(не)желанный брак, или Космический приют для хищных растений (СИ)

— Ты будешь бегать по берегу и собирать эти камешки? — приподняв бровь, я взглянула на мужа.
Что-то слабо верится, что он всерьёз задумывался сделаться старателем. Так вроде в старину называли добытчиков золота.
— Дали, ну зачем же бегать? — он рассмеялся. — Взрывать и только взрывать!
— Что? Сразу нет!
Представив, как муж переворачивает эту бедную речушку верх дном, аж передёрнула плечами.
— Тихо, детка, это была шутка, — Калеб посмеялся и задумчиво растёр короткую аккуратную бородку. — Знаешь, малыш, это делается совсем по-иному. Дай-ка припомнить курс истории геологии Солнечной системы. Наши предки, открывая новые земли, затевали целые войны и отдавались душой и телом золотой лихорадке. Она косила бедолаг не хуже любой вирусной заразы. Дни, не щадя здоровья, они проводили на реке и, не разгибая спины, намывали золото. Дай-ка мне вон ту миску.
Ничего не понимая, я потянулась за кухонной утварью, в которой лежали съеденные лепёшки.
Заметя моё недоумение, муж лишь усмехнулся. Поднявшись, он босыми ногами вступил в воду и зачерпнул часть грунта.
Несколько минут в молчании он, размешивая, вымывал песок и ил, откидывая камни. Заинтересовано я подползла ближе.
Через некоторое время на дне чашки оказалось всего две золотые чешуйки.
— Не густо, — хмыкнула я.
— Нет, Даллия, — Калеб заметно нахмурился. — Это ой как густо! Жила, видно, очень богатая.
— Но это же всего две крупинки, — возразила, глядя на сии сокровища.
— С первого раза, малыш, и уже вот оно. А представь, сколько за день можно намыть. А если учесть, что на Земле золота и вовсе уже не добывают, а за астероиды, содержащие этот металл, идёт грызня насмерть...
— Это настолько дорого? — я слышала в новостях об астероидных воинах и знала, что диверсиями уничтожают даже жилые базы со всем населением. Лишь бы разорить, обскакать, разметать на куски конкурентов.
Приподняв бровь, муж одарил меня вопросительным взглядом.
— У меня нет ни колец, ни цепочек, — я показала ему ладони. — Уши без проколов. Так что, дорогой, я понятия не имею, сколько стоит то, что в этой миске.
— Состояние, детка! В этой реке наше богатое будущее.
— И чем вы тут заняты? — к нам спускались мистер Петер с супругой.
Вместо слов Калеб показал им миску.
— А если ещё раз? — поинтересовался подполковник.
Муж пожал плечами и, вытащив золотые пластиночки, сложил мне их в ладонь.
Снова зачерпнул грунт. Поднялась муть. Он старательно промывал содержимое миски. Ил уходил, а с ним и крупинки песка, крупные камни.
И снова эта мелкая золотая стружка.
— Не верится, что эти крупинки и есть драгоценный металл, — прошептала миссис Ненси. — Вот так в реке...
— Не верится, что нас не пристрелили сразу по прилёте, — хмыкнул её супруг.
— Они дилетанты, — негромко процедил Калеб, — действуют топорно и не умеючи.
— Ну, майор, подсунуть нам одеяло — это тоже догадаться нужно, — возразил мистер Петер.
— Недальновидно и ненадёжно, — процедил муж, набирая новую порцию грунта. — Они не знали точно, есть ли у нас прививки или нет, действовали наобум. Наверняка у кого-то из родственничков есть доступ к одеялам из госпиталя. Но заметь, друг, куда проще устроить людям несчастные случаи. Тем более что убирали не всех. Эти сгорели, эти утонули... Опять-таки наши печи, закрой неправильно перегородки, и всё.
— Ну да. Тут же одеяла для разнообразия. Дилетанты. Даже дом поджечь как надо не смогли, — подполковник кивнул.
— Не было бы Дали с Калебом и удалось бы всё у них, — негромко пробормотала соседка.
Но я была с ней несогласна.
— Да вот только мы были, миссис Ненси, и они не смогли провернуть всё так, чтобы мы не заметили.
— Вот, — Калеб кивнул, подтверждая мои слова. — А золота тут реально завались.
Слив воду, муж показал нам два совсем маленьких белых камешка облепленных золотыми пластинками.
На противоположном берегу что-то громко хрустнуло. Не сговариваясь, мы обернулись на звук. Кусты странно покачивались. Снова вспорхнула стайка бабочек.
Сунув мне в руки миску, Калеб устремился туда. Быстро добравшись до глубины, легко поплыл, хотя вода доходила ему едва ли до подбородка.
 
Выбравшись на том берегу, стремительно влез на пригорок.
— Что там, сынок? — не выдержал подполковник.
Калеб поднял указательный палец вверх, призывая к тишине.
— За нами следили, милый? — шепнула миссис Ненси.
— Похоже, что так.
Пройдясь вдоль кустарника, муж что-то поднял и показал нам.
— Эта штука Камиля, — легко опознала я палку, с которой он являлся в прошлый раз.
— Удочка, — прокричал муж.
— Возвращайся, — рявкнул подполковник, его взгляд метался от кустов до ближайших деревьев. — Назад, парень, — это приказ!
Я напряглась. Калеб прищурился, но прихватив находку, спешно вернулся в воду.
  
Глава 46
 
Сидя за кухонным столом, мы молча рассматривали золотые камни и крошку на блюдце. Каждый думал о своём, но сдаётся мне, мысли те перекликались.
— Нужно заложить взрывчатку и на тот берег, — мистер Петер устало растёр шею.
— Не вариант, — Калеб поднял самородок и, покрутив его в пальцах, снова отбросил на тарелку. — Одно дело если кто подорвётся на моей земле. Здесь можно сослаться на самооборону или несчастный случай. Но другое дело...
— Да можно и в колонию вернуться, — кивнул подполковник.
— Только не это! — выпалила я.
— Успокойся, Дали, — шикнул на меня сосед. — Но всё же реку нужно обезопасить.
— Никак, — муж потёр бородку и нахмурился. — Если только следить. Но толку? У меня всего один бластер.
Миссис Ненси резко обернулась и впилась в супруга пристальным взглядом.
— А вот это как раз и не проблема.
Пожилой мужчина поднялся из-за стола и скрылся в комнате.
— Я так надеялась, что будет без этого, — простонала миссис Ненси.
Вот после её слов я как-то разом напряглась.
В дальней комнате послышался глухой звук открывающегося контейнера.
В кухню спешно заползли Жиря с Лапушкой. Добравшись до холодильника, тихонько приоткрыли морозилку.
— Жрать команду не давал, — рявкнул на них муж. — Диета — ваше всё!
— Калеб, — возмутилась я на такую строгость.
— Давно в ведре их не отмачивала? — он прищурился. — Они с утра за нашими спинами пакет с рыбьей печенью потрошнули. Я бы и не заметил, если бы не следы капель на полу, ведущие в их личные апартаменты.
Я сглотнула, и уже сама хмуро глянула на зелёных обжор.
У тех листики печально обвисли, цветочки поблёкли...
— А ну, на жалость не давить, — уголки губ мужа предательски поползли вверх. —
Сядем ужинать, и получите своё. А сейчас шагом марш в комнату. Или вон на выкорчёвку травы со двора, авось я и не замечу, что там кузнецом меньше стало.
Ожидаемо эти две голодающие рванули на улицу. Ничего их не учит.
— И как это называется? — мило поинтересовалась я.
— Ну а что? — Калеб развёл руками. — И зелень сыта, и место под грядки расчищено. И вообще, пусть учатся грамотно заметать следы преступлений. Грязно работают, вытирай за ними потом кровоподтёки.
— Эксплуататор!
— Нет, детка, новатор! Где ты ещё видела, чтобы кусты траву выкорчёвывали?
— Лапушка и Жиря не кусты, — возразила я.
— Ну хорошо. Где ты видела, чтобы цветы грядки городили? — легко исправился муж.
— Всё, поняла... — я примирительно подняла ладони верх, признавая, что последнее слово за ним. — Главное, ко мне свои методы не применяй.
— Ну что ты, детка. Разве я могу?! — выпалил он, и глаза такие честные. Невинные. Подозрительные...
Замерев, я призадумалась. Неужели и я под его дудочку пляшу. Нет. Ну нет же?
— Калеб?! — кухню огласил мой рык.
— Спокойно, малыш. Просто слова, — он соскочил с табуретки.
— Хм, — подозрение во мне усилилось. — Ты ведь понимаешь, любимый, что я тебе не