Сидящее в нас. Книга вторая (СИ)

 – Они такие же мои, как твои, – вяло огрызнулась Двуликая.
– Тащится к ним не моя идея, – парировал Лис. – Это сугубо ваша затея. Я всего лишь жертва ваших капризов. Обманутая со всех сторон.
– Да ну? – деланно восхитилась его претензиями Ринда. – И, с какой стороны особенно больно? Поведай мне, просвети необразованную, порадуй.
– Когда я подобрал одну чокнутую, нашпигованную демонами, меня никто не предупредил, что мне подсунут и вторую, – не без удовольствия проворчал почтенный Ашбек.
– Это, с какой стороны посмотреть, – хмыкнула Ринда, которую словесные драки с этим человеком приводили в хорошее настроение. – Ты здесь, у нас, а не я там, у вас. Получается, это вас мне подсунули.
– Спать хочу, – пожаловалась Таюли, у которой заплетались ноги и слипались глаза.
– Ещё бы, – посочувствовал Лис, – второй день без сна. Ты потерпи, детка, сейчас спустимся с горки и я чего-нибудь придумаю на обед.
– Ты опоздал, – участливо сообщила Ринда и ободряюще сжала руку Трёхликой: – Пока мы тут прохлаждались, Аки уже наверняка кого-то подстрелила.
– Кого она подстрелит без лука? – не понял Лис, продолжая пялиться на кораблики, которые они слегка обогнали.
Пока те огибали огромный, далеко уходящий в море мыс, стихийные борцы с рабством пересекли его по кратчайшему пути. Бык – эта порода была выведена нарочно для Раанов, под которыми лошади выглядели собаками – оказался на редкость выносливым. На радость влюбившегося в него Лиса. Сам он казался двужильным, с видимой лёгкостью прошагав остаток ночи и полдня. ОТ с ДЭГ ему помогали преодолеть то, через что пришлось бы долго перелазить, но всё остальное он одолел ногами.
– Аки превосходно плюётся, – ехидно поведала ему Ринда. – Лося, конечно, не завалит, а вот зайцев на лету сшибает. Есть хочу, – пожаловалась она. – Ты ещё не налюбовался на этих скотов?
– А ты имеешь хоть малейшее представление, где они встанут на якорь? – недовольно пробухтел Лис.
– Имею. И туда мы поспеем чуть раньше них, – заявила Ринда и потащила сонно моргающую Трёхликую вниз.
Демонов они старались без нужды не затруднять: те и без того терпели нужду в одном из основных принципов своего существования – хотели жрать.
Спустившись, разведчики обнаружили, что костёр горит, предсказанный заяц жарится, а бык преспокойно набивает неподалёку брюхо. Аки сидела с леденцом во рту и следила за мясом. Таюли всего этого уже не видела: провалилась в сон под недовольное бурчание в животе. Проснулась в сумерках за секунду до прозвучавшего вопроса:
– Етить твою ж!.. Какого ж демона вы тут?!..
И последовавшего за ним восклицания:
– Оборони меня Создатель!
Вылез паразит – полусонно подумала она о бдительном куске ДЭГ и попыталась вернуться в сладкие недра сна.
– Мы из Лонтферда, – преспокойно заявила Ринда. – Вот решили в гости наведаться. А перед праздничком, что вы закатите в нашу честь, отдыхаем. Набираемся сил.
Таюли не удержалась и приоткрыла глаза: ОТ демонстративно уложил башку на плечо Двуликой, осветив поляну, на которую из леса вышли пятеро воинов-северян с мечами наголо. ДЭГ навис над сидящим у костра Лисом и жадно поводил безглазой мордой, исследуя возможный обед. Судя по тому, что тот всё ещё стоял на ногах, демонам не повезло встретиться с приличными людьми.
– Это…, – указывал мечом на Ринду один из воинов. – Это ж…
– Двуликая, – честно признался Лис и похлопал по толстенному бревну, на котором восседал: – Присаживайтесь. Есть будете? Советую поторопиться, покуда не проснулась Трёхликая.
– Двуликая? – не понял его воин, осторожно бочком пробиравшийся к бревну.
– Нет, почтенный, – покачал головой Лис. – Это сама Трёхликая. Что, не слыхали о таком чуде? Вот и ваши Рааньяры удивились такому повороту. Багран утверждал, что прежде таких не появлялось.
– Етить твою, так ты чего же: знаешься с самим могучим Баграном? – не поверил воин, присаживаясь рядом с ним, но держа меч наготове.
– Нет, лично я знаком лишь с Дэграном. Он-то мне и доверил свою Трёхликую. Ну, так что, есть-то будете? Вы, небось, имперцев пасете? Значит, брюхо пустое.
 
– Что тебе ведомо про имперцев? – выпалил второй воин, опустившись на самый краешек бревна. – Никак, видал их?
– Мы с Трёхликой прокатились на одном из работорговцев. Потом сожгли его, и явились сюда в гости к Двуликой Ринде. А потом эти… ненормальные решили перебить всех имперцев, что явились за вами.
– Да уж, Двуликие народу всегда помогали, – расслабился, наконец-то, первый собеседник, убрал меч и протянул к Лису руку: – Ну, угощай, коль не жалко.
– Эй, а я?! – распахивая глаза, возмутилась Таюли.
И ДЭГ слизнул с протянутой северянину ветки небольшой кусок жареного мяса. А потом добросовестно залепил их в лицо обалдело моргающей Трёхликой. Ринда согнулась пополам, хохоча на весь лес. Аки вторила ей смехом, напоминающим птичий щебет. Торчащий в кустарнике бык развернулся и удивлённо воззрился на веселящихся девиц.
– Вот так и мучаюсь, – посетовал Лис, обращаясь к вытянувшемуся лицу нового знакомца. – И за что это беззащитному холостяку?
– А ты при них вроде надсмотрщика? – последовал вопрос, который не мог не прозвучать.
– Вроде погонщика, – утирая глаза, съязвила Ринда.
Жующая Таюли хмыкнула и чуть не подавилась, закашлявшись. Многоопытный ДЭГ знал, как с этим бороться. От его шлепка по спине она ткнулась лбом в согнутые колени – аж искры из глаз. На этот раз осмелились захмыкать и дукребы – один Лис посмотрел на подопечную грустным взглядом отца, вырастившего безнадёжного идиота.
– Не обращай внимания, – посочувствовала ей Ринда, плюхнувшись рядышком в траву. – Как у нас говорят: бьёт, значит, любит.
– Серьёзно? – не поверила Таюли. – Это же… Прости, но это гнусность.
– С какой стороны посмотреть, – философски протянула Ринда, поигрывая сорванной травинкой. – Вообще-то имеется в виду, что равнодушие страшней. Если муж тебя не лупит, стало быть, ты ему и вовсе не нужна.
– Ты уже придумала, как мы справимся с таким огромным отрядом? – решила Таюли больше не касаться чужих сомнительных традиций.
– Как придётся, – пожала плечами Двуликая. – В конце концов, дукребы тоже не пальцем деланы. Мы ж не собираемся закрывать их от врага своей грудью. Самим придётся кровушку пролить. Но, чем сможем, тем поможем. Главное под стрелы не подставляться.
– Почему? – поёжилась Таюли.
– Поранить могут, – насмешливо покосилась на неё северянка.
– Погоди, – начала понимать Таюли. – В тебя ещё ни разу не тыкали железом, с тех пор, как стала Двуликой?
– Нет, – округлились серые глаза Ринды. – А должны были? У нас Двуликие неприкосновенны.
– Да я не о том, – отмахнулась Таюли. – Просто недавно в меня ткнули ножом. Вот сюда, – похлопала она по боку.
– У вас там что…, – сверкнув глазами, прошипела Ринда.
– Да нет, они просто не знали, кто я такая, – досадливо перебила её Таюли. – Ну, и ударили ножом. Я же не о том. Ты должна знать, что произошло со мной.
– Думаю, я догадываюсь. Рана мигом затянулась. И больно тебе не было.
– А, так ты знаешь?
– Об этом весь север знает.
– Тогда почему тебя тревожат стрелы? – окончательно запуталась Таюли.
– Потому что прилететь может не только в бок, – нарочито спокойно процедила Ринда, нехорошо сощурившись. – Глаз не бок. Боевая стрела прилетит, так полмозга вынесет да с затылка выйдет.
– Не пугай её, – вынув изо рта леденец, прошипела Аки. – Не прлилетит. Демоны прликрлоют. А ты не слушай всякие глупости, – повелела она Трёхликой.
Пока они болтали, дукребы доели угощение и поднялись. Почтенный Ашбек успел столковаться с ними о совместном пути, благо демонами на севере никого не испугать: не сожрали сразу, значит, и в пути не разлакомятся. Двуликую с Трёхликой посадили на здоровенных лохматых заводных лошадок, Аки же предпочла остаться на быке, куда взгромоздился и Лис.
 
Таюли покачивалась в седле рысящей лошади и думала о маленьком, но страшно гордом королевстве Дукреб. Эта их национальная гордость никак не позволяла дукребам выскрестись из множества бед, хотя, к примеру, она не cмогла разобрать, чем они отличаются от тех же лонтов. Высокий рост, широкие плечи, светлые волосы и упрямые лбы – налицо полное сходство с теми, кто проживает на западе материка.