Сидящее в нас. Книга вторая (СИ)

Между вторым и третьим этажом их догнал достопочтенный наштир Астат. С ним Таюли раскланялась с искренней сердечностью. Он же обрадовался ей, чуть ли не как единственному и давно потерянному члену собственной семьи. И до самых покоев королевы торопливо жаловался Трёхликой на безобразное поведение двух застрявших во дворце юных Лиат, которым не помешала бы добрая порка.
Ибо с тех пор, как Трёхликая изволила покинуть Заанантак, эти невыносимые особы так достали его величество, что Саилтах Рашдар Восьмой вот уже неделя, как соизволил переселиться в гвардейские казармы. А её величество сносит их непотребства с невероятной кротостью, принимая неисчислимые муки за обоих монархов сразу. И если госпожа Трёхликая не урезонит своих подопечных, то лично Астат Борул подаст в отставку, ибо нынче он изведал пределы своего легендарного терпения.
Судя по устоявшемуся лёгкому запашку гари, пропитавшему верхний этаж с королевскими апартаментами, достопочтенный наштир нисколько не преувеличивал. Встреченные ими слуги моментально узнавали няньку Лиатаян и кланялись ей с особым усердием. Тоже спят и видят, как я избавлю их от вторжения демонов – невольно хмыкнула Таюли, приветливо кивая в ответ обнадёженным людям.
В обширном кабинете королевы, с первого взгляда, царил покой. Сама Диамель, сидя за внушительным, погребённым под горами свитков столом, что-то читала. Две солидные важные служанки метались в центре кабинета прямо под наследником короны – тот с радостным визгом и бубуканьем привычно парил под потолком. Привычно для всех, кроме этих незнакомых Таюли женщин, что явно появились тут недавно.
На широком подпалённом со всех сторон диване возлежала на пузе Лиатаяна Челия и мотала задранными ногами в неизменно грязных сапожках. Она разглядывала огромную книгу с яркими картинками. А ЗУ в отсутствии Лалии и её ЫК с наслаждением лопал восторженную любовь Нуртаха Пятого – принц перекатывался с одного притушенного щупальца на другое с видом большого мастера этого дела.
Открывающаяся дверь не отвлекла её величество от работы. Зато на торжествующее покашливание Астата она тотчас вскинула голову. Обвела гостей туманным, сосредоточенным на работе взглядом, и просияла, поспешно ловя под столом ногами сброшенные туфли.
– Было бы чему радоваться, – сквозь зубы прошипела Челия, нарочито залезая в книгу носом. – Сама сбежала, а тут явилась, будто так надо. Будто ничего не случилось, а я ей какое-то барахло. И не постыдилась же. Ещё и эту ледянучую гадость в дом притащила. И не прихлопнуть эту дрянь никак, раз он в ней.
– Не бурчи, – бросила ей через плечо Таюли, отвешивая королеве глубокий поклон. – Добрый день, ваше величество. Простите, что без предупреждения…
– И вон, даже без приглашения, – ядовито напомнила Челия, переворачивая страницу. – Таскается, где хочет. И всё со своим… этим. А мы ей в задницу не сдались.
Диамель выскочила из-за стола, порывисто просеменила к Трёхликой и крепко обняла её, как обнимают лишь дорогих сердцу людей. Таюли и сама прижалась к ней, как к родному человеку, чувствуя, что здесь она почти дома.
– Ещё и обнимаются, – прокряхтела Челия.
Однако новая сущность Таюли уже знала: в страшной пустоте, оставшейся после бегства няньки, кто-то успел поселиться. И даже вполне благополучно обустроился, вернув её малышке покой. Челия не обижалась – она дулась. Таюли прислушалась к себе: не ревнует ли она? Нет. В душе одно лишь всепоглощающее облегчение. А ещё какое-то ощущение освобождения от чего-то своего родного, но уже не слишком-то и нужного. Наверно нечто подобное настигает девушек, вышедших замуж: родители остаются родителями, но при этом остаются в какой-то другой жизни.
Диамель отстранилась и многозначительно возвела очи к потолку, дескать, так вот и живём. Таюли понимающе кивнула и спохватилась:
– Ваше величество, позвольте вам представить моих новых друзей. Почтенный Ашбек по прозвищу Лис, – отступила она в сторону, указав на склонившегося в поклоне мужчину. – Невероятно умный и достойный человек. Вы таких, я знаю, любите. Но я вам его не отдам. Даже не пытайтесь соблазнять.
 
Диамель весело фыркнула и сделала Лису рукой знак приблизиться. Тот подошёл ближе и снова поклонился, как подозревала Таюли, не из безграничного почтения, а скрывая смущение.
– Тебя действительно не соблазнить служением самой королеве? – не без лёгкой ехидцы осведомилась её величество.
– Не соблазнить, – почувствовал облегчение Лис и расслабился: – Служить вам и Саилтаху невероятно почётно. И так же невероятно скучно. А в компании демонов что ни день, то новые чудеса. Да и не хочется оставлять эту причудницу без присмотра, – отечески кивнул он на Трёхликую. – А то ж она так и норовит влипнуть в неприятности.
– Ты что же, и на север за ней пойдёшь? – посерьёзнела королева.
– Пойду, – пожал плечами Лис. – Не бросать же бедняжку. Да и самому интересно около Раанов потереться. Дэгран вон солидным мужчиной оказался. Не то, что… некоторые. Думаю, и остальные Рааны не разочаруют.
– Это твоя семья? – обратила благосклонный взгляд королева на вторую спутницу Трёхликой.
– Нет, – хмыкнула Таюли. – Это мой подарок вам. Даже соблазнять не придётся. Ибо перед вами, ваше величество, ни кто иная, как Двуликая. Самая настоящая. И зовут это чудо Бакшият.
– Подумаешь, – заинтересовано проскрипела Челия, так и не покинув диван, но забросив книгу. – У нас такого чуда и без тебя навалом. И не такого паршивого, бросачего нас, как некоторые.
– Навалом? – иронично выгнула бровь Таюли. – И кто же вам его тут навалил?
– Не поверишь, – усмехнулась Диамель. – Они с Ютелией стащили у меня Каюри. Мою умницу Каюри, без которой я, как без рук.
– Ноги же остались, – брякнула Челия и захихикала.
Таюли приняла грозный вид и направилась к безобразнице, которая таки не удержалась и прыгнула навстречу.
– Отпусти, брата. Не балуйся, когда разговариваешь со взрослыми. Поздоровайся с гостями, – вываливала Трёхликая приказ за приказом на дрыгаюшую в её объятиях ногами капризницу. – Когда узнаешь, кого я привела, будешь год извиняться. А я не прощу. Я тоже выкаблучиваться умею.
  
Глава 17
 
Челия замерла – недовольно квакающий Нуртах мягко свалился в руки нянек, которые немедля уволокли бедного ребенка из смертельно опасных покоев королевы. Сама Диамель  прокралась на цыпочках обратно за стол и там затаилась, а за ней и верный Астат.
– Ну, и чего тут? – наконец-то, придирчиво выдала разборчивая Лиата, закончив исследовать добычу бывшей няньки. – Подумаешь! Больно надо удивляться. Какая-то чужая приблудная Двуликая… А она чья? – встрепенулась Челия, заглядывая в глаза Таюли. – А та вторая? Которая ещё соплюшка.  
– Я соплюшка?! – возмутилась Халаят, вытаращившись на малолетку. – Да я старше тебя! Тебе сколько лет-то, малышня?
Таюли немедля нагнулась и опустила на пол воспитанницу, сообразив, что добрая драка всегда начинает многообещающее знакомство, чем бы то не окончилось.
– Чего это я малышня? – насупившись, бочком подбиралась к новой знакомой Лиата. – Я же не такая, как такая, как обычная. И вообще! Я скоро вырасту.
– А вот и не скоро, – авторитетно заявила Халаят, важно протопала к дивану и уселась рядом с книгой. – Я быстрей выросту. А ты вон даже читать не умеешь.
– А ты, прям, умеешь?! – заусило Челию. – Прям, такая умная, что я тут полная дура!
– Да, умею, – снисходительно оглядела её образованная девушка.
 
– А я…, – заметалась Челия в поисках достойного ответа нахалке. – А я… А я тоже буду уметь! А меня Таюли научит…, – она осеклась, собрала бровки скорбным шалашиком и поникла: – Ну, да, научит она теперь, раз уходит. Раз бросила меня.
– А хочешь, я тебя научу? – примирительно предложила Халаят, похлопав рукой по дивану рядом с собой.
– Не хочу, – буркнула Челия и тотчас бросила дуться: – А когда? – уже перелетела демонюшка на диван к новой няньке.