Парочка (СИ)

— Не знаю. Но директор, мне показалось, злее обычного, — прошептал «по секрету» Аркадий.
Через пять минут я уже стояла «на ковре» и ждала вердикта, с которым Антон не очень-то и спешил. Ему как будто нравилось тянуть время. Он был очень занят какими-то документами, но на моё предложение зайти позднее никак не среагировал.
И вот наконец, бумаги отложены и на меня смотрят хмурые серые глаза.
— Пишите объяснительную, — холодно произносит мужчина.
«Мы снова на «вы»?» Ну в принципе я что-то подобное и предполагала. Антоном он для меня на работе точно не может быть. Вот только…
— Про какую объяснительную идёт речь?
Я за несколько минут успела напридумывать миллион причин. Начиная от того, что я работаю не по его стандартам (Антон Павлович может и к этому прицепиться) заканчивая приставаниями ко мне Димы или даже вчерашним нашим поцелуем.
— Вы опоздали, — холодно произносит Антон Павлович.
— Эээ, — я хотела оправдаться, но не успела…
— Ещё один раз и я смогу Вас уволить, — улыбнулся мужчина. А я поняла…
  
Глава 10
 
— Ещё один раз и я смогу Вас уволить, — улыбнулся мужчина. А я поняла…
Я поняла, что это он меня обрызнул с утра!
— Видимо у вас такая привычка… — горько говорю я.
— Это какая же? — спрашивает Антон Павлович, приподнимая бровь.
— Доводить сотрудников.
Больше я не сказала и слова, а просто ушла. О чём мне говорить с этим человеком? Я решила написать-таки эту чёртову объяснительную и пусть подавиться ей, раз она ему так жизненно необходима.
Спокойно прикрыв дверь директора, подлетаю к столу секретаря. Мне даже не захотелось идти к себе. А зачем? Напишу сразу тут, и отдам Антону Павловичу то, что он так хочет. Быстрее сделаю — быстрее забуду.
Но, по правде говоря, такого у меня не было ни разу, за почти четырнадцать лет практики. Чтоб вот так вот вечно грозили увольнением или ещё хуже, заставляли писать объяснительные…
— Дай-ка мне ручку и листок, — протягиваю руку к Аркаше.
— Всё-таки увольняетесь? — с влажными от непролитых слёз спрашивает парень.
«Какой же он, однако впечатлительный».
— Нет уж. Не дождётесь! — улыбнулась я и принялась писать объяснительную.
Быстро начеркав «отсебятину», сунула секретарю.
— Передай, пожалуйста хозяину этого кабинета, — кивнула я на дверь и уже хотела уйти, как Аркадий решил прочитать мою объяснительную вслух.
— Я, Руж Маргарита Степановна, опоздала сегодня на работу (по словам директора управляющей компании Бестужева Антона Павловича), буквально на пятнадцать минут, что по корпоративному кодексу компании не является опозданием, по причине — затруднения прихода в офис в грязной одежде, коей она стала после нарушения правил дорожного движения непосредственно Бестужевым Антоном Павловичем. А именно, его превышением скорости во дворе города, где допустимой скоростью является не больше двадцати километров в час… — в конце голос Аркаши уже начал дрожать, как и пальцы удерживающее бумагу.
Я оставалась на месте и ждала, что же скажет парень. Но когда он поднял на меня взгляд, мне показалось, что у него задрожали ещё и губы.
— Маргарита Степановна… — проблеял Аркаша.
— Очень прозаично! — услышала я из-за спины до боли знакомый холодный тон.
— Вы так хотели получить мою объяснительную, что даже не смогли выждать пару минут пока вам её не занесут? — я старалась «укольнуть» мужчину, но кажется даже не смогла просто смутить.
А ведь его поймали с поличным за подслушиванием! Ну хорошо, он сам решил себя раскрыть. И да, этот документ он всё равно бы получил.
Наверно, этого «толстокожего» уже ничем нельзя не задеть, не удивить.
— Да! Вы даже представить не можете себе, Маргарита Степановна, как я сильно жажду…
«Чего он там сильно жаждет», — так и осталось мной не спрошенным. Мужчина подошёл ко мне, и нет бы обойти, но нет, он решил через меня протянуть руку с своему секретарю за этой пресловутой бумажкой, на которой написана моя объяснительная.
— Я приму её, спасибо, — Антон улыбнулся одной из самых прекрасных улыбок, которые я только видела. И захватив бумагу скрылся в своём кабинете.
 
— Ещё бы ты её не принял! — прошипела я.
— Зря вы так, Маргарита Степановна, — обижено сказал Аркадий.
Не поняла… А этот что?
— То есть? — я уставилась на секретаря, в котором, как мне казалось, я нашла понимающую душу.
— Зря вы постоянно выводите из себя Антона Павловича. Да и к тому же провоцируете, — бубнил себе под нос секретарь с «чувством» перекладывая какие-то бумаги.
— Не поняла… — я опёрлась руками о его стол, желая знать, что он хотел этим сказать, — Не ты ли постоянно жалуешься на плохое к себе отношение? — спросила я, приподнимая брови.
— Нет! — поймав мой изумлённый взгляд, Антон тут же исправился, — Ну да, но это же другое!
— Будь другом, поясни-ка. В противном случае, я уже ничего не понимаю.
— Антон Павлович, как руководитель очень требовательный… Но это же нормально! — с чувством говорил Аркадий, словно пытаясь оправдать не себя, а именно Антона!
— Но это не даёт ему права, — договорить я не успела…
— Но как человек, он прекрасен! — воскликнул Аркадий.
— Что, прости? — я чуть ли рот не открыла в удивлении.
— Да-да, Антон Павлович, — тут секретарь забыл обо всех своих «важных» делах и подхватив меня под руку повёл по коридору офиса, — Уверен, когда говорят: «На таких молиться надо», это прямо про него.
— Чего? — я уже совсем не понимала о чём идёт речь и об одном ли Антоне Павловиче мы говорим.
— Вы же не так давно в нашем офисе и поэтому многого не знаете. Но пока вас не было, можно сказать, вашей работой занимался наш директор.
— Устраивал психологические приёмы? — сыронизировала я.
Хотя, он может. По Антону сразу видно, что психология человека ему не чужда. И он получше многих специалистов может не просто читать людей, но и даже при необходимости руководить их действиями и желаниями, выдавая за собственные решения.
— Нет, конечно, он не сидел, как вы, и не разбирал «по полочкам» наши проблемы. Но… если он видел в чём-то затруднение, то помогал нам решать их.
— Личностного характера? — не могла поверить я в услышанное.
— Н-нет, — мне показалось, что Аркаша даже слегка смутился, — Рабочего.
— Хм. Например?
Мне действительно стало очень интересно. Оказывается, что я очень многого ещё не знаю об этом весьма неоднозначном мужчине.
— Антон Павлович помог мне, — прошептал секретарь, вертя головой, видимо проверяя, чтоб никто об этом ни в коем случае не услышал.
— Как же? — и вот почему всё приходится вытягивать клещами? Мне уже безумно интересно узнать, как этот серый кардинал, известный своей чопорностью и снобизмом смог помочь этому весьма, как бы мне не хотелось так его называть, но несколько слабохарактерному секретарю?
Тем временем, мы уже дошли до моего кабинета.
— Может по чаю? — предложила я, открывая дверь.
Парень лишь молча кивнул, наверняка собираясь поделится своей историей.
Мы расположились на креслах, и я стала разливать чай.
— Я когда только появился в компании очень сильно заикался, — начал Аркадий. В моём кабинете с закрытой дверью он чувствовал себя намного уверенней, нежели в коридоре, где в любой момент нас могли подслушать, — Я и сейчас не отличаюсь большой уверенностью в себе, но Антон Павлович, одним своим решением, смог подарить мне крылья, — Аркадий мило улыбнулся, явно вспоминая как это было, — Он дал Мне! Ни кому-то, а именно мне большой шанс, который я просто не мог упустить.
— Что он сделал?
— Назначил меня своим секретарём… — Аркаша укрылся чашкой чая, словно ему неловко это было произносить.
 
— Аркадий, — я взяла его за руку, — Никогда не стесняйся того, кем ты являешься, — улыбнулась я, — Я уверенна на сто процентов, что Антон Павлович, не то, чтобы просто дал тебе шанс, скорее всего он увидел в тебе больший потенциал чем в ком-то то ни было.