ни дыхания кого-либо. Просто я и моя кроватка с одеялком зажатым между ног.
— Дорогая, мы приехали. Давай я тебе помогу.
После этих слов меня сграбастали на руки и понесли куда-то. Я в неверии на миг даже забыла о своей боли и раскрыла глаза, чтоб удостовериться, что я всё ещё с Марком. Так и оказалось. Меня нёс друг с очень серьёзным взглядом. Но я понимала, как сильно он волнуется, хоть и пытается это скрыть.
Как оказалось прибыли мы всё-таки в больницу, а не как ни домой, где я мысленно уже находилась.
Марк меня передал с рук на руки врачам и лишь шепнул:
— Всё будет хорошо. Я рядом.
Что ж, наверно каждая женщина хоть раз в жизни, но должна услышать что-то подобное. Только вот как жаль, что эти слова произнёс не тот самый. Да я наверно в ту же секунду бы вылечилась и уже во всю порхала.
Марк же нисколько не соврал и постоянно был рядом. В кабинет его не пустили, и он остался ожидать снаружи. Тем временем, мне что-то кольнули, (наверно это было обезболивающее), и я стала пребывать между сном и реальностью не сильно понимая, что за манипуляции со мной производят.
Через какое-то время меня перевели в палату, где, само собой, Марк не оставил меня одну.
— Как ты? — участливо спросил друг, присаживаясь на кровать сбоку.
— Лучше, — я не врала, укольчик действительно помог, и я себя чувствовала практически сносно. Если, конечно, не считать полной опустошенности и ужасной слабости.
— Ох, и напугала ты меня, красотка, — Марк уже привычным жестом погладил меня за скулу.
— Ну я сейчас кто угодно, но явно не красотка, — улыбнулась я.
А про испугаться… И сама перенервничала. Конечно, я не являюсь самым здоровым человеком на планете, но вот так вот загреметь в больницу, для меня всё же впервые.
— Что сказал доктор?
— Да я и не спрашивала, — мне было как-то не до этого, — А он и не спешил больно-то говорить.
— Да, мне тоже ничего не ответил… — нахмурился Марк.
Не успели мы придумать достойное оправдание этому, как обсуждаемый человек сам зашёл в палату.
— Ну что там? — вскочил в нетерпении Марк.
Как будто там его анализы, ну ей Богу…
— Хм, мне говорить при вашем парне, или попросить его выйти? — обратился ко мне доктор.
 
Обращать внимание на ошибку в представлении нас парой я не стала. Да и что там он такого может сказать, что Марку это не следует слышать? Я уверена, друг с меня «не слезет» пока я всё ему не расскажу. Так какая разница сейчас или позже на пять минут?
— Всё в порядке, — ответила я доктору.
Марк вернулся ко мне и сжал руку в поддержке. Ну как в мыльной опере прям… Но тут же поняла, что это было не для меня, а для самого парня. Видимо он перенервничал намного больше, чем я думала. Я посмотрела на Марка и улыбнулась. Стала поглаживать свободной рукой его кисть.